Сорок лет назад Вадим Шефнер писал о седой древности:

“Это знает Плутарх, это было на ранней заре
Там, где старые стены, и склоки, и ссоры, и схватки,
Там, где царства дрались, как мальчишки на заднем дворе,
И империи клали друг друга на обе лопатки.”

Ну а события, о которых мы расскажем, были очень стары уже к временам Плутарха. Тем не менее, их стоит считать одними из самых важных и поучительных за всю историю Западной цивилизации. Благо, что для них нашелся блистательный историк.

Звали его – Фукидид. Родился он в Афинах, где-то между 470-450 гг. до НЭ, в богатой и родовитой семье. Одним из предков Фукидида был фракийский царь Олор, а фракийские золотые рудники предоставляли ему значительные доходы и обеспечивали влияние в том горном краю. И историю Пелопоннесской войны начал он писать сразу же по ее возникновению, ибо был уверен в ее судьбоносном значении. Фукидиду хватило и тягот с лишениями (он переболел чумой, опустошавшей Афины), и почестей (его избирали военачальником-стратегом), и позора (он был осужден за измену на пожизненное изгнание).

И вот в изгнании, благодаря наличию средств и избытку свободного времени, он смог спокойно работать над своим трудом. Перенеся опалу от земляков смог – в какой-то степени став над схваткой – понять мотивы и образ действий спартанцев и их союзников. И – изложить их в своих книгах. Названия они, похоже, не имели. И известное нам деление получили лишь много позже, видимо от ученых мужей Александрийской библиотеки. А издал их – если верить Диогену Лаэртскому – продолживший историю Пелопонесской войны Ксенофонт.

Ну а в конце 1970-х – начале 1980-х годов группа советских ученых, математики А.С.Гуссейнова и Ю.Н.Павловский и историк В.А.Устинов предприняли интереснейшую попытку заглянуть в историю методами математики, построить имитационную модель Пелопонесской войны. Результаты этих работ были изложены в вышедшей под редакцией академика Н.Н.Моисеева книге: «Опыт имитационного моделирования исторического процесса». Гуссейнова А.С., Павловский Ю.Н., Устинов В.А. – М.: Наука, 1984.

Итак, Эллада, вторая половина V века до НЭ. Разгромлены персы, вторгавшиеся в Грецию в начале века. Настала эпоха «высочайшего внутреннего расцвета Греции», расцвет классического рабовладельческого способа производства, развитие простого товарного производства, интенсивные морские и торговые связи, оформление демократии, шедевры культуры, о которой говорит нам изувеченный веками и войнами Парфенон…

В пространстве греческой ойкумены, из множества городов-государств сформировались два крупных военно-политических блока: Афинский и Пелопонесский союзы. Крупнейшим объединением был Афинский морской союз, основанный на базе отдельных договоров, заключаемых между Афинами и каждым из союзников. Индивидуальным был и взнос каждого союзника в казну союза – форос. Это обеспечивало Афинскому морскому союзу надлежащую гибкость.

А какие же блага предоставлялись союзникам взамен фороса? Они были довольно существенны, и вытекали из морской сути Афинского союза. Афины гарантировали гражданам союзных государств свободу мореплавания. А это означало очень много – и сбыт ремесленной продукции, преимущественно в черноморский регион. И – подвоз с Понта Эвксинского мяса и хлеба, разнообразного сырья. То есть – того, что обеспечивало жизнь в бедных ресурсами, но мастеровитых полисах. Плюс – Афины вели политику так, что основная тягость фороса ложилась на олигархов. Поэтому большинство населения Афинского союза были опорой Афин.

И был Пелопонесский союз. Состоял он из полисов с аграрной экономикой. Поскольку земля приносит доход тому, кто ей владеет, то правили там землевладельцы. Заинтересованные прежде всего в том, чтобы их землю не смогли «отнять и поделить» обделенные жизненными благами сограждане. (Это ремесленной мастерской Аттики трудно управлять – извлекать земельную ренту любой сумеет…) И состоял в Пелопонесском союзе Коринф, торгово-ремесленный город, богатый соперник Афин. Его к этому союзничеству подвигли элементарные законы теории игр, описанные еще Макиавелли ¬ – более сильный и богатый союзник тебя попросту съест, надо примкнуть или к слабым, или к отсталым…

У Афин был самый мощный в ойкумене флот. Ну а Пелопонесский союз зато мог выставить мощнейшую сухопутную армию, до шестидесяти тысяч гоплитов, тяжеловооруженных пехотинцев. Для Афин была важна торговля, прежде всего, с Черным морем, для Пелопонесского союза – с Италией. И вот в 431 году до НЭ между двумя военно-политическими союзами Эллады вспыхивает война, которой – затухая, и разгораясь вновь – было суждено тянуться до 404 года, и которая получила название Пелопонесской. И вот эту-то войну, ее возникновение и ход, и описал Фукидид, и попытались смоделировать отечественные ученые.

Начало этой войны породило массу колоритнейших баек – знай их нынешние историки-ревизионисты, удавились бы с зависти… Так по Аристофану война вспыхнула из-за того, что мегарцы похитили пару гетер из свиты «гражданской жены» Перикла – Аспазии! Гламурненько, почти как возникновение Троянской войны. Но дело-то было не в этом… У войн причин совсем другие, социально-экономические. Это знал еще богатый афинянин, политический союзник Перикла и стратег Фукидид. И это подтвердили разработанные отечественными учеными математическими модели.

