Несколько лет назад я заметил, что всё реже и реже читаю найденные в Сети тексты обычным способом — с помощью браузера. Сначала я старался обходиться RSS-читалками, затем мой арсенал пополнил букмарклет Readability. Я научился отправлять статьи на Kindle и стал пользоваться Newsstand. На худой конец, я пропускал страницу через Reader, встроенный в Safari. Годился любой способ, если он помогает не иметь дела с интернетом в «сыром» виде.

Вскоре оказалось, что я такой не один. На специализированные программы, позволяющие потреблять сетевой контент в обход браузера, похоже, есть спрос. Пока это, конечно, всего лишь ниша, но не тихая и незаметная, а бурлящая и привлекающая внимание.

И Apple, и Google единодушно рекомендуют новичкам установить на свои телефоны и планшеты Flipboard — приложение, автоматически переформатирующее сетевые фиды в подобие иллюстрированного журнала.

flipboard-outsideflipboard-inside2

Приложения Instapaper, Pocket и Readability, загоняющие статьи из любого источника в общий минималистичный интерфейс, который напоминает электронную книгу, не первый год удерживают верхние позиции в соответствующих разделах Google Play и App Store. Все три работают под iOS и Android, имеют веб-версии, а у Pocket есть ещё и вариант для OS X.

pocket-outsidepocket-inside

Издатели тем временем с переменным успехом экспериментируют с планшетными версиями журналов, которые похожи на свои бумажные прототипы куда сильнее, чем на сайты в интернете.

newsstand

Зачем потребовались все эти программы? Майк Маккью, основатель компании, которая разработала Flipboard, заметил однажды, что это приложение призвано ответить на вопрос, как выглядел бы World Wide Web, если бы его придумали не двадцать лет назад, а сегодня. Из этого вопроса следует довольно мрачный вывод: если ответ требует появления Flipboard, значит, настоящий веб не оправдал наших ожиданий. Значит, веб, который у нас получился, — это не совсем то, что мы хотели, и ему нужна замена.

Это громкое заявление, но убедиться в том, что для него есть почва, очень легко: достаточно открыть один и тот же текст сначала в браузере, а затем в одном из приложений для чтения. Это как раз тот случай, когда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Экспонат номер один: статья о новом поисковике Facebook, опубликованная на сайте американского журнала Wired. В нём нет ничего особенного. Этот опыт даст похожие результаты почти на каждом сайте подобного типа.

wired-browser

А вот эта статья после того, как с ней поработал Readability. Того же эффекта можно добиться с помощью Instapaper или Pocket. У них общий принцип действия: они анализируют код страницы, извлекают фрагмент, больше всего похожий на текст, и оформляют его согласно настройкам, которые установил пользователь.

wired-readability

Этот текст можно найти и в планшетной версии журнала, которую Wired выпускает для iPad и планшетов на Android. Обратите внимание на короткий и ясный заголовок, ещё не тронутый специалистами по SEO.

wired-tablet-awired-tablet-b

Проблема очевидна с первого взгляда. Почти 70% скриншота сайта занимают вещи, не имеющие ни малейшего отношения к статье: несколько баннеров, анонсы других статей, опубликованных на сайте, и ссылки на социальные сети. В первом экране не уместилось ни строчки текста, и даже от иллюстрации в начале виден только хвостик, зато неровно расставленные кнопки Twitter и Facebook отъели почти 10% площади. Если начать читать, станет ещё хуже: через какое-то время снизу приползёт небольшое, но очень назойливое окошко, которое уговаривает прочитать следующую статью.

Приложения для чтения — полная противоположность. На их скриншотах перед пользователем нет ничего лишнего — только контент, за которым он, собственно говоря, и пришёл. Даже реклама, которой в планшетных изданиях, на самом деле, побольше, чем на сайте, не так раздражает. Она не теснится у края экрана и не борется с контентом за внимание читателя. Для неё выделены отдельные страницы — как в печатных журналах.

