Утром 14 декабря психически неуравновешенный молодчик ворвался в начальную школу и устроил резню, убив или искалечив больше двадцати человек, в основном — детей. Сопротивляться ему пытались, но безуспешно: он орудовал здоровенным кухонным ножом.

Нет, здесь нет опечатки. Просто речь не об Америке. Эта история случилась в тот же самый день, когда Адам Ланза (см. «Гений и злодейство») застрелил двадцать семь ребятишек в начальной школе Ньютауна. Но Ланза действовал в Штатах, а Мин Ёнгсун — в Китае. О нём мало кто слышал, потому что китайские власти и подконтрольная пресса сделали всё возможное, чтобы трагическую новость замять. Но она всплыла благодаря местным твиттерянам (есть там такой микроблог, Weibo.com) — и волей случая сыграла бесценную роль для практических выводов из трагедии американской.

А Штаты вот уже вторую неделю буквально стоят на ушах. Дискуссия об ужесточении законов, регулирующих хранение, ношение и применение огнестрельного оружия гражданскими лицами захлестнула страну, не оставив равнодушным кажется никого. Президент среагировал первым, создав рабочую группу для выработки вариантов — но ему и пора бы уже очнуться: только в текущем году и только в американских школах произошло семь (!) кровавых инцидентов, классифицируемых как «бойня».

Следом за президентом проснулись законодатели, заказавшие новое большое исследование видеоигр: уж не игрушки ли питают агрессию юного поколения? Акции Blizzard, Ubisoft, Electronic Arts, Take Two Entertainment просели как по команде. А пресса, телевидение, блоггеры, форумчане рвут и мечут, раз за разом, снова и снова перебирая возможные пути выхода из кризиса.

Впрочем, что там и обсуждать-то? Хороших идей раз два и обчёлся, и все они давно предложены, дело только за тем, чтобы решиться и придать им статус закона. Первое: полный запрет на продажу гражданским лицам так называемого штурмового оружия вроде полуавтоматических винтовок, которыми пользовался и Ланза, и его нашумевший предшественник, Джеймс Холмс, минувшим летом в кинотеатре. Второе: полный запрет на сверхъёмкие магазины для винтовок. Полуавтоматика не умеет стрелять очередями, но этот её недостаток компенсируется большими магазинами, вмещающими значительно больше десяти патронов. Вот и всё. Так за чем же дело стало?

Один из интересных альтернативных вариантов — умное оружие. Например, отказывающееся стрелять в чужих руках. Это давно уже не фантастика, хоть пока ещё по большей части эксперименты. На фото показан действующий пистолет, распознающий владельца по манере держать рукоять (технология Dynamic Grip Recognition). Разработка Технологического института Нью-Джерси. Говорят, охрана там вооружена именно такими стволами.
Один из интересных альтернативных вариантов — умное оружие. Например, отказывающееся стрелять в чужих руках. Это давно уже не фантастика, хоть пока ещё по большей части эксперименты. На фото показан действующий пистолет, распознающий владельца по манере держать рукоять (технология Dynamic Grip Recognition). Разработка Технологического института Нью-Джерси. Говорят, охрана там вооружена именно такими стволами.

А дело в том, что полуавтоматические винтовки вроде Bushmaster .223, которую использовал Ланза, очень хорошо продаются. Собственно они и появились на свет для того, чтобы компенсировать упавшие продажи классического охотничьего оружия в конце XX века. Понятное дело, охотиться американцы с тех пор больше не стали, полуавтоматы используют для развлечения и насыщения извечного желания оружием обладать.

Чтобы не играть на нервах у публики, рекламщики даже выделили их в особый класс, назвав «современным спортивным оружием». Сегодня это самый быстрорастущий сегмент оружейного рынка США: покупают такие пушки в основном мужчины, они же тратят кучу денег на всевозможные аксессуары для своих стволов (прицелы, декоративная обвеска и пр.). Стоит ли удивляться, что все разговоры о запрете штурмового оружия так и остаются разговорами?

Кое-что, впрочем, изменилось. Можно сказать, сегодня Америка как никогда готова наложить вето на продажу полуавтоматов. Вообще-то, традиционно, трое из каждых четырёх американцев считают святотатством покушение на прописанное в Конституции право на оружие. Однако последние опросы показали, что шесть из десяти граждан США теперь склоняются в пользу запрета полуавтоматических винтовок и больших магазинов, и почти каждый считает необходимым ввести обязательную предварительную скрупулёзную проверку желающих огнестрельное оружие приобрести (последнее потребует значительно большего сотрудничества штатов с федеральным центром: пока что местные власти не слишком охотно делятся информацией о своих жителях).

