Последние недели в Воронеже то и дело опровергают слухи о начале эпидемии лихорадки Эбола. Ну да, пишут в газетах и говорят с экранов, есть у нас заболевшие студенты из Нигерии и подобных ей стран, но болеют они обыкновенной простудой. А что провели дезинфекцию в общежитии, больнице и поликлинике, так это для общего блага.

В других городах, верно, тоже неспокойно – в смысле измышлений и слухов. Синематограф в России популярен, а фильмов про страшные эпидемии немало. Поэтому то там, то сям появились публикации о том, что вирус Эбола России не страшен. У нас не Либерия. И санитарная культура повыше, и с канализацией получше, а ещё есть санитар Мороз, который придёт, и все неприличия, которые кто-то кое-где у нас порой в лифтах, подъездах и подворотнях устраивает, заморозит в камень. Вместе с вирусом.

И это радует. Хотя Глубинный Скептик, которого я подхватил, когда тонул в Чёрном Море летом шестидесятого года (история давняя и к делу не относящаяся) зудит, напоминая о статьях в центральной печати восьмидесятых годов прошлого века, посвящённых эпидемии СПИДа. Нашему народу СПИД не страшен, поскольку ни гомосексуализма, ни наркомании как массового явления, в стране нет, и вообще, на свете не было, нет и не будет никогда более великой и прекрасной для людей власти, чем власть императора Тиверия, потому люди могут спать спокойно.

И спали.

Но, как оказалось, всё было не просто. И наркоманов сыскалось изрядно, и гомосексуалистов тоже, и мороз не помог, и даже бесплатная раздача волонтёрами шприцов и презервативов (акция «колитесь и …» ну, сами понимаете) не оказала ожидаемого действия. Или оказала. Растет число зараженных вопреки заверениям, прогнозам и ситуации в Западной Европе, которую патриоты иначе, чем Гейропой не зовут. Вот странно: Гейропа там, а СПИД растёт здесь. Не иначе, происки и подтасовки. Но вдруг и вирус Эболы окажется столь же коварным?

Не удивлюсь, если скоро в аптеках окажутся в продаже инновационные препараты, разработанные отечественными учёными и рекомендованные для профилактики Эболы. Может, уже продаются, да я прозевал. Надо будет поспрашивать.

Перечитывая истории различных эпидемий, замечаешь, что каждая эпидемия физическая, эпидемия, в основе которой находится вирус, бактерия или иной микроорганизм, почти всегда сопровождается эпидемией ментальной, эпидемией, которая болезненно преобразует психику населения. Обыватели, до того пребывавшие в безмолвии по причине благоденствия, становились возбужденными, и активно занимались поисками виновных в распространении мора. Ловили и били смертным боем врачей, студентов, евреев, одиноких женщин, почтальонов, евреев, служителей карантинных постов, католиков, грамотеев, водоносов, евреев…

И не только в какой-нибудь Малой Подколзинке, а и в столицах били, били, били. Хорошо, если находился смелый и решительный государь, который, накинув шинель на плечи, мог выйти на площадь и гаркнуть «Вот я вас, сволочей!» – и народ моментально возвращался в безмолвие.

А если нет? Если государь прятался за стенами, или, того хуже, прихватив пожитки или без оных, бежал в сопредельное государство?

Реклама на Компьютерре

Но ещё больше меня занимают эпидемии, когда ментальный фактор в наличии, а материального нет. То есть ни чумы, ни холеры не наблюдается, а массы людей ведут себя, как поражённые недугом. В данном случае – недугом умственным. Взять хоть плясунов. В средние века тысячи людей составляли пляшущие цепочки, заполонявшие целые города и откалывающие такие антраша – не каждый танцор сумеет. Под музыку и без неё. Попляшут в Кёльне городе – пойдут в Страсбург. Или в Прагу, где, собственно, и стоит собор Святого Вита, очень красивый, особенно ночью (увижу ли вновь?). Или в Мадрид, где танцевали тарантеллу, причем танец считался и признаком болезни (тарантизма), и способом избавления от неё. Но пляски – ничего. Попляшут, и перестанут. Или переведут на коммерческие рельсы, получив в итоге аэробику.

А вот флагеллантство – от него следует держаться подальше. Брали кнуты и пороли себя и тех, кто окажется поблизости, пороли всерьёз, до мяса. Так что тарантелла после этого невинная забава.

Были и иные эпидемии, и отнюдь не только в средние века. К примеру, эпидемия смехачества в Танганьике тысяча девятьсот шестьдесят второго года. Стоило туристу ранним утром, идя на рыбалку, показать туземцу палец – и всё селение покатывалось со смеху. Уже и уберёшь палец, и уйдешь на озеро порыбачить, на закате вернешься – всё лежат, смеются. Сил нет, а ножкой дрыгают.

Крамольные мысли приходят в голову. Марксизм, конечно, наука серьёзная. Всяко солиднее, чем побасёнки ни о чём, которые пытаются навязать обывателю сегодня. Мол, всё плохое в мире происходит по воле Подкроватной Буки. Такие определения и постулаты, как классовый антагонизм, борьба угнетаемых с угнетателями, присвоение прибавочной стоимости, захват земельной ренты, необходимость создания партии – всё это сегодня предано анафеме. Нет, сегодня иначе: на этой стороне реки наши, на той – чужие. Наши – умные, красивые и добрые. Чужие – глупые, уродливые и злые. И, конечно, злые и глупые спят и видят, как покорить добрых и умных. Вот и весь курс политических наук двадцать первого века для населения. Мне он кажется слишком уж простым. Но если населению нравится, что ж, так тому и быть.

Вернусь к марксизму. Вполне возможно, что и классовый антагонизм, и роль партии, и «верхи не могут, а низы не хотят» – объективные истины. Но вдруг для революции требуется дополнительный фактор, а именно ментальная эпидемия (назову её для наукообразности эпидемией М)? Стоит вспомнить, что в разгар революции планету Земля поразила эпидемия испанки. Не будь испанки, как знать, вдруг да и удалось бы Антону Ивановичу Деникину взять Москву, а России стать центристской республикой или конституционной монархией?

Или знаменитый тридцать седьмой год: что, если тотальная шпиономания объясняется не только и не сколько политической обстановкой, а преимущественно ментальным нездоровьем населения, и призывы «ищи в соседе по коммуналке врага» пали на благодатную почву? Обидно, да? Хочется чувствовать собственное величие, пусть это даже величие злодейства, а тут подсовывают какую-то болезнь.

Но проверить стоит. Возможно, причина эпидемии М кроется в вирусе, встроенном в геном. Под влиянием каких-либо причин – внешней инфекции, вспышки на Солнце, временном разломе, гравитационном шоке и т.п. вирус активизируется, туннелизируя сознание и – вуаля, извольте получить мировою войну, революцию или битломанию. В зависимости от уровня социального иммунитета.

Таблеток против эпидемии М у меня нет. Полагаю, стоит вернуться к дедовским рекомендациям: умеренности в еде и питье, физзарядке, обтираниям и обливаниям холодной водой. Стоит избегать праздности, уклоняться от посещений мест скопления людей, проявлять разборчивость в выборе газет, телевизионных каналов и Интернет-ресурсов. Очень помогает чувство брезгливости. Если оно у кого-то ещё сохранилось.