В начале нулевых и середине 2010-х русские сказки в видеоиграх казались нишевой экзотикой — чем-то из разряда редких экспериментов для узкой аудитории или фестивалей. Спустя десять лет фольклорные мотивы стали одним из самых заметных трендов отечественного геймдева: от камерных хорроров до масштабных исторических экшенов. Мы разобрались, почему разработчики возвращаются к былинам, мифам о Бабе-яге и лешим, как на это реагирует аудитория и кто в итоге выигрывает от «сказочного поворота» индустрии.
Фольклор стал основой для российских игр
За последние годы на российском рынке вышло сразу несколько игр, напрямую работающих с фольклором и мифологией. «Черная книга» студии Morteshka пересобрала коми-пермяцкие легенды в формате карточной видеоигры и стала одной из самых узнаваемых российских инди-игр за рубежом. Selfloss от Goodwin Games предложила меланхоличное путешествие по миру северных легенд. А еще привлекла внимание игроков и прессы пугающая Indika от Odd Meter, которая рассказывает историю молодой монахини, путешествующей в компании дьявола.
На подходе есть и другие амбициозные проекты: «Сокрытая душа», где по сюжету главным героем станет Кощей Бессмертный, Исток — фэнтезийная вселенная, основанная на славянских мифах и сказках, а также «Киберслав: Затмение» от Game Art Pioneers про альтернативную Древнюю Русь. Параллельно появляются гибридные форматы — от славянского Diablo до сказочных souls-like-экшенов. Во всех этих играх фольклор выступает не второстепенным декоративным элементом, а основой мира и сюжета.
Интерес к национальным сюжетам совпал сразу с несколькими процессами: изменением экспортных ориентиров, ростом роли господдержки и поиском новой идентичности внутри индустрии. Но действительно ли фольклор — это осознанный творческий выбор, а не вынужденный компромисс? И помогает ли он зарабатывать и находить аудиторию, или работает только внутри страны? С этих вопросов и начнем разговор о том, почему отечественный геймдев все чаще заглядывает в старые сказки.
Почему разработчики ищут вдохновение в русских сказках?
Российская игровая индустрия все активнее черпает вдохновение в национальном фольклоре: сказках, былинах и богатой истории страны. Этот тренд объясняют несколькими причинами. С одной стороны, аудитория показала, что ей нравится отечественный фольклор. По результатам опроса, 65% игроков заявили, что игры с фольклорными мотивами им особенно интересны. Также большинство респондентов отмечают ностальгию по детским сказкам (82%) и знакомым героям (51%). Для любителей игр это стало новым опытом: самобытная атмосфера, как в сказке, привлекает внимание на фоне стандартных западных сюжетов.
С другой стороны, инди-разработчикам российский фольклор и сказки дают преимущество на старте. По словам Михаила Пименова, директора по развитию направления игровой индустрии университета «Синергия», проекты с национальными сюжетами легче получают государственную поддержку и инвестиции.
Кроме того, в мировом масштабе русские былины и народные мотивы воспринимаются как редкая экзотика. Успех «Ведьмака 3», Mount & Blade и Kingdom Come: Deliverance показывает, что локальный сеттинг может быть востребован в мире. Такая необычность позволяет российским студиям обратить на себя больше внимания как внутри страны, так и за рубежом.
Господдержка и инвестиции
Государство и фонды тоже заметили народный сеттинг. Помимо ежегодных конкурсов национального контента, которые поддержали десятки проектов, в том числе с историческими и фольклорными сюжетами, Институт развития интернета (ИРИ) выделяет значительные средства на создание игрового и видеоконтента. С 2022 по 2025 годы игровые проекты получили поддержку на 5,2 млрд. рублей: 31 проект уже вышел, 17 находятся в работе. Среди игр есть и «Гардарики» на тему Древней Руси, и «Кындыкан» про традиции народов Севера, и «Царевна», основанная на славянской мифологии и сказках А.С. Пушкина.
Профильные студии не скрывают, что национальные сюжеты дают не только государственные гранты, налоговые льготы ИТ-отрасли, но и особые преимущества для экспорта ПО. В пресс-службе «Сайберия Нова» (создатели «Смуты» и «Земского собора») отмечают, что опираясь на российскую культуру, можно сделать много интересных проектов, так как в каждом регионе есть свои события и персонажи, которые могут привлечь потенциальную аудиторию.
