«Parturiunt montes, nascetur ridiculus mus»
Quintus Horatius Flaccus, De arte poetica, 139

Сегодня Рунет растиражировал новость, которая доставила мне много горьких думок: Microsoft снижает цены на планшеты Surface RT на 30 %! Стартовая модель раньше стоила в Америке 499 долларов, а теперь будет 349. Соответственно, крутой вариант с клавиатурой-чехлом, заявленный прошлой осенью по 599 долларов, отдадут в добрые руки за 449.

Для чего это делается? Как я понял из пресс-релизов и аналитических записок — ради переманивания пользователей продуктов Google и Apple.

Почему это делается? Потому что планшеты Microsoft не продаются. За первое полугодие удалось реализовать только 900 тысяч: цифра по всем параметрам провальная.

«Что же тут нового? — пожмет плечами читатель. — И уж подавно: о каких горьких думках может идти речь даже с учётом печально известной гиперэмоциональности автора?»

В самой новости, разумеется, нет ничего нового: о том, что так бесславно закончится попытка Microsoft завоевать рынок планшетов, я писал в ноябре прошлого года по горячим следам «скромно стартовавших» (слова самого Балмера) продаж Surfice («Хоть бы что-нибудь еще… всё не так, как надо!»). Горькие думки у меня возникли совершенно в иной плоскости коннотаций. Снижение цен на Surfice — это что-то из рода анекдотического «Ах, простите, музыка навеяла!».

Горькие думки связаны с простой мыслью: «Каким образом выдающаяся компания Microsoft умудряется совершать ошибки, который даже с высоты моей мышиной колокольни выглядят детскими?» Поясню, что имею в виду.

063_1

В помянутой выше «Голубятне» я закинул посылку, на которую сам же и дал ответ. Ответ, как сейчас понимаю, абсолютно неверный.

Вот эта посылка: «За 25 лет доминирования на рынке домашних компьютеров Microsoft насоздавала такое множество замечательных вещей и продуктов, что было бы удивительно, если бы всё это богатство в одночасье кануло в небытие. Тем более было бы странно слышать разговоры о кончине Microsoft в странах третьего мира вроде Индии и России, где, как известно, вообще ничего, кроме DOS и Windows, в массовом смысле не существует (99% в Индии, может, 98% в России — одни писюки с виндой и ничего кроме писюков)».
А вот — неверный ответ: «Разве вы не видите, что поезд ушел?! Ушел в совершенно противоположном направлении от того, куда по инерции двигалась ваша любимая компания! А главное, сама же Microsoft это прекрасно понимает, оттого и запрыгивает постоянно на чужую подножку: то со смартфонами, то с планшетами, то с онлайн-магазинами а-ля App Store, то с облаками а-ля Google Drive и т. п. Обратите внимание — все перечисленные подножки поездов ЧУЖИЕ! Все они были проворонены руководством Microsoft, которое десятилетие предпочитало делать вид, что все эти глупости компанию не интересуют, а вот MSIE, Office — это да! И где теперь эти MSIE и Office? Кому они нужны, когда есть Chrome и Google Docs?! Всё, за что ни берется Microsoft в последние 10 лет, получается из рук вон плохо. Можете, конечно, возразить: Windows 7 — это песня. Конечно, песня, кто бы спорил (хотя 10 лет назад точно такая же замечательная песня уже была исполнена и называлась Windows XP :-). Вот только кому эта песня нужна в мире современного железа?! В мире, где продажи персональных компьютеров и ноутбуков не просто падают, а погружаются в стремительном пике. Таком стремительном, что крест над могилой и надпись «RIP» — лишь вопрос времени».

Ошибочность моего прочтения неудач, преследующих редмондскую компанию, заключается в допущении «сама же Microsoft это прекрасно понимает». Сегодня я понял окончательно и бесповоротно, что она ничего не знает совершенно и что — самое важное! — имеет полное право и основание для того, чтобы ничего подобного не знать. И именно от этих выводов мне стало грустно.

