"Компьютерра-Онлайн" начинает публикацию лекции, которую известный американский писатель Майкл Крайтон прочитал в Калифорнийском технологическом институте 17 января 2003 года. В лекции Крайтон рассуждает о том, как инерция научного сообщества хоть и противостоит проникновению бредовых идей, но иногда и сама становится препятствием на пути научного прогресса. О том, что многие научные факты, которые кажутся очевидными, при ближайшем рассмотрении оказываются вовсе не так очевидны и вовсе не так научны.

Тема моего сегодняшнего выступления звучит забавно, но, к сожалению, я серьезен. Я собираюсь доказать, что инопланетяне являются причиной глобального потепления. Или - более строго - докажу, что вера в инопланетян является предтечей веры в глобальное потепление. Наглядной демонстрацией связи между ними я сегодня и займусь.

Позвольте отметить, что у меня нет желания отвратить кого-то от веры в инопланетян или в глобальное потепление. Это было бы совершенно невозможной задачей. Я, скорее, хочу обсудить историю некоторых широко известных убеждений и сосредоточиться на том, что я считаю назревающим кризисом в мире науки, то есть все более и более непростые взаимоотношения между настоящей наукой и государственной политикой.

То, что я особенно интересуюсь этими вопросами, объясняется моим воспитанием. Я родился во время Второй мировой войны, и годы, когда формировалась моя личность, пришлись на самый разгар "холодной войны". И во время школьных учений я послушно заползал под стол, готовясь к ядерному удару.

Это было время всеобщего страха и неуверенности, но даже будучи ребенком, я верил, что наука - это лучшая и величайшая надежда человечества. Даже ребенок понимает, что мир политики - это мир ненависти и опасности, мир иррациональных представлений и страхов, мир массовых манипуляций, мир, в истории которого было немало позорных пятен. Напротив, наука придерживалась иных ценностей: интернациональная, способствующая возникновению дружеских и рабочих связей, не взирая на государственные границы и политические системы, поддерживающая непредвзятое мышление и, в конечном счете, приводящая к новому знанию и к новым технологиям, полезным для всего человечества. Наш мир, может быть, и не очень хорошее место, но наука способна сделать его лучше. И делает. В течение моей жизни наука более чем сдержала свои обещания. Наука была величайшим интеллектуальным событием нашей эпохи и великой надеждой для беспокойного и тревожного мира. Но я не ожидал от науки, что она просто увеличит продолжительность человеческой жизни, накормит страждущих, вылечит напасти и "уменьшит" мир с помощью реактивных двигателей и мобильных телефонов. Я надеялся также, что она справится с пороками человеческого разума: предвзятостью и суевериями, иррациональными представлениями и фальшивыми страхами. Я верил, что наука будет, как говорил Карл Саган, "свечой в мире, населенном демонами". И здесь я не слишком доволен успехами науки. Вместо того чтобы служить очищающей силой, она в отдельных случаях пошла на поводу у более древних соблазнов политики и славы. Некоторые демоны, посетившие наш мир в последние годы, были придуманы учеными. И мир не выиграл от того, что этих демонов выпустили на волю.

Но давайте посмотрим, как это произошло.

Вернемся назад, в 1960-ые годы. Президентствует Джон Кеннеди, гражданские реактивные самолеты только-только начинают появляться, в самых больших университетских мэйнфреймах 12 кбайт памяти. А в Гринбэнке, в западной Вирджинии, в новой Национальной обсерватории радиоастрономии, молодой астрофизик Фрэнк Дрейк запускает двухнедельный проект Ozma, чтобы обнаружить сигналы внеземных цивилизаций. И сигнал получен, что вызывает всеобщий интерес к этой теме. Потом окажется, что это ошибка, но интерес останется. В 1960 году Дрейк организовывает первую конференцию SETI и публикует знаменитое сегодня уравнение:

N=N^* · f_p · n_e · f_l · f_i · f_c · f_L,

где N^* - количество звезд, входящих в Млечный Путь;  f_p - доля звезд, имеющих планетные системы; n_e - количество планет с подходящими условиями для жизни;  f_{l -} вероятность зарождения жизни на планете с подходящими условиями; f_i  - вероятность возникновения разумных форм жизни; f_c - доля планет, разумные жители которых ищут контакта; f_L - долговечность таких цивилизаций.

