Писать о негативных процессах легко и приятно. Не приходиться ведь натягивать волосяной мост оптимизма над пропастью реальности, прекрасно понимая, что его целостность зависит от сцепки большого числа маловероятных – хоть и не невозможных – факторов (ну, как судьба русских колоний в Калифорнии в новом романе Кирилла Еськова «Америkа»). Антиэнтропийные процессы они ведь все такие, маловероятные. Вверх карабкаться трудно и сложно, а вот в пропасть рушиться быстро и просто.

И описывать эту пропасть тоже легко и просто – широка она и глубока. И не нужны тонкие колонковые кисти, не понадобятся капризные светлые тона, всякие там лимонные кадмии и неаполитанские розовые… Берешь самым светлым индиго, а уж глубины-то расписываешь жженой костью, газовой сажей и черным марсом. Ну, разве что отметишь некоторые детали пятнами красной охры. И поскольку речь пойдет не о стране родимых осин, то душевных терзаний это все ну никак не вызывает!

О Великом переселении народов 2.0 слышали все. В благополучную Европу, в живописные деревни Италии и чистенькие городки Чехии валит азиатский да африканский переселенец. Валит в самых, что ни на есть, промышленных количествах. Германия, ввиду молодости своего государственного устройства колеблющаяся от немыслимых зверств до имбецильной политкорректности, ожидает в этом году полтора миллиона охотников за халявойсоискателей статуса беженца (Neue Flüchtlingszahlen: Die Millionen-Prognose). В маленькой Греции, куда прибывает более семи тысяч мигрантов в день, их расселяют даже в храмах (Ανοίγουν τα κελιά των εκκλησιών για τους πρόσφυγες), даже не спрашивая о конфессиональной принадлежности…

Спирали Бруно были эффективны под Верденом и Сталинградом, но абсолютно бесполезны нынче...
Спирали Бруно были эффективны под Верденом и Сталинградом, но абсолютно бесполезны нынче…

Но вот почему это происходит? Чаще всего на первый план выходят конспирологические версии… Будто бы все эти миллионы прибывающих в Европу людей бегут от войны. Войны, в которой виновен оппонент говорящего. Или тот, кто способствовал всяким там Arabellion, или тот, кто поддерживает президента Сирии (причем говорящие об этом, хоть и находятся с разных сторон идеологического фронта, поразительно похожи друг на друга…). Мнение это очень нравится и самим мигрантам – стоит мальчонка из Туниса перед германской журналисткой, и на чистом глазу излагает, что прибыл от угрозы терроризма, и за лучшей жизнью. Спросить, почему же тунисский «Квартет национального диалога в Тунисе» получил Нобелевскую премию, если там свирепствует террор, фройлен не может – не из дефицита ехидства, просто вышибут с работы, как мадьярку-оператора…

То есть давайте учтем, что – как знает любой, работающий с людьми – врать целиком очень трудно, лжец всегда проговаривается. И тунисский мальчонка не кривит душой, утверждая, что он прибыл за лучшей жизнью. Именно такие мотивы и способны стронуть с мест и двинуть в путь миллионы людей. Но почему же достижение лучшей жизни видится ему на пути переезда в другую страну? Великое переселение народов понятно, там этот, климатический пессимум раннего Средневековья был – от одного названия побежишь со всех ног. Но нынче-то, аж сверхконсервативная Washington Times, давний и последовательный недруг Кремля, злорадствует, что мистеру Обаме и всем адептам Церкви глобального потепления наконец-то вправят мозги (Vladimir Putin continues the late education of Barack Obama).

То есть – климат-то не меняется, а мигранты бегут. Не пытаются снискать себе счастье на родине упорным трудом, всползанием по тросам «социальных лифтов» или борьбой за социальное освобождение трудящихся. Почему вдруг? А ведь совсем и не вдруг… Все было предсказано, и довольно давно. Давно по темпам современной жизни, еще в 2011 году. В статье экономиста Всемирного банка Бранко Милановича (Branko Milanovic) “Global Inequality: From Class to Location, from Proletarians to Migrants“, «Глобальное неравенство: От классов до местожительства, от пролетариев до мигрантов».