Однажды, лет пятнадцать назад, подобный запрет в Соединённых Штатах уже действовал, но в законе было слишком много дыр, чтобы он был эффективным. Если его наложат вновь, он наверняка будет носить более жёсткий характер. Сложность в том, что желания рядовых американцев и желания американской оружейной индустрии в кои-то веки разошлись.

Национальная стрелковая ассоциация (NRA), самый влиятельный игрок на национальном рынке оружия, неделю молчала, а в минувшую пятницу разродилась своим видением проблемы. Согласно NRA, единственный, кто может остановить плохого парня с пушкой — это хороший парень с пушкой. Так что… присядьте… нужно вооружить школьных охранников, наняв, если потребуется профессионалов, либо обеспечив каждой школе присутствие вооружённых полицейских (сегодня только каждое третье учебное заведение охраняется людьми с огнестрельным оружием). Эта позиция перекликается с высказанной чуть ранее: вооружить предлагается и учителей, разрешив им скрытое ношение пистолетов, а ещё лучше — обязав их к этому.

Оружейные вендоры, когда на них давит общественность, требуя навешать «умную защиту», апеллируют к простому принципу: оружие должно быть максимально надёжным, а любая примочка надёжность ослабляет. Вот, почему, кстати и инвесторы не пылают любовью к смарт-ганам (фото: digitalO).
Оружейные вендоры, когда на них давит общественность, требуя навешать «умную защиту», апеллируют к простому принципу: оружие должно быть максимально надёжным, а любая примочка надёжность ослабляет. Вот, почему, кстати и инвесторы не пылают любовью к смарт-ганам (фото: digitalO).

Маразм? Эгоизм? Лицемерие? В NRA считают, что эти характеристики больше справедливы для президентской администрации. Мол, официальные власти предпочитают использовать популистские методы вроде давления на оружейных вендоров, вместо того, чтобы набраться смелости и сделать что-то действительно эффективное: ограничить наконец насилие в видеоиграх, озаботиться контролем за душевнобольными (я говорил, что аспергеров будут давить? Предлагается создать общенациональную базу данных по гражданам с психическими отклонениями — и всем по фигу, что, согласно статистике, алкоголь и прочие наркотики намного чаще становятся первопричиной агрессивного поведения).

Спас бы вооружённый охранник 26 жизней в Ньютауне? Очень может быть, но — не факт. В трагической истории 1999-го года, в городке Колумбина (помните документальный фильм «Боулинг для Колумбины»?), были двое вооружённых охранников, но противостоять напавшим на школу юнцам они не смогли.

А теперь позвольте высказать крамольную мысль. Может быть NRA не так уж и ошибается? Ведь зло творит не оружие, а люди. Если понадобится, резню аналогичных ньютаунским масштабов можно устроить даже кухонным ножом: раньше этот довод был чисто теоретическим, сегодня — вспомните Китай — он подтверждён на практике. Да и в США неоднократно проводились исследования, показавшие: криминогенная обстановка в городах и штатах, разрешивших или обязавших граждан к ношению огнестрельного оружия, улучшается.

Вернёмся теперь к летней истории, к Джеймсу Холмсу. Посвящённая ему колонка (см. «Почему США не запретят торговлю оружием? И почему Россия её не разрешит?») остаётся самой обсуждаемой публикацией в Национальной Деловой Сети. Но скажу честно, если бы я писал её сегодня, то сформулировал бы вынесенный в заголовок вопрос иначе. Ведь в смысле торговли оружием Россия мало чем отличается от Штатов.

Оружия у нас полно: на руках у населения свыше пяти миллионов охотничьих стволов (и это, боюсь, сильно устаревшая статистика). При этом, как и в Штатах, очевидна мода на оружие штурмовое, вроде «Сайги» — гражданского варианта автомата Калашникова, вокруг которого сформировалась точно такая же экосистема аксессуаров, как и по ту сторону Атлантики вокруг «Бушмастера» и прочих.

Реальная разница между Штатами и Россией — знаете в чём? Процент криминального применения легально приобретённого оружия у нас крайне мал (десятые или сотые доли процента). Так почему же в Штатах бойня следует за бойней, а Россия — тьфу-тьфу — если и попорчена этой ржой, то лишь самую малость? Может быть дело в менталитете, в воспитании? Может нам просто повезло родиться в СССР, которая «не нападает первой»? Впрочем, идеи принимаются.