Для тестирования качества перевода с английского на русский язык использовался фрагмент романа Герберта Уэллса "Война миров" и англоязычные новости (его текст приводится ниже).

Все переводчики выдали тексты, для понимания которых требуются немалые усилия, однако перевод Google Translate кажется наименее связным. Впрочем, разница не так уж велика.

Babel Fish

Никто поверили бы в последних летах XIX век что этот мир наблюдался сильно и близко сведениями более большими чем man' s или/и как смертныйый как его; что по мере того как люди busied о их различных заботах они были всмотрены и были изучены, возможно почти как едва по мере того как человек с микроскопом мог всмотреться переходные твари которые swarm и умножат в падении воды. С инфинитной самоуспокоенностью люди пошли к и для излишек этот глобус о их маленьких делах, спокойно в их обеспечении их империи над делом. Возможно что infusoria под микроскопом делает эти же. Никто дали мысль к более старым мирам космоса как источники людской опасности, или мысль их только для того чтобы уволить идею жизни на их как невозможно или маловероятно. Она любознательна для того чтобы вспомнить некоторые из умственных привычек тех ушла дни. По большей мере земные люди представленные там могли быть другими людьми на Марс, возможно inferior к себе и подготавливать для того чтобы приветствовать предпринимательство миссионера. Но через залив космоса, разумы которые к нашим разумам по мере того как ours к тому из зверей которые погибают, интеллекты более обширные и холодные и несимпатичные, сосчитали эту землю с завистливыми глазами, и медленно и уверенно нарисовали их планы против нас. И в самом начале XX век пришло большое крушение иллюзий. Планета Марс, мне вряд нужно напомнить читателю, вращаюсь о солнце на среднем расстоянии 140.000.000 миль, и свете и нагрююсь его получаю от солнца чуть-чуть половина того полученного этим миром. Он должен быть, если nebular предположение имеет любую правду, то старо чем наш мир; и прежде эта земля ая для того чтобы быть жидка, жизнь на своей поверхности должна начать свой курс. Факт что он вряд 1/7 из тома земли должен ускорить ход свой охлаждать к температуре на которой жизнь смогла начать. Он имеет воздух и воду и все которое необходимо для поддержки оживленного существования. Но настолько тщетен человек, и поэтому ослеплено его тщетой, которой никакой сочинитель, до очень конца XIX век, не выразил никакую идею что толковейшая жизнь могла превратиться там далеко, или деиствительно на всех, за своим земной уровнем. Ни был он вообще понимал что в виду того что Марс старе чем наша земля, с вряд четвертью поверхностной области и дистанционно от солнца, оно обязательно следует за что оно не только более дистантно от time' начало s но близкое свой конец.

Комментарий: в тексте сохранились непереведённые анлийские слова; три абзацы оказались слиты в один.

Translate.ru

Никто не полагал бы в прошлых годах девятнадцатого столетия, что этот мир наблюдался остро и близко сведениями, больше чем человек и все же столь же смертный как его собственное; это как мужчины занималось об их различных проблемах, они тщательно исследовались и были изучены, возможно почти так узко, как человек с микроскопом мог бы тщательно исследовать переходные существа, которые роятся и умножаются в снижении воды. С бесконечным самодовольством мужчины пошли туда и сюда по этому земному шару об их небольших делах, безмятежных в их гарантии их империи по вопросу. Возможно, что инфузории под микроскопом делают то же самое. Никто не дал мысль старшим мирам места как источники человеческой опасности, или думал о них только, чтобы отклонить идею относительно жизни на них как невозможную или невероятную. Любопытно напомнить некоторые из умственных привычек к тем покойным дням. В самых земных мужчинах, представленных себе могли бы быть другие мужчины на Марс, возможно низший к себе и готовый приветствовать миссионерское предприятие. Все же поперек залива места, умы, которые к нашим умам как наш, к таковым из животных, которые погибают, интеллекты, обширные и прохладные и неприятные, расцененные эта земля завистливыми глазами, и медленно и конечно тянули их планы против нас. И в начале двадцатого столетия прибыл большое разочарование.

Планета Марс, я едва должен напомнить читателю, вращается о солнце на среднем расстоянии 140 000 000 миль, и света и высокой температуры, которую это получает от солнца - только половина из полученного этим миром. Это должно быть, если небулярная гипотеза имеет какую-нибудь правду, старше чем наш мир; и прежде, чем эта земля прекратила быть литой, жизнь на ее поверхность, должно быть, начала ее курс. Факт, что это является едва одной седьмой объема земли, должно быть, ускорил ее охлаждение к температуре, в которой могла начаться жизнь. Это имеет воздух и воду и все, что является необходимым для поддержки оживляемого существования.