Ход моих рассуждений выглядит следующим образом. Microsoft, будучи компанией-гигантом, постоянно занимается тем, что называется testing the ground: прощупывает почву. Выпускает разные продукты на совершенно не связанных между собой рынках и смотрит на результат. Причем занимались этим редмондцы всегда: придумывали всякие безумные софтверные поделки (вроде Bob’a), создавали мышки и клавиатуры, выпускали игровые консоли и смартфоны (Kin), бесконтактные сенсорные контроллеры (Kinect), планшеты (Surface RT), авиационные симуляторы, игровые стратегии, операционные системы, софтверные офисные продукты.

Перечитайте теперь ещё раз список: вас ничего не удивляет? Не смущает? Вопрос риторический: список выделяется высокой энтропией! Нет никакой последовательности в разрозненных и разноплановых проектах компании, нет организующего смыслового ядра, наконец, нет единого вектора движения и стратегии. Есть случайные хаотичные попытки попробовать себя в том или ином секторе рынка, причем мотивация выглядит также спонтанной (Bob, если не ошибаюсь, придумала жена Билла Гейтса).

Вот тут-то я и понял: именно такая энтропия деловых инициатив и создает иллюзию потерянности Microsoft! Мозг человека устроен таким образом, что он не в состоянии принять форму бытия, лишенную внешних признаков организации. Хитрость, однако, в том, что надындивидуальные сущности (коллективные действия вроде революции, общественные организации вроде партий, деловые структуры вроде корпораций и т. д.) не просто умеют оперировать в энтропийном поле, но только в такой хаотичной форме и могут существовать!

063_2

Для меня эта мысль явилась подлинным откровением — что очень печально и даже постыдно, поскольку на эмпирическом уровне я всё это знал со времен своей бурной предпринимательской молодости в 90-е годы, когда собственноручно занимался такой же химерой — от продажи мочевины и стоматологических кресел до производства содовых напитков и книгопечатания.

Тем не менее на чисто ментальном уровне мне всегда казалось, что у предпринимательской структуры должна непременно быть определенная цель. Должна быть генеральная линия, единый вектор развития и т. п. Все это глупости несусветные. Единственная генеральная линия для бизнеса — это конформизм.

Почему Microsoft мечется по рынкам, хватается то за одно, то за другое, то за третье, терпит неудачу, берётся за новое и никак не успокоится? Да потому что не нужно ей успокаиваться! Не нужно по определению, потому что успокоиться корпорация может только в одном случае — сыграв в ящик.

На прошлой неделе (11 июля) гендиректор компании истерически-эксцентричный Стив Балмер заявил об очередной реорганизации. Вся корпоративная структура перелопачивается на четыре группы: операционные системы, производство гаджетов, софтверные приложения и облачные технологии. Вы видите тут что-нибудь новое? Я — нет. И не удивительно, потому что все направления уже так или иначе были задействованы. Может быть, в другой корпоративной иерархии, но задействованы.

Зачем же тогда устраивается капитальный ремонт? Надеюсь, что читателю этот вопрос тоже покажется уже риторическим: потому что броуновское движение — это единственная форма существования надындивидуальных структур. Microsoft будет перелопачивать свою структуру, всё в ней менять, имитировать деятельность и реально что-то революционизировать до тех пор, пока хватит пара.

Насколько ей хватит пара? Очень простой вопрос: в 2012 году компания заработала почти 74 миллиарда долларов, из которых извлекла чистой прибыли на 17 миллиардов. При этом активы компании составляют 121 миллиард. Всё. Точка. Больше обсуждать нечего. С такими показателями компания может безболезненно выбрасывать на рынок абсолютно провальный продукт вроде Surface RT каждый год на протяжении столетия.
Теперь, надеюсь, становится явен тайный смысл строки Горация, о котором римский поэт наверняка сам не догадывался: если гора разрешается от бремени мышью, то это обстоятельство ровным счётом ничего не меняет в статусе горы: как была величественная махина, так ею и осталась. Ну мышка родилась, ну не получилось. Получится в другой раз: подумаешь, проблема :-).