Концепция офисного пространства без стен и перегородок — то, что называют open space или open plan — на протяжении последних лет была символом совершенства, рабочего места современного, просторного, интересного, творческого. И лично для меня стало полной неожиданностью услышать от знакомого, проводящего в таком офисе дни напролёт, мрачное «невыносимо!». Углубившись в тему, легко выяснить, что он такой далеко не один, равно и ответить на вопрос: почему? С вопросом «что делать?» сложнее.

На случай, если вы пропустили, опенспейс — детище пятидесятых. Именно тогда, согласно легенде, западногерманские инженеры придумали убрать из большого офиса стены, оставив общее пространство, в котором будут трудиться десятки и сотни человек. И, по крайней мере в теории, такой подход оправдан дважды.

Во-первых, он должен увеличить производительность коллектива за счёт более лёгкой коммуникации между сотрудниками: не надо больше стучаться и назначать встречи, общение становится непринуждённым, контакты формируются сами собой, иерархия будто бы ослабевает. Во-вторых, максимально полно используется площадь: на квадратном метре open space можно уместить больше голов, чем на метре кабинетного офиса образца XIX века или в пресловутых кубиклах, столь популярных во второй половине века XX.

Open-space-1

Впрочем, потребовалось почти пятьдесят лет, чтобы идея проникла в массы. Можно сказать, что настоящее увлечение «открытым офисом» началось лишь в девяностых годах, с бумом интернет-компаний, когда стартаперы обнаружили, что open-офис дешевле и быстрее строится. А пика популярность концепция достигла ко второму десятилетию XXI века. В Штатах и Европе сегодня работают в open space более двух третей офисных трудяг (в России цифра растёт, но оценки разнятся: грубо, пока ещё менее одной пятой).

Открытый офис стал модным, считается прогрессивным, с ним легко экспериментировать — заполняя цветом, необычной мебелью, вообще деталями, которые с рабочим местом традиционно не ассоциировались (гамификация своего рода, подробнее см. трёхлетней давности «Падение офисной стены»). Но вот незадача: уже года два, а последний год в особенности, по крайней мере в англоязычной деловой прессе появляются публикации, посвящённые open space, но критического толка. И, субъективно, их число растёт, предвещая очередную перестройку. Что же не нравится критикам?

Если коротко — атмосфера «общаги», неизбежная, когда в одном помещении собраны десятки человек, а то и больше. При подробном рассмотрении эта проблема распадается на множество аспектов. Прежде всего — высокий уровень шума. Лишённое изолирующих перегородок, рабочее помещение «гудит» по всему звуковому спектру: кто-то говорит по телефону, кто-то слушает музыку, кто-то затеял спор и так далее. И ведь всё по делу, всё в процессе работы! Между тем исследования (часто цитируемые, многие из них проводились задолго до популяризации open space) говорят, что шум — чуть ли не самый надёжный способ убить производительность коллектива.

Open-space-3

Другой аспект — отсутствие приватности. Не всем и не всегда нравится, что соседи заглядывают к ним в монитор, что на рабочем месте может оказаться чужой человек, что рядом вечно кто-то торчит, что вся твоя активность (включая даже такие, простите, вещи, как выход в туалет) на виду. Проявления этого обнаруживаются даже на физиологическом уровне: человек демонстрирует всплеск кровяного давления, некоторых гормонов. В результате, если кубикл сравнивали со стойлом, опенспейс сравнивают с тюрьмой, где каждый находится под постоянным надзором.

Реклама на Компьютерре

И на самом-то деле эти узкие места давно известны, просто с массовым распространением концепции они перестали быть теорией и начали причинять настоящую боль. Что ж, выходы тоже уже обозначены.

Во-первых, стоит выделить в общем пространстве зоны для индивидуального творчества, где смогут укрыться те, кому не по душе постоянный надзор. Это замечательно сделала Facebook, в главном опенспейсе которой трудятся аж несколько тысяч человек: кабинетики, укромные уголки. Это сделала в своих офисах «Яндекс», разделив территорию на тематические зоны. К сожалению, выяснилось, что «творческое обособление» открытого пространства влетает в копеечку, так что далеко не все работодатели могут позволить своим сотрудникам это удовольствие.

Во-вторых, необходимо ввести правила поведения. Ограничить уровень шума — от музыки и слишком громкой речи до звонящих мобильников и даже оргтехники, которую в данном случае лучше ставить в отдельных помещениях. Наработать «сигналы тревоги», вроде надетых наушников: значит — не трожь, человек не желает общаться. Подумать о запахах (не есть за рабочим столом, не оставлять надолго отходы, даже, простите, регулярно мыться), об уголках для конфиденциальных разговоров, сделать обязательной аккуратность. Наконец, проложить трассы для перемещений по офису так, чтобы тревожить как можно меньшее число коллег.

Open-space-2

К сожалению, хоть список контрмер продолжает шириться, ни одна из них не решает проблем опенспейса кардинально. И, в общем, пора признать, что открытый офис создал больше новых причин для головной боли, чем устранил существующих. И хоть ни офис в классическом виде (с отдельными кабинетами), ни кубиклы не были идеальными тоже, необходимость в перестройке назрела. Однако на пути к идеалу неожиданно нарисовалась ещё одна преграда. На сей раз в виде работодателей — которым open space пришёлся по душе.

И дело даже не в том, что открытый офис дешевле построить и сопровождать. Оказалось, что такое рабочее пространство служит своеобразным возрастным фильтром: оно помогает оставить молодых (читайте: ожидаемо перспективных и безусловно менее требовательных к зарплате и прочим благам) и отсеять «старичьё» за тридцать, которому в условиях open space работается уже некомфортно (в том числе и потому, что с возрастом человек утрачивает способность к социальной адаптации, что, впрочем, едва ли новость). Ничего удивительного, что работодатели в целом не горят идеей офисной реформы. Для стартапов же опенспейс стал стандартом де-факто надолго. Думается, очень надолго.

P.S. В статье использованы иллюстрации Cedric Meurens, Wackystuff, Kailash Gyawali.