В 2007 году, теперь уже таком далёком, случилось знаменательное событие: группа Radiohead выпустила свой альбом «In Rainbows» в открытый доступ и предложила поклонникам команды самим назначить цену за эту запись. По итогам эксперимента группа объявила, что заработала на этом куда больше, чем за предыдущие альбомы, выпускавшиеся традиционным образом.

На следующий год аналогичным образом попытался поступить Трент Резнор («Nine Inch Nails», «How To Destroy Angels_»), в 2008 году выложивший альбом The Slip на своём сайте бесплатно и экспериментировавший с самостоятельной дистрибуцией и «селф-релизами».

Надо заметить, что успех «In Rainbows» стал поводом провозгласить наступление большого и чистого светлого будущего, в котором поклонники музыкальной группы всегда поддержат её (точнее, будут её просто содержать, исправно посещая концерты и покупая студийные альбомы, покрывая тем самым производственные расходы), а жадные лейблы с их грабительскими расценками на носители и беспощадной эксплуатацией артистов в прошлом вылетают в трубу. Может быть, даже фановую.

Обложка альбома "In Rainbows"
Обложка альбома «In Rainbows»
Чуда, однако, не случилось: уже к 2010 году стало очевидно, что успех Radiohead оказался одноразовым явлением. Не случайным, нет: к тому моменту, как группа выпустила In Rainbows, у них за душой были уже шесть успешных альбомов и преданная аудитория по всему миру. Они могли себе позволить широкий жест. Кто-либо другой менее знаменитый на их месте — едва ли.

И тем не менее борцы с копирайтом продолжают упорно убеждать себя и других в том, что успех сетевого релиза In Rainbows что-то такое доказал. И вот на дворе 2013 год и лидер Radiohead Том Йорк выражает фактически сожаление по поводу того, что группа Radiohead сделала в 2007 году.

— Мы были погружены в интернет уже во времена [альбома 2000 года] «Kid A». Мы, правда, думали, что это может быть великолепным способом для связи и общения. И очень скоро мы стали встречаться с людьми, которые называли всё то, что мы делаем, «контентом». Они показывали нам письма от крупных медиакорпораций, предлагавших нам миллионы за какие-то контракты, связанные с мобильными телефонами, или что это такое было? — и говорили, что всё, что им нужно, это немного «контента». А я спрашивал тогда, а что такое этот ваш «контент»? Просто заполнение времени и пространства чем-либо, эмоциями например, так, чтобы вы могли это продавать?

По словам Йорка, тогда им казалось, что они ниспровергают корпоративную музыкальную индустрию, однако теперь он высказывает опасения, что они играли на руку Apple, Google и им подобным:

— Для поддержания стоимости своих акций им приходится всё превращать в товар, однако тем самым они обесценили весь контент, включая музыку и газеты, и на том нажили свои миллиарды. И это то, чего мы хотели добиться? Я до сих пор полагаю, что всё это рано или поздно рухнет. Для меня в этом нет никакого смысла.

Покаяние Тома Йорка
Том Йорк, Radiohead
Вот, как говорится, и сказочке конец. «Борьба с копирайтом», на знамёнах которой в течение всех последних лет красовался «успешный опыт Radiohead», привела исключительно к перераспределению капиталов от одних корпораций к другим. И это даже не смена шила на мыло: если лейблы хоть как-то пестовали артистов, на чью продукцию шлёпали свои штампы, то для упоминаемых Йорком Apple и Google значение имеет только уже произведённый контент, а артисты — не их профиль.

Кому борьба с копирайтом точно не принесла ничего хорошего, так это самим музыкантам.

Известный московский промоутер (и музыкант) Илья Зинин в середине января опубликовал в «Русском репортёре» статью, в которой, в частности, говорится следующее:

— Если вспомнить практически все музыкальные прорывы прошлого десятилетия, то связаны они будут не собственно с музыкой, а с технологиями. Сначала появился mp3-формат, потом файлообменники, потом торрент-трекеры, теперь же практически вся когда-либо записанная и опубликованная музыка доступна для онлайн-прослушивания. Каждое из этих новшеств сопровождалось ворохом позитивных футуристических прогнозов, смысл которых сводился к тому, что музыкант больше не будет зависеть от мейджоров, радио и ТВ и что любой, даже самый немассовый артист сможет найти свою аудиторию. По факту вышло иначе: CD-носитель умер, музыканты лишились заработков от продаж дисков, небольшие влиятельные инди-лейблы либо разорились, либо еле-еле сводят концы с концами, а музыки в интернете стало настолько много, что в этом изобилии можно потеряться.

И даже если сегодняшний слушатель, привыкший, что вся музыка мира располагается от него на расстоянии поисковой строки, находит в общем изобилии что-то действительно интересное для себя, никаких гарантий того, что ему вообще придёт в голову поддержать артиста, нет. Взять хотя бы ресурс Spotify, у которого по состоянию на декабрь 2012 было около 20 млн пользователей: из них около 5 млн оформили платную подписку. Четверть. И это ещё много.

Трент Резнор (Nine Inch Nails, How To Destroy Angels_)
Трент Резнор (Nine Inch Nails, How To Destroy Angels_)
В 2008 году Трент Резнор спонсировал выход альбома «The Inevitable Rise and Liberation of NiggyTardust!» рэппера (а также актёра и поэта) Саула Уильямса. Из 150 тысяч человек, скачавших записи Уильямса, лишь 18 процентов согласились вообще хоть что-либо за них заплатить.

