Глава компании Wyse Technology, занимающейся тонкими клиентами, пророчит скорую смерть PC, считает смартфоны идеальным рабочим инструментом и утверждает, что выгода от соцмедиа покрывает риски.

– Вот вы хвалите iPhone, а Поль Люсье, вице-президент RIM, говорил мне, что Blackberry – лучшее устройство для конечного пользователя.

– Это устройство мёртвое, и я объясню, почему. Я давний пользователь Blackberry, свой первый смартфон я купил в 1999-м и отправлял с него корпоративную почту. В 1999-м, представляете? Мой ИТ-директор спрашивал меня, что я там делаю с этим аппаратом, и я отвечал: “Пишу e-mail”. Тогда он поинтересовался, что это за аппарат такой.

…Так вот, единственная причина, по которой я использую Blackberry, – это наличие аппаратной клавиатуры. У меня было пять смартфонов Blackberry, и всё из-за привычки к клавиатуре. Но когда я впервые встретился со студентами (я преподаю в Стэнфорде), я увидел, как они обращаются с сенсорными экранами, как они молниеносно набирают текст. И когда я дал им смартфон Blackberry, меня спросили: “А это что?”

Всё у человека в голове. К чему ты привык, тем и пользуешься.

[Об “айфоне”] Это невероятно, просто оргазмично – всё так легко управляется. Приложения стремятся к упрощению. Вот пример: я инвестирую в компанию, которая успешно разрабатывает приложения уровня enterprise для iPhone. Они получают множество запросов – и адаптируют SAP, создают приложения – финансовые сервисы. И всё очень просто, на уровне нескольких кликов. И я верю, что бизнес – он на уровне движения пальцев; тактильное управление – это бизнес. В ближайшем будущем, я полагаю, мы будем покупать бензин через мобильные приложения. Вы знакомы с приложением Bump? Я “толкаю” своим “айфоном” ваш – и мои контакты переходят на ваш “айфон”. Есть и более интересные возможности: например, я должен кому-то денег. Мы с кредитором соприкасаемся “айфонами”, и таким образом осуществляется банковский перевод – нужная сумма мгновенно зачисляется на счёт кредитора.

– А как же безопасность? Мимо проходящий хакер “толкнет” ваш iPhone своим – и денег нет.

– Здесь используется протокол SSL. К тому же разве безопасно пользоваться, скажем, интернет-банкингом? Или вы им ни разу не пользовались? И что безопаснее – летать самолётом или вести машину?

– Конечно же, летать самолётом. Число авиакатастроф несравнимо меньше.

– Так вот, авиаперелёт – это облачный сервис. Если мыслить глубже, самолёт – самое безопасное место в мире; даже находясь дома, вы подвергаетесь большему риску. Так и с облачными сервисами: кто сможет утверждать, что в самом защищённом, специально разработанном решении нет бэкдоров? Так может быть, в публичном облаке безопаснее? Конечно, на сто процентов риски предсказать невозможно нигде.

– В облаке вы ближе к человеческому фактору, чем где бы то ни было. Мне кажется, основная уязвимость – в непредсказуемости поведения человека.

– Да, как и везде, где мы соприкасаемся с его деятельностью. Вам ничего не остаётся, как доверять – так же, как вы доверяете пилоту самолёта.

– Не скажите. Когда я выбираю рейс, то обращаю внимание на авиакомпанию. Между “Люфтганзой” и “Скайэкспрессом” разница велика. Мне известна репутация компании и тщательность, с которой она проверяет пилотов и самолёты, уровень сервиса. А в облаке вроде социальной сети существует хаотическая масса людей, репутация которых ничем не подтверждена.

– Да, но вы просто доверяете своему соседу.

– Я могу доверять компании, а не анонимному участнику облака. И кстати, вы не опасаетесь пресловутого сбора данных с мобильных устройств Apple? Или факта, что “злой дядя” на основе данных, полученных из соцсетей, узнает о вас много лишнего?

– Опасаюсь. Но позвольте мне объяснить. Facebook, например, – небезопасное место, но если кто-то захочет получить данные обо мне прямо сейчас, он найдёт их повсюду – в поисковых системах, на различных сайтах и так далее. Вот вы, журналисты, сделали массу фотографий. Я вас первый раз вижу, но вынужден вам доверять. А ведь никто не знает, как может сложиться ситуация с моей частной жизнью и этими данными.

Меня отмечают на фото, при желании можно выяснить моё местоположение, дату рождения, получить много косвенной, но ценной информации от моих друзей в Facebook, даже если я сам не захочу её предоставить. В конце концов, кто-то отметит меня на отпускном фото, подтвердив моё отсутствие дома, и особо ушлый и продвинутый вор спокойно заберётся в моё жилище. Мы ни от чего не застрахованы, и я думаю, что любые данные так или иначе могут стать публичными. Частная и деловая жизнь современного человека смешиваются, пересекаются, и уже сложно их разграничить. Единственное, что мы можем сделать, – перейти на следующую ступень.

Вот вам пример: одна из моих бывших близких подруг (мы с ней встречались ещё в студенческом возрасте) переписывалась со мной в личных сообщениях и вдруг упомянула, что её муж – ИТ-директор крупного банка в Голландии. И предложила мне с ним поговорить о продаже тонких клиентов Wyse. Теперь у нас есть потенциальная сделка на двести тысяч единиц оборудования. Мои личные связи становятся деловыми потому, что я решил разместить личную информацию в социальной сети. Если бы меня невозможно было найти, не состоялось бы ещё множество сделок. И эта девушка не нашла бы меня никогда – мы были знакомы двадцать лет назад. Я хочу сказать, что нам всем стоит немного рискнуть, чтобы обрести социальные и профессиональные связи по всему миру.

Да, безопасность и доверие важны.

Но вы думаете, что я верю Стивену Джобсу? Конечно, нет – он собирает мои конфиденциальные данные. И тем не менее я считаю, что это неплохо. Как участники социума мы не в состоянии остановить этот процесс. Даже если мы откажемся от электронной почты, социальных сетей, мессенджеров, телефонов, нас всё равно настигнет подобный случай, ведь наша семья и друзья пользуются различными облачными сервисами. Это вирус, которому невозможно противостоять. А если ты не можешь остановить движение – возглавь его и управляй им.

В ближайшие десять лет станут очень популярны разработки в сфере управления конфиденциальностью. В Стэнфордском университете уже сейчас ведутся курсы по управлению конфиденциальностью и поведению в социальных сетях, изучается культурный вклад социальных сетей в общество. Я думаю, это очень перспективное направление. И у российских университетов есть огромный потенциал для проведения исследований в этой области. А у бизнеса есть потенциал для работы в социальных сетях. Вы не поверите: я три года сопротивлялся, удалял сотни приглашений в Facebook. Упорствовал до того дня, пока в соцсеть не пришли мои клиенты и не захотели работать со мной там, потому что это удобно. Им я отказать не смог. А где три человека “во френдах”, там и тысяча, и среди них оказывается немало новых заказчиков.

Социальные сети интегрируют частную и деловую жизнь на одной платформе. И это сочетание получается очень эффективным. Сравните: наш пресс-релиз, опубликованный на нашем же сайте, получил десять тысяч просмотров. Он же, вывешенный в Facebook, – миллион с лишним просмотров. Студенты в Стэнфорде, которых я обучаю, “френдят” меня в социальной сети, а их отцы впоследствии заключают со мной сделки по итогам нашего взаимодействия онлайн. “Безделушка”, созданная Марком Цукербергом ради развлечения, оказалась стоящей вещью.