Искусственный интеллект в креативных индустриях выходит за рамки инструмента, меняя сами представления об авторстве, ценности идей и роли человека в творческом процессе. Для одних ИИ — способ ускорить производство и снизить порог входа, для других — вызов уникальности, смыслам и профессиональной идентичности.
Мы поговорили с экспертами и выяснили, в каких областях ИИ уже стал рабочим стандартом, где по-прежнему остается вспомогательным инструментом и почему вопрос «соавтор или инструмент» сегодня так актуален.
В чем ИИ наиболее преуспевает, а в чем — нет
Искусственный интеллект уже занял прочное место в ряде креативных практик, где важны скорость, масштаб и вариативность производства. Эксперты сходятся во мнении, что в отдельных сегментах ИИ перестал быть экспериментом и стал базовым рабочим инструментом, однако его роль заметно различается в зависимости от характера творческой задачи.
Лидия Рой, директор Центра креативной экономики Московской школы управления СКОЛКОВО, председатель Совета ТПП РФ по креативным индустриям, отмечает: «Сегодня выделяют пять сфер, где влияние ИИ особенно заметно: генерация текстов, визуального контента, музыки, видео, а также создание цифровых персонажей и моделей для социальных сетей. В этих областях нейросети уже прочно встроены в производственные процессы: они ускоряют работу, снижают стоимость экспериментов и позволяют выпускать больше контента без пропорционального увеличения команды».
Говоря о преимуществах ИИ, основатель компании WMT AI и WMT Group Игорь Никитин подчеркивает: «ИИ усиливает скорость и масштаб работы: он позволяет создавать десятки вариантов за секунды вместо часов. Он помогает преодолеть эффект “белого листа”, предлагая вдохновение по запросу, и берет на себя автоматизацию рутины — от генерации текстур и 3D-моделей до адаптации контента под разные форматы».
Однако ИИ настолько эффективен далеко не во всех сферах. «В то же время в областях, где ключевую роль играют авторская интонация, драматургия, культурная рефлексия и ответственность за смысл — например, в сценарном мастерстве, режиссуре, архитектуре или сложных концептуальных проектах, — ИИ чаще остается вспомогательным инструментом. Он помогает на этапе черновиков и поиска решений, но не заменяет ключевых творческих решений», — считает Лидия Рой.
Схожей позиции придерживается и Юрий Тюрин, технический директор MD Audit (SL Soft FabricaONE.AI, ГК Softline): «ИИ способен заменить часть рутинных задач в творчестве, но одновременно открывает новые жанры, такие как интерактивное искусство, персонализированную музыку, генеративный дизайн. В то же время он не испытывает эмоции, а значит, не может по-настоящему чувствовать боль, радость или вдохновение. Его “эмпатия” — это статистическая модель, а не опыт».
«Человеческое творчество основано на проживании, которое нельзя смоделировать, — продолжает рассуждение эксперт. — Поэтому за человеком останется способность к интуиции, самоиронии, метафоре и неожиданному смыслу. Возможно, алгоритмы научатся копировать форму эмоций, но не их источник — личную историю и переживание».
«ИИ — это усилитель таланта, а не его замена. Он делает хороших креаторов великими, но не превращает бездарность в гения».
Игорь Никитин, основатель компании WMT AI и WMT Group
ИИ — соавтор или инструмент?
По мере усложнения генеративных систем все чаще возникает вопрос о границах авторства и степени участия ИИ в создании смысла. Эксперты в целом признают трансформацию привычной модели творчества, но по-разному оценивают момент, в котором ИИ перестает быть инструментом и начинает восприниматься как соавтор.
Например, Елена Орлова, президент фонда «Наука. Искусство. Технологии», уверена: «Искусственный интеллект пока не обладает собственным намерением, опытом или позицией, а значит, его способность на настоящее творчество в человеческом понимании пока преувеличена. Поэтому сегодня его стоит рассматривать не как замену, а как партнера — инструмент, который расширяет возможности человека».
Однако не всегда ИИ остается инструментом. Мария Райдер, издатель, писатель, автор книг «Как подружиться с ChatGPT», «Нейросети для пишущих», отмечает: «ИИ может предлагать варианты, которых человек изначально не задумывал, оперирует неопределенностью и вероятностями, а иногда даже влияет на само направление мысли, а не только на то, как эта мысль будет выражена. Но на самом деле решающим здесь оказывается не “умность” системы, а то, кто сохраняет контроль над замыслом».