Вся эта статистика, к слову, опровергает старый довод насчёт того, что достаточно предоставить людям удобный сервис, и они будут готовы раскошелиться. Может быть, будут, но для них это не является необходимым условием для получения интересующего их «развлекательного продукта» ни с практической, ни с этической точки зрения.

Главный вопрос теперь — это что будет дальше. Вариантов, как всегда, несколько, самый реалистичный из которых выглядит примерно следующим образом.

Индустрия звукозаписи в её нынешнем виде уходит в небытие; следом за ней медленно, но неотвратимо «усыхают» профессиональная звукозапись (автоматически снижается средний уровень качества новых записей, выкладываемых в онлайн), сокращается производство музыкального оборудования (в том числе инструментов), материальные носители становятся элитной категорией товаров, а то и коллекционной редкостью.

Что касается музыкантов, то, конечно, их меньше не станет. Просто станет меньше профессионалов и меньше высококачественного звука — наступление эры дилетанта пророчат давно, и интернет весьма способствует ускоренному её наступлению.

Ещё больше, чем сегодня, станет электроники: как на днях справедливо заметил Трент Резнор, благодаря компьютерам «сегодня умение играть на музыкальном инструменте — не обязательное условие для того, чтобы делать музыку, которая зацепит аудиторию» (это притом, что сам Резнор — весьма крепкий мультиинструменталист).

Ну, а в целом рок-музыкантов, например, ждёт та же судьба, что постигла джазистов и академистов: пребывание в «элитарной нише», с цементированием установленных исполнительских и композиционных канонов. Не худший, в общем-то, вариант, наверное.

Но на протяжении некоторого, довольно длительного, видимо, времени на поверхности информационного поля будет болтаться нечто в худшем смысле популярное (как справедливо замечает Зинин, как только в России открылся iTunes, его топ незамедлительно возглавил Григорий Лепс), а кроме того, музыкантам чем дальше, тем больше придётся заниматься самомаркетингом, а талант самопродвижения далеко не всегда коррелирует с музыкальными дарованиями (больше находится примеров обратной корреляции).

Так что самым востребованным участником музыкальной группы скоро станет не хороший барабанщик, например, а гиперактивный, сверхобщительный персонаж, способный продать снег эскимосам — и пропихнуть малоизвестную команду в десять разных клубов в неделю.

Сэм Розенталь, лидер легендарной субкультурной формации Black Tape for a Blue Girl и, заодно, глава довольно успешного, хоть и маленького, инди-лейбла Projekt, как-то отметил: «Сегодня артист должен работать в качестве полномасштабной SMM-машины. Вот что такое сегодня музыкальная группа: маркетинговый отдел, который пишет музыку». И это говорит человек, которого никак нельзя обвинить в том, что он выпускает какой-то попсовый примитив.

Есть и другой, более благоприятный, кажется, вариант развития событий: «тотальный краудфандинг«. Сбор коллективных пожертвований сегодня — это самый честный способ финансирования творческой работы. Если через краудфандинговую платформу собирается нужное количество денег, процесс качественной студийной записи оказывается как минимум полностью профинансирован целевой аудиторией — людьми, которые заранее знают, что получат нечто им интересное. И этот подход на практике оказывается ближе всех прочих к тому «прекрасному новому миру», где отпадает — на первый взгляд — необходимость в посредниках между музыкантами и целевой аудиторией (функции таких посредников на протяжении ХХ века выполняли лейблы). Финансирование записи берёт на себя ЦА, а продюсирование выполняет сам артист (кстати, возникает вопрос, как скоро дойдёт дело не только до коллективного финансирования, но и коллективного продюсирования музыкальной записи).

Однако на деле посредники никуда не деваются: просто лейблы заменяют краудфандинговые платформы, которые «снимают сливки» — берут свой процент с успешно проведённых кампаний. При этом артисты всё равно получают куда меньше, чем во времена, когда доходы с продажи винила, кассет и CD составляли значительный процент от общего их заработка: жертвователи на Kickstarter дают деньги строго на запись и обещанные им бонусы, а не на «достойную жизнь артиста». Вдобавок для того, чтобы убедить ЦА оплатить, например, студийные расходы, артистам придётся опять-таки заниматься той самой деятельностью, которую раньше брали на себя лейблы, — маркетингом. Без него теперь никуда просто потому, что общедоступной музыки стало слишком много.

Фото Wikipedia.org
Фото Wikipedia.org

Возвращаясь назад, к эпизоду с In Rainbows, необходимо сказать вот что. Модель, которую предложила группа Radiohead — Pay What You Want, не получила массового (серийного) распространения в музыкальной сфере, но это ещё не является окончательным доказательством её безуспешности. Существуют примеры успешного применения в других областях. Например, компания Humble Bundle Inc. распространяет по этой модели видеоигры независимых разработчиков, и довольно успешно (счёт доходам идёт на миллионы). В ноябре в режиме бета-тестирования начала некая платформа Generous, создатели которой обещают поставить на массовые рельсы модель Pay-What-You-Want, предлагая всем желающим, от музыкантов до инструкторов по йоге, выставлять свои услуги по ценам, которые предложит ЦА. И хотя насколько эта платформа будет успешной, остаётся пока большим вопросом, вероятность того, что это будет своего рода «новый» Kickstarter, заметно отличается от нуля.