Год неумолимо движется к выборам. Факт этот вызывает искреннюю грусть у последних представителей почти исчезнувшей профессии политтехнологов. Раньше, в девяностые, было весело – исполнительные власти и легислатуры в регионах избирались по своим графикам, что давало возможность командам электральных консультантов «чесать» по стране родимых осин, зарабатывая на желающих вступить на cursus honorum… (Лучше всего суть этих желающих выразил Шнур в лаконичной песне «Выборы! Выборы!…»)

Ну а теперь халява кончилась. Выборы происходят в единый день голосования, что существенно сужает рынок для заезжих политтехнологов. «Бабу Ягу» выращивают в собственном коллективе, из выпускниц местных факультетов политологии и журналистики, прикормленных в региональных органах власти. Кстати, очень смешно само слово – «политология». Корни, вроде бы, эллинские, только вот это новояз. В древнегреческом наука о власти называлась, согласно ученику Сократа и полководцу наемников Ксенофонту πολιτικά, а сама эта практическая деятельность (пилить бюджет, подсиживать конкурентов, поить цикутой Сократа) согласно стратегу Фукидиду обзывалась πολιτεία…

Ну да ладно… Это так, к слову. А суть такова, что осенью население достаточно дружно проголосует за власть. Только вот заслугой это будет не местных да столичных политологов, а политиков соседнего небратского государства. Двинув войска в мятежные регионы (что их побуждало – вопрос другой…), они добились того, что в России электорат будет плеваться, но голосовать за сохранение какой-никакой стабильности. Слишком уж велик генетический страх между усобицами и смутами…

Так что политологи могут расслабиться и отдыхать… Попутно рассказывая начальству о гигантском объеме проделанной высококвалифицированной работы, и деликатно намекая на необходимость тучных бонусов. А вот за океаном, там где двухпартийная политическая система генерирует постоянную политическую борьбу за множество постов, от городского живодера до хозяина Овального кабинета, политтехнологам расслабляться не приходится. И крайне интересно, что в эту сферу начинают проникать высокие технологии.

Нет-нет, к обработке числовой электоральной информации компьютеры привлекались издревле, еще до начала их серийного производства. Еще в 1952 году ламповый UNIVAC I предсказал победу республиканца Дуайту Эйзенхауэру – The Night A Computer Predicted The Next President. (Белковые политические консультанты тогда отдавали пальму первенства демократу Эдлаю Стивенсону, и обнародование успешного прогноза CBS стало одним из нагляднейших триумфов новой технологии…)

Результаты компьютерного прогноза исхода выборов 1952 года зачитывает с распечатки великий обозреватель Уолтер Кронкайт.
Результаты компьютерного прогноза исхода выборов 1952 года зачитывает с распечатки великий обозреватель Уолтер Кронкайт.

Но теперь компьютеры осваивают и новые – творческие – ремесла в избирательных штабах. Такие, как профессия спичрайтера, составителя политических текстов. У нас она так и не возникла – заезжие политтехнологи сначала обычно нанимали для этой работы местных журналисток, знающих местечковые персоналии и реалии, а потом прямые выборы и глав региональной исполнительной власти, и депутатов-одномандатников были отменены. Ну а те речи, которые пишутся для депутатов и чиновников, в подавляющем большинстве пригодны лишь для абсолютно бесконкурентной среды.

Любой вопрос от реального конкурента, или от сотрудника СМИ, работающих на реального конкурента, повергнет практически любого политика в состояние прострации… Только у нас это – неважно. И оппозиции нет, и работающих на оппозицию СМИ. А за океаном – есть. И составителю речей – а профессия speechwriter, как говорит нам всеведущий Мерриам-Уэбстер, упоминается с 1834 года – приходится отрабатывать свою зарплату (медианная она в 72000 долларов) на все 100%. И естественно, возникает простое и естественное желание сэкономить эти деньги, или расходовать их более эффективно.