Все же столь тщетный - человек, и настолько ослепленный его тщеславием, что никакой автор, до самого конца девятнадцатого столетия, не выражал никакую идею, которую интеллектуальная жизнь, возможно, развила там далеко, или действительно вообще, вне его земного уровня. И при этом вообще не понималось, что, так как Марс старше чем наша земля, с едва четвертью поверхностной области и более отдален от солнца, это обязательно следует за этим, это не только более отдаленно с начала времени, но и ближе его конец.

Комментарий: в тексте не осталось ни одного непереведённого слова.

Google Translate

Никто не будет иметь верил в последние годы девятнадцатого столетия, в этом мире в настоящее время смотрел внимательно и пристально интеллигенция больше, чем мужчины и в то же время, как смертное, как его собственное, что, как и мужчины busied сами об их различных проблем они scrutinised и изучены, возможно, почти как в узком, как человек с микроскопом, возможно, scrutinise преходящих существ, которые любят и размножаются в капли воды. Что бесконечное самодовольства мужчин и отправился в мм над этой планете мало о своих делах, спокойный в их обеспечению их империи над вопросом. Вполне возможно, что infusoria под микроскопом сделать то же самое. Никто не дал мысли к пожилым миров пространства как источник опасности человека, или мысли о них только, чтобы отклонить идею жизнь, по их невозможно или маловероятно. Это любопытно напомнить о некоторых психических привычек тех, вылетел дней. На большинстве земных мужчин fancied могут существовать другие мужчины на Марсе, возможно, хуже самих себя и готов приветствовать миссионерские предприятия. Тем не менее через залив помещения, умы, которые заключаются в нашем сознании, как наша, являются тем, что животные погибнут, intellects огромной и крутой и unsympathetic, рассматривать эту землю с завистливые глаза, и медленно и, безусловно, обратил свои планы против нас. А в начале двадцатого века пришли большие разочарования.

Планеты Марс, я вряд ли нужно напоминать читателю, вращается примерно на солнце означает расстояние 140000000 миль, и свет и тепло она получает от солнца, почти половина этого полученная этом мире. Она должна быть, если nebular гипотезе есть правда, старше нашего мира, и задолго до этого земля перестала быть расплавленной, жизнь на его поверхности должны иметь начали свой курс. Факт, что он едва ли одна седьмая от объемов земли должен иметь ускоренный ее охлаждения до температуры, на котором можно было бы начать жизнь. Она воздуха и воды и все, что необходимо для поддержки анимированных существования.

Но это напрасно это человек, и так ослепил его тщеславие, что не писатель, вплоть до самого конца девятнадцатого века, выразил никакого представления о том, что интеллектуальное жизни, возможно, были разработаны там далеко, или даже на всех, кроме своей земной уровень. Также она обычно понимается, что, поскольку Марс старше нашей планеты, причем почти четверть из поверхностных области и remoter от солнца, то обязательно следует, что она не только более далекого от времени начала, но ближе к концу.

Комментарий: Google Translate не сумел перевести множество слов, в том числе и достаточно простых и распространённых.

Фрагмент "Войны миров"

Далее полностью приводится фрагмент романа "Война миров" Герберта Уэллса, использовавшийся для тестирования онлайновый переводчиков.

No one would have believed in the last years of the nineteenth century that this world was being watched keenly and closely by intelligences greater than man's and yet as mortal as his own; that as men busied themselves about their various concerns they were scrutinised and studied, perhaps almost as narrowly as a man with a microscope might scrutinise the transient creatures that swarm and multiply in a drop of water. With infinite complacency men went to and fro over this globe about their little affairs, serene in their assurance of their empire over matter. It is possible that the infusoria under the microscope do the same. No one gave a thought to the older worlds of space as sources of human danger, or thought of them only to dismiss the idea of life upon them as impossible or improbable. It is curious to recall some of the mental habits of those departed days. At most terrestrial men fancied there might be other men upon Mars, perhaps inferior to themselves and ready to welcome a missionary enterprise. Yet across the gulf of space, minds that are to our minds as ours are to those of the beasts that perish, intellects vast and cool and unsympathetic, regarded this earth with envious eyes, and slowly and surely drew their plans against us. And early in the twentieth century came the great disillusionment.

The planet Mars, I scarcely need remind the reader, revolves about the sun at a mean distance of 140,000,000 miles, and the light and heat it receives from the sun is barely half of that received by this world. It must be, if the nebular hypothesis has any truth, older than our world; and long before this earth ceased to be molten, life upon its surface must have begun its course. The fact that it is scarcely one seventh of the volume of the earth must have accelerated its cooling to the temperature at which life could begin. It has air and water and all that is necessary for the support of animated existence.

Yet so vain is man, and so blinded by his vanity, that no writer, up to the very end of the nineteenth century, expressed any idea that intelligent life might have developed there far, or indeed at all, beyond its earthly level. Nor was it generally understood that since Mars is older than our earth, with scarcely a quarter of the superficial area and remoter from the sun, it necessarily follows that it is not only more distant from time's beginning but nearer its end.

<<Страница 1