Константин Одиннадцатый – по отцу Палеолог, по матери, сербской княжне, Драгаш, восемьдесят восьмой и последний император ромеев – умер хорошо. Когда его единственного союзника, кондотьера Джованни Джустиниани, смертельно раненным унесли на генуэзскую галеру, а осмелевшие турки начали прорываться в Царьград, Константин Драгаш воскликнул «Город пал, а я ещё жив», сбросил императорские регалии, и с мечом, как простой воин, кинулся в толпу янычар. Тело его – согласно «Византийской истории» Дуки – опознано не было, хотя на кол чью-то голову триумфально надели.

Дальше было все закономерно. Мужчин – пренебрегших шансом пасть в бою – сажали на кол. Женщин и детей сначала насиловали – частенько на церковных ризах вместо подстилки – а затем волокли на невольничий рынок. Забавный персонаж, Лука Нотарас, последний мегадука, адмирал Византийской империи, и последний ее месазон, премьер-министр, в борьбе против унии с Западной церковью дошел до заявления, что «Лучше увидеть среди города царствующую турецкую чалму, чем латинскую тиару», предал мужественного императора и принял от турок пост правителя Константинополя. Но – ненадолго…

Мехмед Второй вдоволь поизмывался над изменником. Ему было предложено сдать четырнадцатилетнего сына – двое других пали в бою – в гарем победителя. А после отказа, отца и сына – присовокупив к ним юного зятя – казнили. Отказавшиеся ради жизни от чести, потеряли и жизнь. История Византии кончилась, лишь немного не дотянув до того времени, как Возрождение и Великие географические открытия сделают Европу лидером планетарного развития. Но почему же Константину Одиннадцатому – еще в бытность деспотом Мореи отличавшемуся талантами правителя – пришлось пасть в бою?

Дело было в банальной нехватке денег. Венгерский военный инженер Орбан предложил свои услуги Царьграду. Пушки его очень понравились Константину, но… Маленькое но – в казне не было денег. И Орбан нанялся к Мехмету, отлил гигантскую бронзовую пушку «Базилика», ядра которой и сокрушили древние стены Константинополя. Экономия на пушках – хотя на строения и живопись полновесные номисмы находились – к хорошему не приводит… Ведь согласно великому историку Броделю именно артиллерия – вместе с навыками навигации в открытом море – послужила материальным основанием грядущего богатства и могущества Запада.

Сегодня в мире войны идут преимущественно экономические. Большую – способную перекроить мир не учинить – ядерные боеголовки межконтинентальных ракет обнулят успех победителя. Поэтому состязаться приходится в производительности труда, в фондоотдаче, эффективности экономики. И главная роль тут принадлежит хайтеку, в значительной степени информационным технологиям, замещающим и заводского рабочего и сельского батрака. Становящимися не просто средством повысить эффективность управления – как делали это ЭВМ эпохи мейнфреймов – а основной производительной силой цивилизации.

Ну а любой бизнес, народное хозяйство любой страны в целом похоже на свинку-копилку. Которую нужно долго кормить монетками, чтобы пришла, наконец, вожделенная отдача. Чтобы можно было совершить желанную покупку. Ну а в случае экономики – чтобы сформировалась надлежащая концентрация высокоэффективных основных средств, которая только и может обеспечить производство высококонкурентных товаров и услуг. Поэтому, если мы хотим заглянуть в будущее, мы должны посмотреть, а сколько и какой ИТ-техники закупается нынче.

И вот что пишется на этот счет – «По оценкам исследовательской компании IDC Russia, объем российского рынка ИТ уменьшился в 2015 году на 38% — это в долларах, динамика в рублях — около нуля». Падение продаж оборудования оценивают в 41% в долларовом выражении, падение продаж программного обеспечения в 43%, падение объема ИТ-услуг – на треть. И в текущем году – по прогнозам IDC – продажи и железа, и софта, просядут еще на 22%.

Правда, прошлый год был неудачным и для глобального компьютерного рынка. В 2015 году Gartner зарегистрировала самое крупное снижение объема рынка ИТ в долларовом исчислении за всю историю наблюдений — почти на 6%. На шесть процентов, да глобальный кризис – но у нас то темпы падения оказались более чем в шесть раз выше мировых… Что крайне негативно, учитывая недостаточную фондовооруженность отечественной экономики. Так еще, согласно Gartner, в 2016 году объем мирового рынка ИТ вырастет, хоть и на мелкие на 0,6%. А нам досточтимая IDC предсказывает продолжение падения.