Использованные в процессе компьютерной имитации модели были достаточно просты. На основе почерпнутых из античных источников данных (с учетом их неполноты) строились модели экономик вовлеченных в конфликт сторон, Афин, Спарты, Коринфа… Модели учитывали производство товаров и продуктов, движение денежных средств, сосредоточение их в различных слоях того или иного полисного общества.

Пелопоннесская война на карте из учебника
Пелопоннесская война на карте из учебника

И вот компьютерное моделирование подтвердило слова Фукидида, его наблюдательность и мудрость. Война оказалась вовсе не случайной. Рассмотрим послужившие поводами к ней инциденты. Прежде всего – у Керкиры. Афины оказали помощь полису на одноименном острове в Ионийском море в его борьбе с Коринфом. Взгляните на карту – эллины ходили вдоль берегов. Керкира как раз на пути из Афин или Коринфа в Италию. Кто контролирует ее – контролирует торговлю с богатейшими колониями Сицилии и юга Италии. Традиционно там барышничали коринфяне. Но даже простое товарное производство требует расширенного воспроизводства. Новых рынков… Так что выбора у афинян не было! Тем более, что завоюй Коринф Керкиру, он мог бы использовать ее флот и ее экономический потенциал для того, чтобы бросить вызов власти Афин над морем, что привело б к экономической катастрофе всех полисов Афинского союза…

И – Потидейский инцидент. Потидея, город Посейдона, бывшая колония Коринфа в Македонии, очень важная для торговли с Черноморьем, входила в Афинский союз. Благодаря своему положению она извлекала приличные доходы, и в 435 г. до НЭ ее форос был повышен с 6 до 15 талантов. А обложение должно было лечь на богатые слои Потидеи. Они затеяли выход Потидеи из Афинского союза. Афины же на это пойти не могли, и потребовали высылки коринфских эпидемиургов и срытия городских стен Потидеи. Коринфы послали на помощь Потидее отряд – система международных договоров – эдакий тогдашний Ялтинский мир – запрещающий вмешательство в зонах влияния соседних союзов была нарушена.

В дальнейшем развязывании войны велика роль Коринфа. Обращаясь к спешно собранному спартанскому народному собранию, они всячески подстрекали Спарту к войне, намекая, что именно спартанскому царю демократы-афиняне показали фигу… Обвинения ложились на подготовленную почву – со времен Персидских войн лакедемоняне побаивались афинян, особенно их демократического устройства. Выступления послов Афин, стремившихся предотвратить войну, услышаны не были. И – вспыхнула первая фаза Пелопонесской войны, десятилетняя, названная Архидамовой, по имени спартанского полководца. Фукидид рассказал в ней в книгах II 1 – V 27.

Потом будут поражения и победы, «гнилой» Никеев мир, Сицилийский поход, Декелейская и Ионийские войны… Попробуем поговорить об этом в другой раз. Пока же отметим, что советские ученые компьютерной имитацией – учитывающей массу факторов, скажем, объем потребляемого эллинами вина, стоимость серпа и жалование гоплита или фета – подтвердили прозорливость Фукидида; показали, что причиной войны была «борьба двух различных политических структур», которая «принимала формы борьбы за рынки сбыта». Ну а «борьба за рынки сбыта «проявила», сделала неизбежным столкновение политических структур.»

Вот так! “Nothing personal, only business” Две различных политических структуры в рамках одной и той же цивилизации, с неизбежностью, самим фактом своего существования, породила войну. Избежать которой могло бы помочь лишь самоубийство одной из них… То есть – стратегия, отбрасываемая теорией игр, ибо гарантирует проигрыш. А народная мудрость «товарища Сухова» гласит, что все же желательно помучаться, а не покинуть подлунный мир сразу… И мудрость эту подтверждает и классик-Фукидид, и беспристрастное компьютерное моделирование.

Кстати, очень интересная деталь. Ну, вот заглянешь в солидный германский журнал, и читаешь, как видные политики призывают не смягчать санкций против его же страны, хотя тут же говорят, что они могут привести к экономической катастрофе (Kreml-Insider: Russland stehen Horror-Inflation und Wirtschaftskollaps bevor). Жутковато – вспоминаешь бабулек, по полгода не получавших пенсии в девяностые, больницы без финансирования… Но имитационное моделирование четко выделило экономические интересы имущих классов, в значительной степени противоположные интересам основной массы населения, зависящих от Афинского государства – моряков, ремесленников, гоплитов… А Фукидид подробно рассказал о роли герусий, тайных союзов богачей-аристократов, в борьбе против Афин.

Так что урок Пелопоннесской войны по-прежнему актуален. «Опыт имитационного моделирования исторического процесса» стоит прочесть при возможности – книга сохраняет актуальность через тридцать лет. А вот открыть Фукидида имеет смысл всем, завидую тем, кто впервые прочитает:
Θουκυδίδης Ἀθηναῖος ξυνέγραψε τὸν πόλεμον τῶν Πελοποννησίων καὶ Ἀθηναίων,… – «Фукидид афинянин описал войну пелопоннесцев с афинянами, как они воевали между собой. Приступил же он к своему труду тотчас после начала военных действий, предвидя, что война эта будет важной и наиболее достопримечательной из всех, бывших дотоле…»