Работа эта прошла фактически незамеченной… А очень жаль, она поразительно много объясняет в процессах, протекающих в современном мире. И, как когда-то классиков марксизма, автора ее вдохновляла не мистика, а сухая статистика. Статистика зарплат в различных странах мира, собранная в World Income Distribution database, навела Бранко Милановича на очень интересные выводы. “Призрак коммунизма исчез, потому что в странах с верхним и средним уровнем доходов на душу населения даже бедные слои пережили существенное и устойчивое увеличение их реального уровня доходов.”

Казалось бы, просто здорово! Социал-реформистская политика, дела всяких там «регегатов Каутских» и прочих литераторов-фабианцев, вроде Уэллса и Шоу, принесли ощутимые плоды… Только вот беда какая – неравенство-то никуда не делось. Richest 1% of people own nearly half of global wealth, says report – 1% богатейших владеют половиной мировой собственности, это почище чем в Англии 1867 года… Но зато к ней добавился новый эффект – географическое распределение неравенства. Дело в том, что основная часть рабочего класса в середине позапрошлого века различалась по своим доходам всего лишь в два раза.

Великобритания имела среднедушевой доход раза в четыре выше, чем Китай. Но малоквалифицированные рабочие – составляющие в те времена большинство – жили в Лондоне лишь вдвое сытнее, чем в Шанхае. Да, конечно, швейцарские часовщики и судостроители из Клайда получали заметно больше – но общая их доля была невелика, они составляли «рабочую аристократию», как и оружейники Ижевска и Тулы в Российской империи. Именно это и послужило основой для создание концепции «Пролетарии всех стран соединяйтесь».

Классовые различия в середине позапрошлого века были сильнее, чем различия национальные (отождествляя нацию с государством…). Но вот в начале двадцать первого века ситуация стала совсем иной. Теперь благополучие отдельного человека зависит не от того, к какому классу он принадлежит, а в какой стране живет, богатой или бедной. В странах состоятельных, вроде Норвегии, Швейцарии, Дании, Швеции, США, Австрии, доходы на душу населения в сотню раз выше, чем в Эфиопии, Мадагаскаре, ЦАР, Либерии, Бурунди… В сто раз! И примерно в такой же пропорции различаются и доходы наемных работников, даже низкоквалифицированных.

Вот и все! Учись, повышай квалификацию, добивайся успеха в своей стране… И вряд ли ты повысишь доходы на пару порядков. А просто переехав, найдя неутомительную работу или просто сев на пособие, ты умножишь свой достаток так, как дома и не снилось. Вот именно в этом и причина полнолюдия мигрантских рек. Они стремятся урвать свой – хоть и не заработанный – кусок счастья! И абсолютно неясно, как решать эту проблему. (Хиллари Беллок с его практичным – «Whatever happens, we have got. The Maxim gun, and they have not.» – нынче заклеван стаями голубей политкорректной ориентации…)

Дело в том, что она обусловлена – о чем умолчал Миланович – на технологическом уровне. Той самой марксовой концентрацией капитала, которая необходима для создания сверхпроизводительных производств, работающих на глобальный рынок (лучший пример их – кремниевый фаб). Причем работать эти производства могут в одной стране, а принадлежать предпринимателям из страны совсем другой. Где сконцентрированы как собственность, так и критически важные компетентности.

И вот в этих странах и происходил интенсивный прикорм рабочего класса. Правда, до поры… Вот о каких забавных вещах рассказывают лауреат Нобелевской премии по экономике 2015 года Ангус Дитон (Angus Deaton) и его супруга Энн Кейс (Anne Case) A Shocking Rise in White Death Rates in Midlife – and What It Says About American Society. Оказывается в США с 1999 по 2013 год шокирующее возросла смертность белых американцев среднего возраста. Американцев без высшего образования, тех самых работяг, кто вышиблен из привычного уклада тем, что их рабочие места уехали в Азию. Бывшего среднего класса…

Не видят они перспективы в жизни… А вот мигранты – видят. Для них образ жизни низшего класса богатой Европы – мечта. Сделавшаяся, благодаря хилости европейских границ, вполне досягаемой. И к чему приведет их набег в Старый Свет – об этом все более и более обеспокоенно рассуждают политики («Правая эпидемия: к чему может привести рост национализма по всему миру»). Но это все слова… Важно понимать, что массы мигрантов никак не смогут быть использованы в высокоэффективных и высокотехнологических производствах нынешнего глобального мира, но жаждут жить по меркам Первого мира. Такое вот смешное противоречие между географией и экономикой…