В обыденном сознании существуют некоторые крайне устойчивые мифы. Ну, например, о том, что Австралия, страна занимающая целый континент, обладает нетронутой природой, позволяющей ей счастливо сочетать благосостояние Первого мира с буколикой традиционных обществ. Нет, ну небо там – если забраться подальше от городов – очень красиво. Южный Крест, Магеллановы облака, Угольный мешок. Да и доходы, хоть большей частью извлекаются из экспорта сырья, сохраняются на высоком уровне несмотря на конец сырьевого суперцикла – если в 2014 году они составляли $61 062 на душу населения, то в этом году МВФ прогнозирует сползание до $49 144.

Это, конечно, не рост, но жить можно… Падение есть, но не такое, как в стране родимых осин, где ВВП на душу населения в номинале обрушился с $14468 в 2013 году до $8058, прогнозируемых на текущий год. У одних падение на 20%, а у других на целых 44%. И это – несмотря на героические усилия и финансовых регуляторов, и чиновничества всех уровней по спасению экономики… А что без них было бы – страшно подумать! Но да ладно, вернемся к Австралии, и к обыденному представлению о ней, как о «Зеленом континенте», где по эвкалиптам ползают коалы, между деревьями скачут кенгуру, а по бескрайним пастбищам бродят стада тучных овец.

На самом деле – Австралия наименее плодородный континент из всех прочих (ну, не считая Антарктиду…). Питательные вещества из австралийских почв вымыты дождями за миллиарды лет (что, с другой стороны, обеспечивает удобный доступ к горным богатствам древних пород – они там и по четыре миллиарда лет встречаются). А вот вулканов, извержения которых пополняют плодородие почвы, авс тралийцам не досталось. И вот такой расклад привел к очень и очень забавным последствиям.

Те былые леса, которые увидели первые переселенцы из Европы, имели уникальную особенность. Большинство питательных веществ содержалось не в почве, на которой они взрастали, а в самих неспешно поднимавшихся к небу деревьях. Потом ствол должен был упасть. Вернуть свои накопления следующему поколению лесов. Но если он рубился и вывозился, то возвращения этого не происходило. И. соответственно, лесное хозяйство Австралии понемногу сходило на нет. Голубые эвкалипты Тасмании сегодня на мировой рынок чаще поставляются с лесонасаждений в других странах.

Ну а австралийцы предпочли скучиться в городах, в пяти мегаполисах еще в конце прошлого века обитало 58% населения. Пока что они производят больше продуктов питания, чем потребляют, но крупный специалист в области экологии и влияния человека на человеческую среду Джаред Даймонд в своей книге «Коллапс: Почему одни общества выживают, а другие умирают» приводит многочисленные примеры процессов, губительных для природной среды Австралии, и подытоживает их оценкой, что оптимальным для Зеленого континента будет население в восемь миллионов человек.

Реклама на Компьютерре

Восемь миллионов – по человеку на квадратный километр. А сейчас там живет втрое больше, и в страну идет мощный миграционный поток. Нет нужды повторять аргументы Даймонда, обсуждать, правы или нет сторонники этой точки зрения – «Коллапс», безусловно, заслуживает внимательного прочтения. Отметим лишь, что у австралийца Грега Игана в его твердых НФ-романах темы глобальных катастроф различных масштабов, от регионально-экологических, до общевселенских, проходят красной нитью – среда, что ли, сказывается… Несмотря на высокий доход на душу!

А вот теперь обратимся к другому государству, точнее – к мифу о нем. Страна Восходящего Солнца представляется необычайно богатой. Богатой, благодаря труду своих обитателей, а не использованию природных ресурсов. Так ли это? Опять-таки обращаемся к статистике, и что же мы видим? Оказывается Япония стоит в списке между Израилем и Италией, ожидая на этот год $34 870 на душу населения, причем доход этот падал с $36 156 в 2014 году до $32 485 в 2015… Апокалипсические прогнозы девяностых – читайте тогдашних Майкла Крайтона и Тома Клэнси – что ниппонцы скупят всю Америку обернулись пшиком. В минувшем году самурай имел лишь 58% от доходов янки!

Ну а теперь перейдем к следующей части мифа – к обыденному представлению о Японии, как стране сплошь урбанизированной, где среди бетона расположены немногочисленные рисовые поля да немногочисленные деревца сакуры, специально предназначенной для весеннего любования. Но в реальности, несмотря на сверхвысокую плотность населения Японских островов, четыре пятых Страны Восходящего Солнца представляют собой малонаселенные горы, густо покрытые лесами. И самое смешное, что леса эти – искусственные.

Рукотворное наследство сегунов.
Рукотворное наследство сегунов.

После централизации страны в начале семнадцатого под властью Токугавы Иэясу и сегунов из его потомков рост населения и его благосостояния вызвал сведение лесов, шедших на строительство в качестве конструкционного материала, так и на топливо. Да такое, что к последней трети семнадцатого века полномасштабно проявилось обезлесение и эрозия почв. Так что сегуны были вынуждены обязать феодалов поменьше принять строжайшие меры к охране и восстановлению лесов. Меры, которые можно сопоставить с нашими массовыми насаждениями лесозащитных полос в середине прошлого века.

И вот благодаря этим мерам Япония вышла из состояния грозящей ей экологической катастрофой. Восстановила свои леса, установила баланс между производством и потреблением древесины. Ну а для своих нужд Япония покупает древесину в Австралии. В Австралии, где три четверти лесов, существовавших до прихода европейцев, уже сведены. Покупает, несмотря на то, что средний японец беднее среднего австралийца. Вот разница между людьми, укорененными в своей стране, и теми, кого выгоняли на берег Ботани-бей из трюмов британских тюремных кораблей.

И к проблеме продовольственной безопасности японцы относятся с той же взвешенностью и разумностью, что и к своему лесному хозяйству. А в сельском хозяйстве Японии сейчас наметились проблемы – средний возраст крестьян, трудящихся на рисовых полях, в садах и огородах, составил 67 лет. Ну а молодежь идти на поля как-то не очень хочет, да и молодежи этой в старом японском обществе не так, чтобы очень много. Поэтому министр сельского хозяйства Японии Хироси Морияма выбрал очень оригинальный путь решения проблемы – Japan’s Next Generation of Farmers Could Be Robots.

Ввозить в страну мигрантов мудрые японцы не стали. Пустишь его, мигранта, в свой дом, а он в дворницкой вынашивает кровавые планы пострелять по участникам праздничного шествия… Поэтому ставка была сделана на роботов и на автономные тракторы. Четыре миллиарда иен, примерно 36 миллионов долларов, выделяется на программы замены выходящих на пенсию крестьян роботами. Пора для этого настала, 420 000 гектаров сельхозугодий в Японии уже заброшено, а две трети японских крестьян пребывает в возрасте старше 65 лет. Очень мудрый и правильный подход!