«Соавторство начинается тогда, когда система сама формирует смысловой вектор, когда человек уже не может воспроизвести или объяснить логику принятого решения, и когда вклад ИИ становится неотделим от самой концепции, а не просто от ее исполнения».
Мария Райдер, издатель, писатель, автор книг «Как подружиться с ChatGPT», «Нейросети для пишущих»
«Само понятие авторства, безусловно, меняется с приходом ИИ, но не на пустом месте. Ведь и до этого автор не всегда был абсолютным первоисточником — заимствования, реплики и откровенно вторичное искусство существовали всегда, — рассуждает Марина Надеева, совладелец арттех-компании ArtCollecting. — ИИ сделал подражание технически доступным».
«Главное изменение в другом. Замысел произведения и его техническое воплощение ранее были сосредоточены в руках одного автора. Теперь роли часто разделяются: ИИ становится мощным инструментом генерации, а человек — режиссером, который ставит задачу, делает осознанный отбор и наделяет результат смыслом. Авторская роль трансформируется: на смену фигуре мастера-исполнителя приходит фигура управленца, который курирует процесс и формулирует творческое задание», — заключает Марина Надеева.
«С ростом роли ИИ ключевые навыки креативного профессионала смещаются от исполнения к управлению процессом и смыслом. Продюсер будущего перестает быть просто координатором исполнителей: его главная задача управлять комплексными проектами, видеть целостную картину и понимать аудиторию. Продюсер становится проводником между технологией и творческим замыслом, обеспечивая, чтобы идеи и концепции воплощались в продукты, которые действительно находят отклик у людей».
Лидия Рой, директор Центра креативной экономики Московской школы управления СКОЛКОВО, председатель Совета ТПП РФ по креативным индустриям
Влияние ИИ на рынок креативных индустрий
Внедрение ИИ меняет не только способы создания контента, но и экономику креативных индустрий в целом. Участники рынка отмечают рост доступности производства для одиночек и малых команд, одновременно фиксируя усиление позиций крупных игроков и перераспределение конкурентных преимуществ.
Лидия Рой ссылается на аналитические данные: «Центр креативной экономики Московской школы управления СКОЛКОВО проводил исследование “Экономика впечатлений в координатах виртуальных миров”. Оно показало, что в сегменте метавселенных малые команды могут конкурировать, создавая уникальные нишевые продукты и интерактивный контент. Однако на уровне массовых платформ и глобального охвата крупные игроки сохраняют значительное преимущество, что формирует двухуровневую конкуренцию».
Тенденцию к двухуровневости рынка отмечает и Сергей Страхов, создатель нейро-видеопродакшена «Нейробро»: «ИИ отлично усиливает скорость, вариативность и возможности одиночек и малых команд — сегодня один человек может делать проекты уровня небольшой студии. Вход в креатив стал доступнее, но крупные игроки с доступом к данным и моделям усиливаются быстрее. Рынок расширяется снизу и уплотняется наверху».
«Рынок может пойти по уже знакомому сценарию: на уровне производства — широкая доступность, почти все могут что-то делать, но на уровне влияния и дистрибуции — усиление позиций крупных экосистем. ИИ не отменяет экономику внимания, он лишь ускоряет ее. Побеждают не те, кто просто умеет нажимать кнопки или генерировать изображения, а те, кто управляет смыслами, строит отношения с аудиториями и контролирует каналы распространения».
Мария Райдер, издатель, писатель, автор книг «Как подружиться с ChatGPT», «Нейросети для пишущих»
Крупным компаниям ИИ позволяет перераспределять бюджет на создание продукта. Лидия Рой отмечает: «Если рассматривать на примере производства кинопродукта, ИИ используется для генерации сценариев и идей, анализа аудитории и прогнозирования успеха фильма, а также на этапах анимации, моделирования, постпродакшена, озвучивания и дубляжа. Это снижает бюджеты, ускоряет производство и позволяет студиям выпускать больше контента с меньшими рисками, смещая фокус с разовых дорогостоящих проектов к более гибкой и масштабируемой модели».
При этом доступность входа в креативную индустрию с помощью ИИ приводит не только к появлению ярких стартапов, но и к огромному количеству однотипного контента. Марина Надеева, совладелец арттех-компании ArtCollecting, поделилась опытом: «Представьте себя на моем месте. Вы проводите опен-колл и получаете 1000 сообщений от художников. 500 из них используют Midjourney, а вам предлагают организовать сбыт. Перед вами тысячи однообразных изображений. Ваш глаз замыливается, и вы превращаетесь в консерватора, ищете способы, чтобы весь этот поток отфильтровать».