Одним из путей этого является привлечение к написанию политических речей искусственного интеллекта. Этому посвящена работа Валентина Кассарнига (Valentin Kassarnig) из Колледжа информатики и компьютерных наук Университета Массачусетса в Амхерсте с лаконичным названием – Political Speech Generation… Для этой задачи была применена технология нейросети. Обучалась она на Больших Данных, в качестве которых был употреблен массив из четырех тысяч реальных речей, произнесенных в Конгрессе США.

Ну а дальше была использована методика, описанная в 1962 году Станиславом Лемом в рассказе Odruch warunkowy, Дм.Брускин перевел его как «Условный рефлекс». Вот как курсант Пиркс сдавал Астродезию и Навигационную Астрогнозию придирчивому экспериментатору:

Этот старец, который в жизни не то что не поставил ноги на поверхность Луны, но даже ни разу не переступил порога ракеты, знал силой теоретического всеведения каждый камень всех кратеров Моря Дождей, скальные хребты планетоидов и наиболее недоступные районы лун Юпитера; поговаривали, что он великолепно знает все метеоры и кометы, которые будут открыты только через тысячи лет, поскольку уже сейчас математически предвидит их орбиты благодаря своему любимому занятию — анализу возмущений небесных тел. Гигантизм этих знаний делал его нетерпимым к микроскопическим знаниям студентов. Пиркс, однако, не боялся Меринуса, так как нащупал его слабое место. Старик имел собственную терминологию, которой, кроме него, никто в научных изданиях не пользовался. Пиркс, ведомый природной сообразительностью, заказал в библиотеке все работы Меринуса и… нет, вовсе не для того, чтобы прочесть. Он лишь перелистал их, выписав для себя около двухсот меринусовых словесных уродов. Вызубрил и жил в убеждении, что сдаст. Расчет Пиркса подтвердился.

То есть – хитрый Пиркс обучил собственную нейросеть терминологии профессора, пренебрегая планетоидами и лунами Юпитера… Так и для нейросети-спичрайтера важны лишь слова. Которые она научилась довольно связно сплетать между собой. Ну, прямо как речи у Тита Ливия, где все персонажи Ab urbe condita изъясняются – даже в военно-полевых условиях – прямо как риторы постцицероновской эпохи на Форуме… Любопытно, скоро ли заокеанские выборы превратятся в гонку потенциалов нейросетей-спичрайтеров? (Обсуждать это в применении к выборам местным не имеет ни малейшего смысла…)

Но, тем не менее, и в наших краях ИскИны осваивают политические науки – «Искусственный интеллект будет анализировать межнациональные отношения в России». «Глава Федерального агентства по делам национальностей Игорь Баринов заявил, что в России создана программа оперативного реагирования на межнациональные конфликты. “Нам удалось создать программный продукт, который с помощью искусственного интеллекта будет анализировать ситуацию по межнацу. Система создана, мы ее внедряем в регионы”»…

Ну, поскольку это просто заявление на общественно-политическом мероприятии, а не статья в «Архивах», о самой системе говорить трудно. Отметим лишь актуальность таких разработок – дело в том, что даже в стабильно растущей экономике, такой как германская, политик легко может погубить свой рейтинг на межнациональных проблемах – Forty percent of Germans say Merkel should resign over refugee policy: poll. Правда, сказать, что избирателям не понравятся такие ситуации – Shock video sparks police hunt in Munich for migrant men who ‘beat up two pensioners who tried to stop them from groping a woman on the subway’ – может любой, за исключением альтернативно ментально-одаренных личностей…

Но очень интересно, что самые человеческие занятия попадают в сферу деятельности ИскИнов. Ведь взаимоотношения в стае узконосых обезьян – это именно то, что оттачивало белковые нейросети человеческого мозга, формировало культуру и цивилизацию. И вот сейчас нейросети кремниевые начинают проникать и в эту сферу… Так что можно представить, что к единому дню голосования столичный ИскИн станет снабжать каждого кандидата в стране персонализированным комплектом выборных речей, идеологически выдержанных в свете текущих тенденций по национальному вопросу. Нейросеть-то работает быстро, масштабируется легко. Да и Πολιτικά на языке Стагирита ей вполне может понравиться…