В 1964 году в издательстве Чикагского университета увидела свет работа экономиста Гэри Стенли Бэккера «Человеческий капитал» (Human Capital: A Theoretical and Empirical Analysis, with Special Reference to Education). С тех пор понятие это является одним из ключевых для современной постиндустриальной экономики, а сам автор книги был удостоен в 1992 году Нобелевской премии по экономике.

Впрочем, о «человеческом капитале» говорили и раньше. Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) И. В. Сталин, выступая 4 мая 1935 года в Кремлёвском дворце перед выпускниками военных академий РККА, произнёс: «Самый ценный капитал — это люди». Ну а само словосочетание human capital было употреблено Карлом Марксом в работе The Emancipation Question, впервые опубликованной в New-York Daily Tribune ещё в январе 1859-го, когда и в Российской империи и в Северо-Американских Соединенных Штатах процветало рабство. С тех пор поднялась, достигла своих высот и угасла индустриальная эпоха с её традиционным пониманием капитала; станки там, машины всякие…

Капитал индустриальной эпохи выглядел так…
Капитал индустриальной эпохи выглядел так…

А сегодня ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ профессор В. Мау высказывает в седьмой книжке «Вопросов экономики» за 2012 год парадоксальные мысли: «Россия столкнулась не с проблемами кризиса сложившейся в советское время социальной системы, а с гораздо более глубокой проблемой кризиса индустриального общества. Поэтому поиск и создание новой модели социальной политики относятся не к области догоняющего развития, а к общей проблематике всех развитых стран, к числу которых по этому критерию принадлежит и Россия. Сам же крах советского строя стал результатом кризиса индустриальной системы с характерными для нее институтами социального государства (welfare state).»

То есть те самые вещи, которые заботят нас, в значительной степени относятся — ещё раз повторим слова Мау — «к общей проблематике всех развитых стран». А развитые страны — члены Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) поразительно большое внимание уделяют образованию. Вот интереснейший доклад «Взгляд на образование — 2012», подготовленный ОЭСР, в котором приведена масса фактов относительно влияния образования на жизнь общества и отдельного человека. Прежде всего согласно ему получается, что общество в целом зависит именно от труда образованных людей: за последнее десятилетие рост ВВП стран ОЭСР (более 50%) связан с трудовыми доходами людей с высшим образованием. У них выше зарплаты: в среднем жители стран ОЭСР с высшим образованием получают на 55% больше, чем жители стран ОЭСР со средним или средним профессиональным; у них ниже безработица (у мужчин — на треть, а у женщин — на 40%).

Ну а так - капитал эпохи постиндустриальной, с её труднопредсказуемыми переменами
Ну а так — капитал эпохи постиндустриальной, с её труднопредсказуемыми переменами.

Но вот один парадокс. Знаете, какая страна лидирует в списке наиболее образованных? Так это Россия! У нас, согласно докладу ОЭСР, 55% людей в возрасте от 25 до 34 лет имеют высшее образование! (В соседях – Канада и Республика Корея.) Так что, казалось бы, именно нашу страну ждёт самое светлое постиндустриальное будущее… Но в реальности дело обстоит совсем не так; посмотрим на публикацию «Ведомостей»: «Россияне много работают, мало зарабатывают и рано умирают, так и не успев насладиться жизнью, ставит диагноз ОЭСР»…

Чистый доход домохозяйства после уплаты налогов — $15 286 против $23 047 в странах ОЭСР. При этом работают россияне больше, 1981 час в год против 1 776 часов. Так в чём же дело? Образование выше, работаем больше, а доходы — в полтора раза ниже? Причём профессор Мау пишет: «В России принято гордиться уровнем образования. Оно действительно неплохое, а по меркам среднеразвитой страны, только что осуществившей индустриализацию, оно было даже хорошим». Но ведь отвечать постсоветское образование должно уже не на вызовы индустриальной эпохи, а на те требования, которые предъявляет к нему эпоха постиндустриальная, информационная. «За пять–шесть лет получения высшего образования появляется немало профессий, которых на момент поступления в вуз просто не существовало».

