С конца 90-х, когда в ИТ-индустрию вместе с интернетом пришли по-настоящему большие деньги, рынок повидал немало «сделок века». Слияний и поглощений, в которых из кармана в карман перетекают миллиарды (долларов, конечно), а перестройка растягивается на годы и вовлекает десятки тысяч человек. И, как и в любом предприятии, предугадать исход здесь невозможно.

Казавшиеся сомнительными «корпоративные браки», бывает, оправдывают себя (помните, сколько Facebook отдала за Instagram?), тогда как казавшиеся несомненными оканчиваются катастрофой (вроде «Крупнейшей ошибки в корпоративной истории» и крупнейшей же сделки с участием ИТ-компании: слияния AOL и Time Warner в начале нулевых за $164 млрд.).

Так что не стоит судить о перспективе объявленной на днях очередной сделки века по имиджу участников. Вы наверняка уже слышали: Dell поглощает EMC за $67 миллиардов. Та и другая сторона ещё недавно были мировыми лидерами на своих направлениях, но всех смущает их текущее состояние. Дело в том, что масштабные подвижки в цифровых технологиях за последние десять лет поставили выживание той и другой под вопрос.

Майкл Делл заметно постарел, но хватки не утратил, как и мечтать не разучился: объединённая компания видится ему «лидером рынка в 2 триллиона долларов».
Майкл Делл заметно постарел, но хватки не утратил, как и мечтать не разучился: объединённая компания видится ему «лидером рынка в 2 триллиона долларов».

Dell — производитель компьютеров, в том числе персональных, с родословной, длиною почти в биографию самой персоналки. Основатель компании, Майкл Делл, начинал бизнес со сборки компьютеров в студенческой общаге, и построил гиганта, в первой половине нулевых имевшего первое место по продажам PC в мире. Занимались они не только компьютерами, активно экспериментировали и с другими цифровыми новинками, периферией, но именно PC была кормилицей Dell. С персоналкой же связана и главная трагедия: когда смартфоны и планшетки спровоцировали кризис компьютерных продаж, для Dell настали трудные времена. Майкл сумел превратить компанию из публичной в частную, удержав её под своим контролем (в пику акционерам, мечтавшим его сместить, см. «Жертва Айпада или новая сверхновая?»). Но спрос на ПК не восстановился и по сей день нависает над ним чёрной тучей.

EMC почти такая же большая (70 тысяч человек против 110 у Dell), такая же старая, такая же в недавнем прошлом успешная, и хоть занимающаяся другими вещами — она специализируется на системах хранения данных — переживающая похожие трудности. Её основатели начинали с 64-килобайтных плат расширения для древних персоналок и успешно тропили эту дорогу три десятилетия, но виражи нулевых ударили по ним по-своему. Мода на локальное хранение уступила моде на «облака» — и хоть облачными технологиями EMC тоже занялась, получилось это у неё уже не так удачно. Так что, как говорят эксперты теперь, она всё ещё зарабатывает кучу денег, но, некогда бурный, этот поток постепенно пересыхает. И если она не желает в ближайшем будущем быть расчленённой, что уже пытались проделать акционеры, надо предпринять что-то срочно.

Реклама на Компьютерре

Вот вам и ответ на вопрос, почему сейчас. Два старика, лучшие годы которых в прошлом, и на костях которых (как красочно представляют ситуацию те же эксперты) совсем скоро не останется достаточно мяса, чтобы позволить себе роскошь сложных манёвров, надеются поддержать друг друга и ковылять в светлое будущее вместе. Четыре года об этой сделке мечтали, порознь прорабатывали варианты, обсуждали детали, и вот — решились.

EMC, пытающаяся нащупать новые тренды, в последние годы особенно активно скупает небольшие перспективные компании. Два бриллианта в этой алмазной россыпи: RSA Security (та самая, которую недавно уличили в сотрудничестве с АНБ) и VMware.
EMC, пытающаяся нащупать новые тренды, в последние годы особенно активно скупает небольшие перспективные компании. Два бриллианта в этой алмазной россыпи: RSA Security (та самая, которую недавно уличили в сотрудничестве с АНБ) и VMware.

Сумма многих смущает, но Dell, влезшая ради покупки в огромные долги (к тем же партнёрам, которые финансировали Майкла, когда он возвращал абсолютный контроль над компанией), обещает расплатиться в два года. Правда, как полагают сторонние аналитики, для этого, возможно, придётся избавиться от части активов — вроде принадлежащего EMC контрольного пакета VMware. Но в перспективе цель вроде бы оправдывает средства. Dell занималась компьютерами и системами хранения данных начального уровня, EMC — системами хранения высокопроизводительными (Symmetrix, VNX, Clariion). После слияния они сосредоточатся на корпоративных клиентах и смогут предлагать свои продукты в комплекте, что по крайней мере в нулевые было ещё выгодным: дата-центры на серверах и софте Dell, с накопителями EMC.

Но далеко не все оценивают сделку положительно. HP, например, готовящаяся отторгнуть от себя низкоприбыльное производство PC и принтеров, официально прокомментировала новость в том смысле, что происходящее — новая большая возможность для неё: пока новообразованный гигант, задыхающийся под тяжестью долгов, будет экономить (в том числе, сокращая НИОКР), HP сможет откусить его долю на рынке. Там знают, о чём говорят: в 2002-м HP провела свою сделку века (отдала $25 млрд. за Compaq), не принесшую ей ничего хорошего.

Однако проблема не только в конкуренции или временных трудностях. Времена изменились! Аренда «облака» стала дешевле и привлекательней, чем владение собственным дата-центром. Есть опасение, что и эпоха производителей специализированного «железа» (HP, IBM, Dell) прошла, пришла пора мелких, универсальных игроков — Amazon, Google, Microsoft, даже Apple — предлагающих инфраструктуру как сервис.

У объединённой Dell-EMC будет шанс сразиться с ними. Но считается, что выстоять в этой борьбе новый гигант сможет только изменившись качественно. Мало будет сократить штат, объединив пересекающиеся отделы. Ей придётся заново изобрести себя, предлагая не продукты, а масштабируемые, гибкие, комплексные решения. И заняться этим снова предстоит Майклу Деллу, который остаётся у руля.