Сегодня пятница, а значит на «Голубятне» — кинодень. Хочу поделиться с родной IT-братией впечатлениями от просмотра очередного отечественного патриотогонного действа под названием «Легенда №17».
«Легенда №17» — это рассказ моего соотечественника по малой родине режиссера Николая Лебедева о выдающемся хоккеисте Валерии Харламове и о первом матче Суперсерии СССР — Канада 1972 года.

Помянул режиссера в первых строках и усомнился: а стоило ли? «Легенда №17» — кино не авторское, я бы даже сказал, воинственно не авторское. Фильм этот — чисто идеологический и в этом качестве обречен на успех по ряду обстоятельств. Во-первых, идеология «Легенды №17» правильная, во-вторых, снято кино отменно, а главное — по всем канонам идеологического кино, разработанным нашими конкурентами на данном поприще — американцами. Последнее, как раз, и есть гарантия успеха.

488_1

Однако по порядку. Произведена «Легенда №17» на студии Никиты Сергеевича Михалкова «ТриТэ». По моим ощущениям эта марка — «ТриТэ» — предопределяет гораздо больше в фактуре фильма, чем все остальные формы авторского участия, вместе взятые: и режиссура, и сценарий, и актерская игра и проч. «ТриТэ» — это кузница патриотического пафосного кино в хорошем смысле слова, и по этой причине «Легенда №17» на уровне физиологических ощущений (мурашки по коже в нужные моменты, скупая слеза, украдкой вытертая в кульминационных сценах, негодование, дружно переживаемое всем зрительным залом, и проч.) ничем не отличается ни от «Сибирского цирюльника», ни от «Утомленных солнцем-2», ни от «Двенадцати», ни от «Турецкого гамбита».

Если «Легенда №17» — не авторское кино, тогда какое? Оно тенденциозное. Опять же — в хорошем смысле слова. Этот фильм отражает не переживания режиссеров/сценаристов, а некую тенденцию, совпадающую с определенным мировоззрением в обществе. Каким мировоззрением, я уже сказал, — патриотическим.

488_2

Идеология Михалкова / «ТриТэ» понятна и похвальна: на наших глазах выросло целое поколение, родившееся и сформировавшееся в стране, которой нечем гордиться. Ну, то есть — совсем нечем: несколько локальных гражданских войн, обворовывание населения en masse, экспоненциальная деградация системы образования, планомерное и методичное уничтожение экономики, культуры, науки, социального обеспечения, коррумпированная власть на всех уровнях без исключения, разрушение национальной промышленности, ликвидация всех форм экономического планирования, отсутствие стратегии и тактики экономического развития, и главное — отсутствие даже намека на национальную объединяющую идею.

Все эти «достижения» характерны больше для военного времени, мы же умудрились поставить негативные рекорды в эпоху, отмеченную революционным переходом человечества на уникальный уровень взаимопроникновения идей и тотальной коммуникации. Казалось бы, мировая интеграция и открытие мира должны были как минимум стимулировать реализацию национального потенциала, заложенного в русский народ, однако вместо этого мы получили невиданную за все послевоенное время деградацию всего и вся. Неслабая такая вышла перестроечка.

488_3

Соответственно, возникает вопрос: где черпать позитив для воспитания подрастающих поколений? Чем гордиться? Чему радоваться? Ведь гордиться и радоваться необходимо в обязательном порядке, потому что без такой патриотической гордости и радости открывается только одна прямая дорога — в гроб. Глухой исторический гроб для всей нации, а заодно и самой страны. Потому что к народу, отравленному тотальным пессимизмом, непременно приходят другие народы, воодушевленные своей пассионарностью, и всё под себя подминают и захватывают. Обратите внимание: захватывают мирно, без всяких военных действий.

Очевидно, что «ТриТэ» обратилась в поисках патриотического позитива и вдохновения к истории. Какое-то время студия Никиты Михалкова заигрывала с мифом царской России, однако, быстро осознав, что понимания/сочувствия от зрителя им не дождаться (потому как историческая память наших современников так далеко уже не протягивается), переключилась на историю Советской Страны. Историю, подаваемую в единственно возможном позитивном ключе: «Да, были сложности и перегибы, но в целом державу подняли великую».

488_4

На уровне чистой идеологии фильм «Легенда №17» на этом советском пафосе начинается и на нем же заканчивается: героические советские люди жили бедно, трудились в антисанитарных условиях, от произвола партийных начальников страдали, но морок этот не в силах умалить Великого Подвига. Имя этого подвига — Русская Синергия.

