В 2012 году, согласно статистике Kickstarter, на самом популярном краудфандинговом ресурсе было успешно профинансировано 18 109 проектов, в общей сложности привлекших от онлайн-инвесторов почти 320 млн. долл. Больше всего денег удалось привлечь проектам в категории «Игры» (83 млн. долл.), по численности успешных краудфандинговых историй лидирует раздел «Музыка» (более 5 тыс. проектов за год).

В подборке «The best of Kickstarter-2012» особое внимание уделено двум проектам, связанных с исследованием космоса подростками. В сентябре ушедшего года детсадовская группа собрала через краудфандинг 12 тыс. долл. на то, чтобы отправить в стартосферу «исследовательские» шарики для пинг-понга. Двумя месяцами ранее ученики средней школы в штате Кентукки послала в космос камеру (финансирование — более 5 тыс. долл.).

Однако это не самые прорывные научные проекты на платформе социальных инвестиций. В ноябре на Kickstarter собирал деньги проект HyperV, занимающийся разработкой плазменного двигателя для ракет и автоматических космических станций. Ученые получили 72 тыс. долл. (первоначальная цель команды – 69 тыс. долл.) на создание прототипа и проведение дополнительных исследований, которые должны помочь рассчитать эффективность нового двигателя. На Kickstarter часто поднимают деньги создатели новых 3D принтеров, а также студенческие команды с собственными проектами в сфере робототехники.

То, что сфера применения краудфандинга расширилась до финансирования научных открытий, доказывает появление на Западе специализированных ресурсов, позволяющих исследователям получить инвестиции. Среди них – сайт Microryza, запущенный в прошлом году. Самый ярко «выстреливший» проект на Microryza — исследование Джеффа Хунга (Jeff Huang), доктора наук Вашингтонского университета, посвященное анализу действий спамеров. Ученый решил выявить механизмы отбора электронных адресов спамеров и, планируя получить лишь 900 долл., собрал на Microryza более 5 тыс. долл. (финансирование – 576% от намеченной суммы). Джефф Хунг уверен, что по итогам своей работы, он сможет дать людям рецепт защиты своих ящиков и аккаунтов от спама.

15 тыс. долл. на Microryza всего за два месяца привлек проект Wormfree World Institute, ученые которого разрабатывают новое лекарство для борьбы с кишечными паразитами. Полученные деньги пойдут на проведение экспериментов в создании лекарственных соединений и мониторинг их воздействия на подвижность и размер нематод.

Научный краудфандинг также финансирует исследовательские экспедиции. Так, палеонтолог Кристиан Сидор (Christian Sidor) собрал с помощью Microryza 2300 долл. на раскопки останков трицератопсов (род растительноядных динозавров) в штате Вайоминг. Другая краудфандинговая платформа — PetriDish.org – уже поддержала такие проекты, как исследование редкого вида бабочек в Африке и поиск эколуны. Почти двести участников дали 9 тыс. долл. на проект изучения в водах Амазонки миграции арапайм – огромных пресноводных рыб, число которых на планете сегодня стремительно падает. Полученное финансирование позволит основателям проекта закупить специальные метки, которые будут прикреплены к рыбам, а также использовать ультразвуковое оборудование в процессе слежения.

Команде экологов, возможно, удастся остановить рыбаков, истребляющих арапайм - благодаря краудфандинговым деньгам
Команде экологов, возможно, удастся остановить рыбаков, истребляющих арапайм — благодаря краудфандинговым деньгам

Научные проекты такого же масштаба можно найти и на других сайтах научного краудфандинга — iAMscientist, #SciFund, Fundageek.com, Opengenius.org.

А что в России? До нас волна научного коллективного финансирования пока не докатилась. Российский аналог Kickstarter’a – Boomstarter – сегодня помогает, в основном креативным проектам. С момента запуска сайта (август 2012 года) уже получили финансирование порядка 50 проектов, однако среди них научных нет. Сегодня в разделе «Технологии» на Boomstarter – пока только четыре проекта, посвященных мобильным приложениям и интернет-сервисам.

Однако основатель Boomstarter Евгений Гаврилин верит, что все еще впереди. «Рассчитывать на то, что научный краудфандинг придет в Россию, можно. Нужно только понимать, что, по статистике Kickstarter, научные и технологические проекты занимают лишь пятую строчку среди всех направлений поиска финансирования. Соответственно, и у нас число проинвестированных научных проектов будет меньше в сравнении с числом проектов творческих коллективов. Думаю, 2013 год для России будет ознаменован «бумом» краудфандинга, рынок может вырасти в десятки, сотни раз – и как только у нас сформируется культура коллективного финансирования, можно будет ожидать и поддержки крупных наукоемких проектов. Пока же у нас даже ученые о таком инструменте не знают, и предпочитают жаловаться на то, что выбить деньги у государства на исследование невозможно».

Катерина Чечулина, pr-директор planeta.ru, убеждена, что «молодость» российского краудфандинга отнюдь не является главной проблемой. Скорее, дело в крайне медленной популяризации научного знания в России, в отличие от темпов, с которыми просвещается западная аудитория. Поэтому российские команды ученых вполне могут попробовать себя на западных краудфандинговых платформах.