А ведь, если вспомнить, что объем российского рынка ИТ, по оценкам Gartner, достиг своего максимума в 32 млрд. долл США еще в 2012 году, снизился благополучном 2013 до 31 гигабакса, и рухнул в олимпийском 2014 до 26 миллиардов, то мы видим крайне печальную картину. Да, часть ее объясняется увлекательной, но малополезной для вовлеченных сторон, игрой в санкции – так глава Cisco Джон Чемберс, например, говорил, что долларовая выручка компании в РФ в четвертом квартале 2015 финансового года снизилась на 38%. Не способствует объему продаж бдительный контроль за тем, чтобы оборудование пошло к данному покупателю, а не оказалось в ужасном КейДжиБи…

Падение объемов российского рынка ИТ началось еще в докризисном 2013 году.
Падение объемов российского рынка ИТ началось еще в докризисном 2013 году.

Да и вызванный санкциями режим поставок оборудования в нашу страну вынуждает гигантов рынка – таких как CISCO и IBM – отказываться от сотрудничества с традиционными российскими партнерами, хорошо зарекомендовавшими себя за пару десятилетий, и переходить на собственное таможенное оформление и прямые поставки. Счет потерь российских компаний тут идет на сотни миллионы долларов. Но дело, все же, не в этом. Посмотрим на картинку сверху – падение отечественного ИТ-рынка началось в благополучном 2013 году, когда во внешней политике царили мир, дружба и жвачка…

То есть – больно бьющие по конкретным российским ИТ фирмам санкции скорее всего являются величиной второго порядка малости. Их роль несравненно меньше, чем роль конца сырьевого суперцикла и вызванного им падения цен на нефть и черные металлы, традиционные продукты российского экспорта. Но циклы они приходят и уходят. И проблемы в экономике вызваны не циклом, как таковым, а тем, что к циклу этому не подготовились. Что не было в тучные годы проведено технологического переоснащения обрабатывающей промышленности, позволяющего диверсифицировать экспорт и полноценно заменить импорт.

Ну, вот, пару лет назад большие надежды возлагались на падение курса рубля, которое, дескать, должно было снизить стоимость отечественных товаров, вывести их на изобильные покупателями рынка Востока. Ага, щаз! Падение курса рубля привело лишь к тому, что схлопнулся внутренний рынок («К концу первого квартала 2016 года в России насчитывалось 22,7 млн человек с доходами ниже прожиточного минимума. В конце прошлого года бедняков было лишь 14,4 млн.»). А вот «Пилотный проект по продвижению российской продукции на AliExpress обернулся неудачей. За несколько месяцев пользователи сделали лишь 24 заказа. Представители площадки объяснили низкий спрос высокой ценой товаров».

«Составлять конкуренцию на глобальном рынке в потребительском секторе с разницей в цене более чем вдвое на схожие категории товаров просто невозможно», — заключил заместитель главы Минпромторга Виктор Евтухов. Это – при зарплате в РФ, ниже чем в Китае, который успешно идет по пути массовой роботизации и массовой автоматизации. И никакими героическими усилиями, никакой экономии на трудящихся ситуации с недофинансированием передовой ИТ-отрасли уже не изменить. Опоздавший – тот, кто не вложил вовремя деньги в передовое оборудование – отстал навсегда, о чем и говорит интереснейший эксперимент на AliExpress…

А тут еще очаровательный пакет антитеррористических законов. Вот как его оценивает глава Минкомсвязи РФ: «Никифоров: услуги связи подорожают на 300% при реализации “пакета Яровой”». В три раза! Изумительный способ убить национальную конкурентоспособность, задрав трансакционные издержки самой передовой части экономики. И это при том, что для борьбы с террором хранение информации постфактум никаких плюшек не дает – оперативная работа должна террористов опережать, ну а окончательно эту проблему, как показал Люттвак (Strategy: the logic of war and peace.), решают совсем иные меры. Очень смешно, что богатые ОПСОСы не имеют ну никаких лоббистских возможностей для блокирования явно неполезных ИТ-отрасли законов. Ну что ж, как говорил Ключевской «История – это не учительница, а надзирательница: она ничему не учит, но сурово наказывает за незнание уроков.»…