Риск однородности и маркировка ИИ-контента
Широкое распространение генеративных моделей обострило дискуссию о визуальной и смысловой однородности контента, а также о необходимости его маркировки. В этом вопросе мнения экспертов заметно расходятся: от акцента на прозрачность и защиту аудитории до убежденности, что для пользователя первичны качество и ценность результата, а не способ его создания.
Директор Центра креативной экономики Московской школы управления СКОЛКОВО и председатель Совета ТПП РФ по креативным индустриям Лидия Рой предупреждает: «Риск усреднения действительно существует, особенно при использовании одних и тех же моделей и шаблонных запросов. В таких случаях ИИ воспроизводит визуальные и смысловые клише».
«Однако сам по себе ИИ не уничтожает оригинальность, — добавляет эксперт. — В руках сильного автора ИИ становится инструментом переосмысления и актуализации культурных кодов, позволяя переводить локальные традиции на современный и глобально понятный язык. Поэтому вопрос не в самой технологии, а в культурной компетентности и ответственности человека, который ею управляет».
Обязательная маркировка ИИ-контента сейчас не требуется. Авторское право зависит от платформы, и если сервис передает права пользователю, контент можно свободно коммерциализировать. Однако насколько это этично и социально приемлемо?
Мария Райдер отмечает: «Маркировка ИИ-контента — это, прежде всего, вопрос доверия и контекста. Она действительно важна тогда, когда продукт претендует на экспертность, когда для аудитории принципиальна прозрачность процесса создания или когда участие ИИ может повлиять на то, чего люди от этого продукта ждут. Но важно помнить: ИИ — это инструмент производства, а не мера ценности самого результата».
Алексей Нечаев, основатель ИИ-поиска «Жижи», придерживается позиции о ненужности подобной маркировки: «Не вижу необходимости в обязательной маркировке креативных продуктов, созданных с участием ИИ. Для конечного пользователя важен сам продукт — его качество, эмоциональное воздействие и польза. В современных чартах встречается множество песен, сгенерированных или дополненных ИИ, и их популярность определяется не фактом участия ИИ, а реальным интересом и прослушиванием аудитории».
Но не все согласны с такой точкой зрения. Игорь Никитин, основатель компании WMT AI и WMT Group, считает иначе: «ИИ-контент должен быть маркирован. Люди имеют право знать, создан ли контент человеком. Нужно защитить пользователей от дезинформации: дипфейков, фейковых новостей и манипуляций».
«Вероятно, в будущем появятся отдельные лицензии на обучение моделей, а также механизмы цифровой атрибуции, позволяющие фиксировать вклад исходных авторов. Но при любом сценарии ИИ не может выступать правообладателем: у него нет ни сознания, ни намерения, ни творческой воли — тех элементов, без которых авторство невозможно».
Юрий Тюрин, технический директор MD Audit (SL Soft FabricaONE.AI, ГК Softline)
Резюме
Разговор об ИИ в креативных индустриях постепенно смещается к трезвой и многослойной оценке. Эксперты сходятся во мнении, что ИИ действительно усиливает скорость, масштаб и доступность творчества, берет на себя рутинные операции и расширяет пространство эксперимента. Однако там, где на первый план выходят смысл, интонация, культурный контекст и ответственность за высказывание, ключевая роль по-прежнему остается за человеком.
При этом меняется сама архитектура творческого процесса. Автор все чаще выступает не исполнителем, а режиссером и продюсером: он формулирует замысел, управляет инструментами, отбирает и интерпретирует результат. В этом смысле ИИ не столько отменяет авторство, сколько трансформирует его, разделяя функции между генерацией и осмыслением. Выигрывают те, кто умеет работать с технологиями осознанно и удерживать контроль над смысловым вектором.
Влияние ИИ на рынок креативных индустрий также неоднозначно. С одной стороны, он снижает барьеры входа и дает шанс малым командам и одиночкам конкурировать на новом уровне. С другой — усиливает экономику внимания, обостряет проблему однородности контента и поднимает вопросы прозрачности, доверия и этики. В итоге ИИ становится инструментом, ценность которого определяется не мощностью алгоритмов, а компетентностью и ответственностью человека, который ими пользуется.