На днях «Компьютерра» писала о конфликте между компанией Sony и изобретателями Владимиром Мирошниченко и Виталием Пилкиным, у которых есть патент на одну из особенностей новой портативной приставки PlayStation Vita. Теперь они через суд добиваются запрета продажи Vita в России. Мы поговорили с одним из владельцев патента и выяснили, зачем они это делают.

Владимир Мирошниченко отвергает обвинения в патентном троллинге: «Большие фирмы говорят про других: тролли и тому подобное. А сами-то они кому-нибудь подарили патент? Ну хорошо, если вы такие умные в Apple, в Sony, в Samsung, то сделайте свои патенты открытыми. Нет? А что тогда возмущаться?» По его словам, он уже обсуждает нарушение другого патента с компанией Samsung. Кроме того, не исключено, что некоторые из его патентов нарушили Logitech и Nokia.

— Расскажите о себе: кто вы, чем занимаетесь?

— Я изобретатель.

— То есть вы занимаетесь только изобретательством?

— Последние три года — только изобретательством.

— У вас тогда, вероятно, есть и другие изобретения, патенты?

— Да. Свой первый патент я получил в 1997 году в Словакии. Ходил, доказывал по конторам, что нужно иметь два дисплея – один для ввода, другой для вывода. У меня есть такой патент 1997 года, а теперь это стало нормой. Sony Tablet – в принципе, это мой патент. Просто я его не продлевал, но он у меня в наличии — словацкий патент, где говорится, что есть поверхность сенсорная для ввода и есть поверхность сенсорная для вывода.

— И вы добились, что вам по этому патенту кто-то выплачивал отчисления?

— Нет, ничего я не добился. В России я просто плюнул и занимался другими делами.

— А ваш партнёр?

— Мой партнёр занимался финансовыми делами. Познакомились ровно три года назад. Он сказал: «Вот, сиди, работай. Что-то я буду изобретать, что-то вместе, что-то ты один, а я буду обеспечивать жизнь».

— Но какие-то из этих изобретений принесли вам доход?

— Пока нет, ни одно. Потому что, в принципе, я снова занялся этим только последние три года.

— И иск против Sony — это первый случай, когда вы подали в суд и пытаетесь добиться чего-либо?

Речь идёт о патенте №2402862, описывающем устройство под названием «Преобразователь переменного тока», который Игорь Захаров и Виталий Пилкин получили в 2010 году.

— У Виталия [Пилкина] есть случай такой — с General Electric по большому проекту. Там изобретатель не я, а другой. Изобретение связано с батареями, которые поставляются для General Electric и попадают под его патент.

— То есть он сотрудничает с несколькими изобретателями?

— Нет, у него я только и Игорь [Захаров]. Но с Игорем он только по одному проекту работает — по General Electric.

— Что натолкнуло вас на идею, описанную в патенте, который предположительно нарушила компания Sony?

— Знаете как, я просто пишу, и пишу, и пишу. Я пишу днями и ночами.

— То есть у вас много идей, и вы их просто записываете?

Реклама на Компьютерре

— Я ещё десять человек могу обеспечить писаниной.

— Получается, что ваши идеи появляются не в результате каких-то разработок?

— У меня в патентах даже чертежи редко бывают, потому что их долго делать. Я просто пишу патенты.

— То есть чистые идеи без разработки самих технологий, которые необходимы для их реализации?

— А зачем они нужны? Понимаете, изобретатель — это не тот, кто разбирается в технологиях, по большому счёту. Если вы посмотрите на изобретения, то все они сделаны людьми, которые даже мало смыслят. Ну я… у меня, конечно, высшее академическое образование — финансы и кредит, Плеханова. Такое мышление у меня: я вижу предмет и представляю его уже как бы изготовленным и даже покоцанным, хотя его даже в природе нет.

— Вы никогда не пытались реализовать какое-то из своих изобретений на практике?

— Вот три года мы работаем, но изобретения пошли только в прошлом году, потому что они так долго патентуются. От заявки и до получения патента – минимум два года.

— Мой вопрос вот о чём: вы планируете только судиться с другими компаниями? Или попытаетесь как-то реализовать свои изобретения на практике? Например, продадите идею кому-то, кто может это сделать, или даже создадите для этого собственную компанию.

— Понимаете, если так говорить, то, конечно, на микрофон я скажу, что мы хотим сами все производить, потому что сказать по-другому на микрофон нельзя.

— Но в реальности — нет?

— Понимаете, вы же не требуете от композитора, чтобы он пел свои песни? Вот меня удивляет понятие «патентный тролль». Ведь никто же не говорит, что композитор занимается троллингом, когда имеет долю с гонорара певца. Просто композитор пишет музыку, и от него большего и не требуют, если он плохо поёт. Меладзе, например, пишет хорошую музыку, и от него больше ничего не требуется. Он же не занимается троллингом.

— Тут есть разница. Если композитор не напишет песню, то певец её и не споёт, потому что песни нет. С изобретениями иначе, поскольку одну и ту же идею могут придумать разные люди совершенно независимо друг от друга.

— Кто мешает? Пожалуйста! Пусть кто-то вперёд напишет его хит. Это нормально, ничего страшного в этом нет. Понимаете, наверное, понятие «патентный троллинг» ввели для того, чтобы иметь возможность опустить изобретателей в глазах людей. Ну изобретайте, делайте. Почему я один могу за три года написать тридцать проектов и ещё два авторских права по тысяче страниц, а вы — такие большие компании и не можете сделать то же самое? Значит, я умнее вас. Значит, я должен получать за это деньги.

— Вы не считаете, что патентный троллинг — это неэтично, правильно я понимаю?

— Я не считаю себя троллем по определению. Я – изобретатель. Понятие «патентный троллинг» пошло только последние лет десять. А патентуют уже сколько? Лет двести.

Пишут, что ещё в 2007 году Microsoft делал нечто похожее на ваше изобретение, из-за которого вы судитесь с Sony. Вы же знаете, читали?

— Читал, конечно. Но что значит «похожее»? Должны соблюдаться все пункты формулы. А чем патенты отличаются? Ведь любой юрист смотрит как? Дословно каждый пункт. Есть все пункты формулы, вся формула в этом изделии или нет, одно из двух.

— И изобретение Microsoft отличается от вашего?

— Конечно. У Microsoft — двухсторонний сенсорный дисплей. Там нет дисплея с одной стороны или с другой стороны, джойстика или управления такого — нет. Там стоит двухсторонний сенсорный дисплей. Это совсем другое.

— Как вы себе представляете идеальный исход судебного процесса против Sony? Вы хотите добиться, чтобы они прекратили продавать PlayStation Vita в России, или чтобы они заплатили вам, или ещё что-то?

— Ну знаете как: у нас же заявка PCT есть. Мы подадим это изобретение во всём мире. У нас ещё есть срок. И у нас есть на это деньги. Понимаете, мы пока получили российский патент. Мы сейчас переходим на нацфазу в других государствах. Мы везде будем это делать, во всех государствах, где нам нужно и где хотим.