О кибернетической утопии заговорили на рубеже шестидесятых–семидесятых годов прошлого века. Так обозначалось общество примерно со столь же развитыми информационными технологиями, как те, среди которых мы сегодня живём. Ну а сегодня появился неологизм “autopia”; широко известный журнал Wired обозначает им то, что относится к проблематике перспективных наземных транспортных средств, «дорог будущего». И вот теперь обнародованы планы, согласно которым всего лишь через трёхлетие autopia окажется реализованной в центральной части шведского города Гётеборга.

Тот факт, что в компьютерном Wired есть раздел Autopia, может показаться несколько странным. Описание гоночных болидов и мотоциклов, футуристический дизайн спорткаров, массовые потребительские автомобили будущего… Но информационные технологии являются для любой из перечисленных моделей не менее критичными, чем классические технологии машиностроения. Гонки «Формулы 1» демонстрируют потенциал технологий «больших данных» в не меньшей степени, чем качество стали, точность станков и возможности химиков…

«Формула 1» давно рекламирует ИТ и давно зависит от их потенциала…
«Формула 1» давно рекламирует ИТ и давно зависит от их потенциала.

Успех или неуспех массового развития электромобилей неразрывно связан с теми же проблемами, что преследуют и мобильные компьютерные устройства, ноутбуки, планшеты, смартфоны… Ёмкость аккумуляторов и их дороговизна! (Ну и деградация по мере старения и циклов зарядки-разрядки…) Но это всё наиболее зримые связи между ИТ и автомобильной промышленностью. На самом же деле связаны они куда теснее: наверное, можно уже говорить о неразрывности уз.

Прежде всего отметим, насколько возросла пассивная безопасность современных автомобилей. Конечно, все, кто садился за руль в индустриальную эпоху, любят поговорить о неубиваемых, лужёных корпусах послевоенных «москвичей» и «побед», и презрительно назвать современные машины пластмассовыми. Но вот интересная особенность: хрупкие корпусные детали современных машин при ударе несопоставимо лучше защищают пассажиров транспортного средства (а на умеренных скоростях – и пешеходов), сберегая их жизнь и здоровье.

И создание конструкций, запланированная деформация которых обеспечивает эту самую пассивную безопасность, неразрывно связано с внедрением в автопром компьютерных технологий. CAE/CAD, автоматизированных систем прочностных расчётов и проектирования, позволяющих создать конструкции кузова, разрушение которых принимает на себя энергию столкновения и будет происходить, не затрагивая того объёма, где сидят водитель и пассажиры. Без многократного имитационного моделирования такие конструкции не разработать: чисто натурные испытания «съедят» бюджеты даже автогигантов…

А ещё — детали из тоненького (но защищённого от коррозии) листа и пластмасс предъявляют куда более высокие требования к уровню производства. Производственные дефекты тут не замажешь оловом (что было причиной лужёности корпусов «москвичей»). И штамповка металла, и литьё пластмасс должны происходить с точным соблюдением режимов: только так получится минимально стоящая, гарантированно служащая свой срок и защищающая людей в авариях деталь. Поэтому тут и требуются системы CAM, автоматизированного управления технологическими процессами…

Кроме того, цифровая электроника незримо (большинство о ней или не знает, или воспринимает как некую форму магии вроде освящения самобеглой повозки жрецом того или иного культа) присутствует в контуре управления автомобилем. Антиблокировочные тормозные системы, системы повышения курсовой устойчивости, системы круиз-контроля и контроля дистанции… Во всём этом задействованы куда большие вычислительные мощности, чем в истребителях-бомбардировщиках разработки восьмидесятых, которые кое-где ещё стоят на вооружении…

Причём мы говорим только о безопасности, откидывая здесь аэродинамические расчёты и системы оптимального управления работой двигателя внутреннего сгорания, которые позволяют очень весомо сократить потребление топлива. Безопасность — это то, что измеряется не деньгами, а человеческими жизнями. И любой опытный сотрудник ГАИ, любой водитель со стажем легко назовут вам ту деталь, которая больше всего создаёт проблем с безопасностью. Это прокладка. Та, что между рулём и сиденьем. И теперь ИТ приступают к устранению исходящей от неё угрозы.

