Европейский союз принял новый закон, согласно которому срок действия копирайта на музыкальные произведения продлевается с 50 до 70 лет. Определённо сейчас послышатся голоса про жадных капиталистов, которые не знают, на чём бы ещё срубить бабла, но…

    Этот законопроект получил неофициальное название “Закон Клиффа” – в честь сэра Клиффа Ричарда, рок- и поп-звезды 1960-х и 1970-х, а сегодня – одного из наиболее рьяных сторонников продления срока действия копирайта. То есть поддерживают его именно музыканты.

    Документ был ратифицирован в минувший понедельник. Таким образом, многие популярные произведения, написанные в 1960-е годы, теперь останутся в распоряжении исходных правообладателей до 2030-х годов. Новая директива вступит в силу в 2014 году.

    Следует особо отметить, что расширение срока копирайта распространяется только на исполнителей музыкальных произведений. Нынешнее европейское законодательство и так предусматривает, что наследники композиторов получают роялти с их произведений в течение 70 лет со дня их смерти.

    Некоторые музыканты уже вполне однозначно заявили, что чрезвычайно рады новому закону. В частности, Бьорн Ульвеус, солист ABBA, заявил: “Теперь мне не придётся увидеть, как музыку ABBA используют в рекламе”.

    Принятие нового закона является значительной победой для лоббистов музыкальной отрасли, хотя и, так сказать, не полной: в середине прошлого десятилетия британская музыкальная индустрия, например, пыталась добиться от правительства Великобритании продления срока копирайта не до 70, а до целых 95 лет, однако дело по какой-то причине не выгорело.

    Кроме того, законодатели ЕС подложили лоббистам небольшую мину – с тем, видимо, чтобы жизнь совсем уж мёдом не казалась: музыкальные лейблы должны либо удостовериться, что все аудиозаписи, на которые продлевается копирайт, доступны для приобретения, либо позволить самим исполнителям заниматься продажами своих творений. И вот с этого момента всё становится куда интереснее. Наверное, даже самые пожилые руководители крупнейших лейблов едва ли смогут сказать определённо, какое количество музыки, записанной в 1960-е, 1970-е и 1980-е годы, пылится у них в архивах как “мёртвый товар”, который “никто не купит”. В те времена, когда музыка продавалась только на физических носителях, это имело большое значение: место в магазинах стоит денег, и немалых, а следовательно, на прилавках могли оказываться только хорошо продаваемые записи. Оборотной стороной такого подхода оказывается невозможность найти редких исполнителей.

    Продажа музыки через Сеть фактор “дорогостоящего прилавка” отменяет. И чисто теоретически лейблы вполне могут сейчас распахнуть закрома и переиздать в оптовых количествах “забытые” записи, как вышло, например, с Pink Floyd: лейбл EMI занимается переизданием всего их творческого наследия; в том числе будут опубликованы записи, которые никогда не издавались прежде.

    В теории.

    С другой стороны, печально, конечно, что музыкальная отрасль, выкопавшая сама себе яму своей нерасторопностью, теперь не может противопоставить своему стремительному спаду ничего, кроме попыток выдавить из власть имущих удобные для себя законы. Былого великолепия ей уже не видать, а новый закон в лучшем случае будет выглядеть составной частью завещания.