Эта серьезная на вид формула позволила SETI считаться легитимным интеллектуальным исследованием. Проблема, конечно, в том, что значения переменных, входящих в формулу, нам неизвестны, а в большинстве случаев даже не могут быть примерно оценены. Единственный способ вычислить это выражение - подставить значения наугад. А догадки - для ясности - суть выражение нашей предвзятости. И здесь не может быть никаких "обоснованных" предположений. Если вам нужно установить, на скольких планетах жизнь ищет контакта, то способа составить "обоснованное предположение" не существует. Существует лишь ваше личное мнение.

В результате, уравнение Дрейка может принимать любое значение - от "миллиардов и миллиардов" до нуля. Выражение, значение которого может быть равно чему угодно, ничего не означает. Точнее, уравнение Дрейка просто бессмысленно и не имеет ничего общего с наукой. Я же убежден, что в основе науки лежит создание проверяемых гипотез. Уравнение Дрейка не может быть проверено, а значит, SETI - не наука. SETI - и это очевидно - является религией. Вера - это твердое убеждение в чем-то, что не требует доказательства. Убеждение, что Коран есть слово Господне - это предмет веры. Убеждение, что Бог создал Вселенную за семь дней - это предмет веры. Убеждение, что во Вселенной существуют другие формы жизни - это предмет веры. Нет ни одного свидетельства в пользу этого убеждения, и за сорок лет поисков не было обнаружено ни одной внеземной формы жизни. И нет совершенно никаких значимых причин сохранять в них веру. SETI - это религия.

Можно наглядно представить охлаждение энтузиазма, проследив, как менялись названия научно-популярных книг, посвященных поиску внеземных цивилизаций. В 1964 году, на пике популярности SETI, Уолтер Салливан из NY Times написал захватывающую книгу о жизни во Вселенной, назвав ее "Мы не одиноки" (We're Not Alone). В 1995 году, когда книгу на ту же тему написал Пол Дэвис, он назвал свой труд "Одиноки ли мы?" (Are We Alone?). (Вообще-то, с 1981 года под названием "Одиноки ли мы?" были изданы четыре книги.) Если вернуться в наше время, то сейчас мы наблюдаем подъем интереса к так называемой теории "уникальности Земли", согласно которой мы, на самом деле, одни во всей Вселенной. Опять же, никаких доказательств для подобного утверждения у нас нет.

Снова вернемся в 1960-ые. SETI критиковали, однако критика исходила не от астрофизиков или астрономов. На SETI ополчились биологи и палеонтологи. Джордж Гейлорд Симпсон из Гарварда шутил, что SETI - это "исследование без предмета исследования", и его слова верны по сей день. Но большинство ученых были снисходительны к SETI, относясь к этому проекту либо с потрясающей терпимостью, либо с равнодушием. В конце концов, что здесь такого? Даже весело. Если люди хотят смотреть, пускай смотрят. Только скряга мог резко отозваться о SETI. А так - дело того не стоило.

Конечно, верно, что непроверяемые теории могут иметь эвристическое значение. Конечно, инопланетяне - отличный способ привить детям любовь к науке. Но это не освобождает нас от обязанности видеть, чем, несомненно, является уравнение Дрейка - чистой воды умозрительной теорией в квазинаучных одеждах.

Тот факт, что уравнение Дрейка не было встречено возмущенными криками, какими сопровождается, например, каждое новое заявление креационистов, означает, что появилась лазейка; что мы теряем понимание легитимного научного процесса. И довольно скоро сквозь эту лазейку просочится настоящий мусор.

(продолжение следует - читайте вторую часть статьи в пятницу, 6 февраля)