Специализированные приложения решают единственную задачу: они призваны сделать чтение удобнее и приятнее. Сайты в этом смысле гораздо сложнее и противоречивее. У них есть другие цели, причём не менее важные, чем удобство пользователя. Компромиссы приводят к тому, что как интерфейс для потребления контента сайты с разгромным счётом проигрывают альтернативам. Когда я вижу, что две трети страницы, которую я читаю, работают против меня, я готов согласиться с Маккью. Это действительно не совсем то, что мы ждали от World Wide Web.

Главная страница сайта Wired во второй половине девяностых
Главная страница Wired во второй половине девяностых
Как мы дошли до жизни такой? Не сразу. И лучшего доказательства, чем всё тот же Wired, тут не придумать. В начале девяностых это издание одним из первых завело представительство в интернете, а спустя несколько лет именно в Wired изобрели рекламные баннеры. Когда они начинали, слова «веб-дизайн» не существовало, поэтому примеры для подражания приходилось искать в офлайне.

В результате восемнадцать лет назад сайт Wired был куда больше похож не на своего прямого потомка, до сих пор располагающегося почти по тому же адресу, а на современный планшетный журнал — и это несмотря на жалкое разрешение 640×480, с которым тогда приходилось работать, и примитивность Netscape Navigator, единственного популярного браузера середины девяностых. Почти все изменения, которым подвергся сайт с тех пор, были регрессом.

Глупость или злые намерения тут ни при чём. Единственная причина заключается в том, что сайты существуют не в безвоздушном пространстве. Чтобы выжить, им, как правило, нужны деньги. Главный способ переработки сетевого контента в деньги — это реклама. Реклама, в свою очередь, требует, чтобы её кто-то смотрел. Приспособиться к этим внешним стимулам, не изменившись до неузнаваемости и не утратив каких-то ценных качеств, оказалось невозможно.

Вообразите безобидный организм, попавший в незнакомую, но агрессивную среду. Ему так или иначе придётся реагировать на внешние стимулы. Если он в срочном порядке не обзаведётся бронёй, его съедят хищники. Если не отрастит зубы и когти — погибнет с голоду сам. После всего этого он неизбежно станет не таким уж безобидным, но другого выбора у него нет.

С сайтами случилось именно это: им пришлось обрасти органами, необходимыми для выживания, но, увы, далеко не всегда приятными на вид. Год за годом сайты эволюционировали, анализируя поведение пользователей и заимствуя чужой опыт, адаптируясь под требования поисковых систем, порой подталкивающие их совсем не в том направлении, куда хотелось бы направиться пользователям, и страдая от технических ограничений, которые накладывают системы управления контентом. Интересы пользователя были не единственным и не самым главным фактором, влияющим на эту эволюцию.

Каждая «мутация» улучшала один из параметров, важных для создателей сайта. Одна увеличивала глубину просмотров, другая — удерживала посетителя подольше, третья — вызывала рост переходов с поисковиков (или, возможно, делала это несколько лет назад, пока алгоритм Google не изменился; избавляться от неё на всякий случай не стали), четвёртая — помогала привлечь посетителей с социальных сетей (в теории; на практике её влияние совершенно неуловимо, но поскольку она есть у всех, в ней не сомневаются) — и так далее до бесконечности.

И у каждой «мутации» имелись неприятные побочные эффекты. Будь они позначительнее, люди давно взбунтовались, но по отдельности они малы, незаметны и очень редки. В результате понять, что мы движемся в тупик, очень трудно. Для этого требуется взглянуть на происходящее со стороны. Flipboard, Instapaper и другие приложения такого рода ценны как раз тем, что дали такую возможность. Каждое из них — это немое, но исключительно наглядное свидетельство того, что с интернетом происходит что-то нездоровое. Если бы всё было в порядке, подобные костыли просто не потребовались бы.

К сожалению, из этого следует, что такие приложения — определённо не выход из тупика. Они предназначены не для решения проблемы, а для того, чтобы пережить её с наименьшими потерями — костыли, как и было сказано. Просто повернуть вспять полтора десятка лет развития тоже нельзя: пока факторы, которые привели к сложившейся ситуации, продолжают действовать, это будет самоубийством. Что остаётся? Разве что следить за успехами тех, кто пытается вырваться из порочного круга. Рассказ о них, впрочем, заслуживает отдельного поста.