Автомобили шведской Volvo всегда отличались особенно пристальным вниманием к безопасности. Цели, которые ставит перед собой эта фирма, очень серьёзны: так, например, говорят о намерении добиться того, чтобы в 2020 году ни один человек не погиб и не был изувечен в автомобиле данной марки. Для этого в качестве промежуточной цели с 2014 года Volvo выводит на улицы модель XC90, оснащённую полуавтономной системой управления. Такие машины способны удерживать место в дорожном потоке, самостоятельно ехать по узким улицам с использованием Traffic Jam Assistance и парковаться…

I

Но это уже день сегодняшний. А для формирования облика дня завтрашнего на 2017 год назначен небывалый доселе эксперимент с участием роботизированных автомобилей. Ими самими по себе уже никого не удивишь: автономные машины от Google пробежали за пару последних лет более полумиллиона вёрст. Но Volvo при участии Шведской транспортной администрации, Шведского транспортного агентства и Научного парка Линдхольмен ставит небывалый доселе по масштабам эксперимент, выводя на улицы Гётеборга сразу сотню автономных машин.

Помучить робота-водителя в Гётеборге есть где...
Помучить робота-водителя в Гётеборге есть где…

Полумиллионный Гётеборг, являющийся вторым по величине городом Швеции, раскинулся на площади 450 квадратных километров. Довольно просторно, но движение в центральной части весьма плотно (там, кстати, находится штаб-квартира самой Volvo). А ещё обилие мостов и старинных улочек создаёт дополнительные проблемы для дорожного трафика… Так что для программы “Drive Me” выбраны отнюдь не тепличные условия. И сотня водителей, которые получат роботизированные машины, будет набираться из самых обычных жителей города.

Их задача – совершать самые обычные поездки в автономном режиме, сначала по участку в полсотни километров, потом по всем городским трассам, включая перегруженный центр с переулками и пригородные автострады… Изучаться будет поведение как роботов, так и людей – тех, кто пользуется автономными Volvo, и тех водителей и пешеходов, которые их окружают. Ну, с чисто машинными данными все просто. Прежде всего будет фиксироваться уровень аварийности, что и подвигло фирму и правительство Швеции на этот эксперимент (так по крайней мере говорит президент и CEO Volvo Хэкэн Самуэльсон).

Не возникнет проблем и с фиксацией объективных параметров — расхода топлива и неразрывно связанного с ним транспортного загрязнения окружающей среды. Да и загрузка дорожных магистралей также фиксируется нынче очень легко (тут тоже место технологиям «больших данных» и «умных городов»); скажем, здесь «в мирных целях» можно использовать камеры наблюдения и анализ местонахождения мобильных телефонов. И уже эти данные будут представлять собой большую ценность.

Но самое главное — другое. Поведение и реакции окружающих людей. Именно они будут представлять главный интерес при обнародовании результатов эксперимента “Drive Me”. Как пешеходы и живые водители будут взаимодействовать с автономными транспортными средствами, то при этом будут чувствовать — всё это придётся основательно изучить до массового внедрения автономных транспортных средств. А оно практически всеми крупными автопроизводителями намечено на 2020-й – финальный год этого десятилетия!

И подход шведов внушает уважение именно по самой начальной формулировке задачи: добиться нулевого уровня гибели людей на дорогах, в том числе и путём внедрения «умных машин». Знаете, смотришь через перекрёсток на агитационный стенд ГАИ, где каждый понедельник отображают жертвы минувшего уик-энда, и подозреваешь, что население ведёт с самим собой войну на истребление… А ещё — предстоящая амнистия: непрерывно в кабинет забегают жены «аварийщиков» и спрашивают, подпадают ли под неё отцы шестерых детей с 264-2 или «афганцы» с 264-3…

Но самое главное — в ближайшее время мы окажемся свидетелями уникального эксперимента над гибридной «большой системой», которой будет выступать сам Гётеборг с людьми и роботами на улицах. Причём это не робот-пылесос, с которым встречаешься только в своей квартире. Это не заводской робот, живущий в цеху, и не сервисный, парящий над полем боя… Это будет первый прообраз мира, в котором ты попадаешь — вне зависимости от своего желания — в роботизированную среду, просто выйдя на улицу.