Под синергией (или, если кому-то приятнее, — соборностью) понимается уникальная способность русской нации в самые сложные моменты истории не просто концентрироваться, а выходить на совершенно недостижимые для прочих этносов уровни пассионарности. В миг наивысшего напряжения сил, когда нормальный француз, американец, испанец и даже немец смирится, махнет рукой, признает объективную невозможность продолжать сопротивление, русский человек как бы включает в недрах своей души некую магическую турбину и начинает сражаться с удвоенной-утроенной-удесятеренной силой.
kinopoisk.ru

Цену подобного сверхнапряжения можно познать лишь изнутри — по его сокрушительным последствиям. Со стороны же это русское сверхнапряжение выглядит завораживающе, грандиозно и мистически. Тут уж сам бог велел развернуться художественному творчеству. Чем и занимается «ТриТэ» уже многие годы.

Идеологический пафос — штука сильная, но коварная. Избыточность его в произведении искусства ведет к упрощению художественных образов, вернее, к их перерождению в образы типологические. Смысл типологии: перед нами не живые персонажи (разумеется, обобщенные до типического состояния), а ожившие идеи. Концепты во плоти.
kinopoisk.ru

Поскольку «Легенда №17» — кино сугубо идеологическое, то и живых героев в фильме нет. Есть материализованные сущности. Концепт «суровой справедливости» реализован в образе тренера ЦСКА и сборной СССР Анатолия Владимировича Тарасова (поистине гениально сыгранном Олегом Меньшиковым). Концепт «подлости, низости и трусости» отлит в образе партейца Балашова (Владимир Меньшов). Концепт «продажного Запада» с достоинством транслирует менеджер НХЛ Януш Петелицки (Даниэль Ольбрыхский). Концепт «неудержимой, волевой, целеустремленной юности» отыгрывает главный герой Валерий Харламов (Данила Козловский). Ну и так далее.

Каждый персонаж, засветившийся на экране, лишен напрочь каких-либо человеческих качеств. Зато в избытке заряжен чистой идеей. Идеей подлости, хитрости, тупой силы, обмана, благородства, красоты и т.д. Не подумайте только, что ходульность и примитивность (относительно настоящей жизни) героев, воплощающих идейные концепты, а не живых людей, мешают получать удовольствие от просмотра фильма! «Легенда №17» — это типологическое искусство высшей пробы, поэтому катартический эффект (те самые мурашки/слезы/смех счастья) в этом фильме достигается чуть ли не на порядок проще и быстрее, чем в любом даже очень талантливом произведении классического (т.е. основанного на типической образности) киноискусства. Посмотрите «Легенду №17» сами, и я вам гарантирую незабываемые переживания на всем протяжении ленты и чуть ли не оргазмический катарсис в финале.
488_7
Откуда растут ноги у «Легенды №17» и — шире — всей продукции студии «ТриТэ»? Вопрос риторический: ноги растут от учителей — великого американского массового кинематографа, который, как известно, является самым действенным в истории оружием массового идеологического поражения. Думаю, нет нужды лопатить всё наследие Голливуда, чтобы выйти на первоисточник. Берите любой продукт, попавшийся под руку, — хоть «Спасти рядового Райана», хоть «Передай другому», хоть «Перл Харбор».

Все характерные для американского пафосного кино приемы воздействия на коллективную психику зрительного зала (именно — всего зала, а не зрителей по отдельности!) вы найдете в «Легенде №17» — вплоть до ритмики восхождения сюжета к своей кульминационной точке и техники рваного монтажа, призванного передавать динамику сцен бешеного ритма и напряжения (сравните сцены ведения боя в «Райане» со сценами хоккейного поединка СССР-Канада в «Легенде №17»).
kinopoisk.ru

Мой вердикт: «Легенда №17» — замечательное и нужное кино. Замечательное, поскольку фильм снят мастерски, актеры отыгрывают волшебно, сюжет захватывает головокружительно, а катарсис просто рыдальный (когда наши переламывают ход матча и отыгрывают две шайбы, обнимаются не только менты с алкашами в КПЗ на экране, но и зрители в просмотровом зале). Нужное, потому что, вопреки высокомерному презрению говнанации к массовому искусству, никакого другого действенного идеологического пафоса, кроме того, что предлагает зрителю «ТриТэ», придумать не получится. Это все, что у нас есть в арсенале. Поэтому не нужно брюзжать, а нужно пользоваться на благо собственного народа.