Следовательно, наша страна сталкивается с ситуацией, в которой главным капиталом неизбежно окажутся не станки индустриальной эпохи и не сырьевые ресурсы, выручавшие нас в последние пару десятилетий, а люди. Люди, в знания и навыки которых инвестировать надо уже сейчас — в виде затрат на обучение. В значительной степени государственных: вспомним, что более половины экономического роста стран ОЭСР обеспечено людьми с высшим образованием. Да и личные затраты вполне обоснованы: мужчины с вузовским дипломом в возрасте 25–64 лет в 2010 году зарабатывали в развитых странах на 67% больше по сравнению с мужчинами того же возраста со средним специальным образованием (и разница растёт: парой лет раньше она была лишь 54%). Но если личные деньги на обучение — своё или детей — каждый волен тратить как хочет, то государственным (нашим с вами!) расходам на образование хотелось бы иметь обоснование. Того, что вложенные деньги не пропадут, а будут приносить прибыль, — как и любая другая удачная инвестиция. (Пользу повышения общего уровня культуры мы сейчас не рассматриваем…)

Итак, исходные данные. Важнейший капитал — образованные люди, которым предстоит работать в чрезвычайно изменчивом информационном мире. Как же спланировать их образование таким образом, чтобы оно принесло пользу и им самим (в виде востребованной и хорошо оплачиваемой специальности), и обществу?

Впервые в будущее заглянули на таком компьютере…
Впервые в будущее заглянули на таком компьютере…

И тут на помощь приходят методы прогнозирования по динамическим моделям, позволяющим путём имитационного моделирования просчитывать поведение сложных систем с перекрёстными обратными связями. Пионером в таком деле был американец Джей Райт Форрестер, создавший в 1956 году первую версию языка ДИНАмического МОделирования DYNAMO для первого серийного компьютера с аппаратной реализацией вычислений с плавающей точкой IBM-704.

Среда AnyLogic, работающая под всеми современными операционными системами, поддерживает несколько видов моделирования
Среда AnyLogic, работающая под всеми современными операционными системами, поддерживает несколько видов моделирования.

Сегодня на задачи динамического моделирования ориентирована AnyLogic, среда делового имитационного моделирования, разработанная отечественной компанией The AnyLogic Company. И вот именно ей воспользовались специалисты группы компаний IBS, широко известного разработчика программного обеспечения, создавшие экспертно-аналитическую систему прогнозирования потребности в профессиональных кадрах. Проект осуществлялся по заказу Министерства образования и науки Российской Федерации и после тестирования в процессе формирования контрольных цифр приема абитуриентов для 2012–2013 учебного года передан заказчику.

Методика, заложенная специалистами IBS в экспертную систему, восходит к работам Форрестера по «Мировой динамике» и трудам по имитационному моделированию академика Н. Н. Моисеева. Привлечённые ГК эксперты создали динамические модели социально-экономического развития 83 субъектов Российской Федерации. Результаты моделирования процессов в них сводятся в единую модель социально-экономического развития РФ, по которой и определяется потребность страны в кадрах различных специальностей в целом, с разбивкой по регионам. На основе этого и формируются утверждаемые Минобрнауки России контрольные цифры приёма в вузы по всей стране в текущем году.

В чём тут отличие от традиционного планирования индустриальной эпохи? А именно в динамических моделях с перекрёстными связями. Когда в индустриализацию строили заводы, то предполагали сельское население неисчерпаемым резервуаром, готовым из года в год поставлять на них работящие кадры. Но сельское население в какой-то момент начало кончаться, и индустриальное производство стало буксовать, терять производительность.

Причём первыми с этим столкнулись в шестидесятые янки, что описал в книге «The Zero-Sum Solution», вышедшей в Лондоне в 1987-м, Лестор Туроу (Thurow L.). Потом пришла очередь плановой экономики Советского Союза. Плановой, но не имеющей возможности полноценного динамического моделирования и вытекающего отсюда прогнозирования. И над СССР витали еще и идеологические тени вроде недопущения безработицы и передовой роли рабочего класса, что вряд ли позволило бы прислушаться к прогнозам учёных… А компьютерные модели давали бы возможность посчитать, и сколько рабочих потребуется производству в таком-то году, и сколько людей сможет прийти из села в город; правда, это сейчас актуально только для ЮВА…

А теперь мы видим знаменательное явление. Министерство образования и науки Российской Федерации ставит процесс управления самым ценным капиталом, которым является человеческий, на научную базу. Общество будет управлять инвестициями в образование на основе прогнозов, полученных по результатам имитационного моделирования. Возможно, рекомендации, даваемые экспертной системой, и будут искажаться. Лоббированием со стороны университетов. Давлением населения — желающего учить детей бесплатно и престижному — на политиков. Но — начало положено. Планирование образовательного процесса теперь опирается на процессы вычислительные. Единственное, что даёт шанс в некоторых пределах заглянуть в будущее.