«Ученые боятся делиться своими идеями, не доверяют журналистам и вообще никому, – считает Катерина Чечулина. — Поэтому если наш ученый (или группа ученых) решились выходить на краудфандинг – это уже большой шаг. И если они готовы пройти все юридические сложности, например, связанные с выводом на Kickstarter, если понимают, как работать с западной прессой, знают, где искать аудиторию для своего проекта и какие информационные каналы задействовать, если чувствуют в себе силы на все это, а не только на научные изыскания, то — почему нет? Это шанс не ждать грантов от фондов, а «выстрелить» за счет собственной харизмы. Рассказал интересно — получил деньги. Конечно, тут тоже есть свои сложности — не так уж много в науке вещей, о которых можно интересно рассказать широкой аудитории. Понятно, что очередная фича к айфону вызывает гораздо больший восторг у бэкеров, чем эксперимент по выращиванию черепах в неволе, но все равно, на западе силен интерес к науке, особенно, к проектам, связанным с новыми технологиями. И как раз в науке не так важен локальный фактор – поэтому, думаю, что к российским ученым зарубежные инвесторы отнесутся абсолютно нормально и поддержат».

Евгений Гаврилин менее оптимистичен в оценке шансов российских ученых на Kickstarter. По его словам, только 12 % платежей переходят к проектам на ресурсе от незнакомых людей – а значит, успех привлечения денег зависит от того, насколько активно на просьбу о финансировании откликнутся знакомые и друзья авторов. То есть, по сути, нет разницы, на зарубежном, или на российском ресурсе будет запущен проект — приходить к авторам будут только заведомо лояльные инвесторы. «На Kickstarter в режиме онлайн находится около 6 тыс. проектов, и потому конкретный проект можно найти только если у тебя есть прямая ссылка. Если основатели рассчитывают собрать деньги именно с американцев, единственный шанс для проекта — попасть на главную страницу Kickstarter или в рассылку по подписчикам новостей. А это очень сложно. С другой стороны, российским инвесторам поддержать своего соотечественника будет сложнее: во-первых, не всем им будет комфортно на англоязычном ресурсе, во-вторых, возникнут проблемы с перечислением денег, так как Kickstarter не работает с привычными нам Qiwi и Web Money. Так что я бы советовал ученым все-таки запускаться на российских краудфандинговых площадках».

Примеры сборов денег проектов, «почти» научных в России все-таки есть. На сайте planeta.ru 185 тыс. рублей собрала команда «Открытое мнение Химки», которая решила провести независимое электоральное исследование впредверии выборов мэра города. В итоге инициаторам проекта удалось опросить по телефону 850 человек, и на основе полученных данных которого был опубликован прогноз результатов, впоследствии оказавшийся близким к опубликованным результатам выборов. Еще одна история – поиск денег представителями Общенациональной Ассоциации Генетической Безопасности на проведение независимых исследований продуктов в аккредитованных лабораториях. Запрашиваемая сумма — 200 тыс. рублей, на которые генетики хотят закупить продукты и провести непосредсвенно анализ образцов. Пока проекту удалось собрать чуть больше 45 тыс. рублей.

Таким образом, основной фактор успеха научного краудфандинга для России — социальная значимость заявленных проектов и применимость их результатов в повседневной жизни потенциальных инвесторов. Возможно, спустя время российская аудитория загорится желанием финансировать и более «далекие» проекты во имя блага всего человечества.

Среди факторов, мотивирующих пользователей поддерживать научные проекты, на первый план выходит именно ощущение причастности к глобальному научному прорыву. К тому же, ученые должны предложить «акционерам» дополнительные бонусы. Например, энтомолог Брайан Фишер, привлекший деньги для изучения абсолютно нового вида муравьев на Мадагаскаре через PetriDish.org, обещал назвать новую популяцию именем того, кто пожертвует наибольшую сумму. Однако в других случаях ученый может пообещать привести на дом еще не вышедшую книгу с собственным автографом, или прочитать лекцию по близкой ему научной дисциплине по Skype, или пригласить на встречу с журналистами о краудфандинговом проекте, дав возможность инвесторам «засветиться».

Елена Касимова, директор по стратегии и инвестициям «Биопроцесс Кэпитал Партнерс», считает, что поддержка научных исследований в России через краудфандинг пока все-таки только «теория». По ее мнению, главная помеха коллективных инвестиций в серьезные разработки — невозможность для обычного человека вникнуть в специфику таких проектов. «Безусловно, у нас есть проекты в области биотехнологий и фармацевтики, которые могли бы найти отклик. Например, это создание противораковых лекарств. Однако компаний, которые занимаются этим, очень много — и без специальных знаний крайне сложно понять, какая из команд реализует реально прорывную идею, а какая — просто шарлатанствует. Таким образом, к научным краудфандинговым платформам должны быть присоединены эксперты, которые смогут дать свою оценку проекту. Возможно, должны создаваться какие-то рейтинги, чтобы сориентировать пользователей. Пока ни на одной площадке мы такого не наблюдаем».

И все же в перспективность краудфандинга для науки хочется верить. Несколько лет назад, когда Дмитрий Марков запустил краудфандинговый проект для покупки футбольного клуба (именно этот случай «Секрет Фирмы» считает первым в России случаем краудфандинга), а начинающие музыканты впервые пытались искать деньги на Kroogi, никто не верил в успех подобных затей. И, хотя российские ученые пока уповают на гранты, многие плюсы краудфандинга для науки (быстрая скорость привлечения финансирования для первых этапов R&D и возможность получить фидбэк в реальном времени) очевидны уже сегодня.