Выпущенные при поддержке ИРИ игры скачали уже порядка 6,7 млн раз – среди них упомянутый «Земский собор», тактическая RPG «Сатурн», пошаговая стратегия «Спарта 2035» и другие. Российские игры востребованы наравне с западными проектами.
Творческий поиск и жанровые эксперименты
С художественной точки зрения славянские мотивы позволяют авторам играть с контрастом. Так, в студии Game Art Pioneers, создающей киберпанк-RPG «Киберслав: Затмение», отмечают, что смешение олдскульного фольклора с неоном и технологичной архитектурой дает свежие ощущения игрокам. Глеб Кадомцев, директор по развитию студии Game Art Pioneers, поясняет, что такой мир кажется новым, но узнаваемым, поэтому разработчикам выгодно адаптировать классический киберпанк для любителей необычных сочетаний.
Однако, разработчики жалуются, что готовых моделей объектов (ассетов) в русской тематике почти нет. Все – от 3D-моделей и визуального дизайна до музыки и скриптов – приходится разрабатывать с нуля.
При этом есть и плюсы: эпоха Древней Руси и народные сюжеты мало затронуты массовой культурой – авторы редко сталкиваются с придирчивыми историками, которые требуют точности. Главное – создать узнаваемые образы и живую историю.
Необычное лучше продается
По словам Михаила Пименова, иностранцам непривычно видеть русскую сказку в игре, поэтому такие проекты легче продаются за рубежом. Как рассказывает эксперт, в таком формате проще понять концепцию игры и ее целевую аудиторию.
Остается главный вопрос: на сколько последовательно ИРИ будет следовать стратегическим задачам – продвижению культуры и коммерческому успеху? В планах фонда заложены миллиарды рублей, так что перспективы фольклорных игр стоит внимательно отслеживать.
ИРИ в ответе
Чтобы понять, является ли «сказочный поворот» в российском геймдеве следствием реального культурного интереса или во многом продуктом системы грантов, «Компьютерра» направили запрос в Институт развития интернета. На него ответил Андрей Воронков, заместитель генерального директора АНО «ИРИ».
Эксперт подчеркивает, что ИРИ не устанавливает жестких требований к сеттингу. По словам Воронкова, ключевым фактором остается не жанр и не культурная основа проекта. Фольклор сам по себе не является пропуском к финансированию, но может стать контекстом, если проект решает задачи, значимые для организации.
«Главное, чтобы проекты по смыслу соответствовали тематическим линиям, имели четкие ценностные ориентиры, которые будут донесены до аудитории. Если при этом качество проекта на должном уровне, посыл органично вплетен в сеттинг и имеет синергию с игровыми механиками – то такой проект можно назвать приоритетным».
Андрей Воронков, заместитель генерального директора АНО «ИРИ»
При этом фольклорные и фэнтезийные проекты занимают заметную долю среди заявок. По статистике конкурса национального контента за 2024–2025 годы, такие игры составили около 20% среди допущенных до конкурса заявок в направлении «Программные продукты». В 2025 году доля снизилась до 16%. Среди победителей доля выше: в 2024 году — 30% (3 из 10 победителей), в 2025 году — 26% (4 из 15). В ИРИ уточняют, что в эту категорию входят не только игры, напрямую работающие с мифами и сказками, но и фэнтезийные проекты, а также тайтлы, основанные на мультипликационных франшизах.
Отдельно в организации обозначили позицию по зарубежному рынку. По словам Воронкова, подобные проекты пользуются спросом, и в качестве примера он приводит успех игры «Былина» на игровой выставке в Японии. Однако ИРИ не может поддержать дистрибуцию на международный рынок и ориентируется исключительно на российский сегмент. При этом организация не ограничивает разработчиков в выходе на зарубежные площадки и поддерживает, если студия хочет расширять аудиторию.
Сказка не кончается
Русский фольклор в играх перестал быть случайной стилизацией и превратился в устойчивый производственный и культурный ресурс. Для одних студий это способ выделиться на глобальном рынке за счет непривычного сеттинга, для других — понятная история для отечественной аудитории. При этом сами проекты показывают, что такой подход работает прежде всего там, где за внешней формой стоит внятная механика, сценарий и авторская позиция.
Поддержка ИРИ и других институтов действительно ускорила появление таких игр, но при этом поднимает вопрос о жизнеспособности фольклора без поддержки государства. Ответ на него, как и раньше, будут давать не заявки и концепты, а сами игры и реакции игроков.