Предположим (опять только предположим), что главным открытием двадцать первого века окажется разгадка влияния гравитации на жизнь человека. На земле наш век семьдесят лет, в благоприятных случаях – восемьдесят. А вот если создать соответствующие условия на Луне, где сила притяжения вшестеро меньше, то человек проживет лет пятьсот, из них четыреста девяносто – в здравом уме, трезвой памяти и физически вполне адекватный окружающим условиям.

И даже если человека в шестьдесят пять лет переселить на Луну – лет двести он будет жить бодро и весело.

Заманчиво, что ни скажи. Ненаучная гипотеза? Стоит принять соответствующее решение, и она станет научной, уж поверьте человеку, изучавшему научный атеизм и материалы сессии ВАСХНИЛ одна тысяча девятьсот сорок восьмого года.

С Марсом поменьше – лет триста активного долголетия для новорожденных. Малые планеты вроде Цереры или Юноны тоже годятся, хотя такого комфорта, как Марс или Луна, представить не могут. А планетоиды пояса Койпера или спокойные спутники крупных планет (Ио и ей подобные, понятно, отпадают) лучше оставить про запас.

Узнав об этом открытии, трижды проверив, нет ли какого подвоха, элита правящих классов ведущих держав решила оставить Землю и переселиться на Луну. Не за свой счёт, понятно, а за государственный, поскольку основная функция государства и есть удовлетворение нужд и чаяний активной верхушки правящего класса, в случае золотого миллиарда – как раз миллиардеров. Пятьсот или хотя бы триста лет полноценной жизни – штука стоящая, а комфорт будет такой, какой закажем.

Сразу выяснилось, что миллиарда Луна не вместит, да и не нужно это. Миллионов пять-шесть, и довольно. Разумеется, налогоплательщикам об этом говорить не стали, напротив, наобещали восемь бочек счастья: хосписы для престарелых, голубые города (в смысле песни Петрова на слова Кушнера), освоение целины, Комсомольск-на-Каллисто и тому подобное. Подняли налоги, снизили расходы на оборонные, социальные и прочие нужды – во имя светлого будущего. Выплаты пособий безработным, ситуационным или принципиальным, прекратили. Хочешь есть – иди в работный дом (ферму, шахту). Вернули в УК и каторгу, и гильотину, и Остров Проклятых – чего не сделаешь ради освоения Космоса. Без специального разрешения нельзя было поменять ни места жительства, ни места работы (подчеркиваю – речь идёт о странах золотого миллиарда). Ввели космические займы: прожиточный минимум трудящийся получал деньгами, а что сверх того – Космическими Бонами ООН. Конструкторов, изобретателей и прочий полезный люд перевели на интенсивный (чтобы не сказать казарменный) режим. Быстро появились и новые двигатели, с которыми масса выводимого на геостационарную орбиту космического корабля стала составлять девяносто процентов от стартового веса, и новые материалы. Лунные поселения быстро достигли суммарного миллиона.

Разумеется, в строители поселений отбирали лучших из лучших. Умных (IQ не менее 120), здоровых, с повышенной уживчивостью, без судимостей, без наследственных болезней – включая проверку и родственников в разумных пределах.

И потихоньку, сегодня одни, завтра другие, люди элиты начали перебираться на Луну.

Лунное гражданство давало многое – помимо упомянутого долголетия, это и передовая медицина, и образование, и работа на острие науки и техники. Получить гражданство было непросто: во-первых, его дали луностоителям, не запятнавшим себя чем-нибудь недостойным. Во-вторых, политической элите высокоразвитых стран (сенатору США гражданство полагалось, а вот Лидеру Малахобарийской Революции – только чин лунного смотрителя с проживанием на Земле). Миллиардерам и мультимиллионерам, сколотившим состояния в высокотехнологических отраслях промышленности, информатики и тому подобного. Героиновым и нефтяным баронам хода не было (хотя некоторые, кто посмышлёнее, умудрялись купить завод по производству чего-нибудь важного и полезного, и тем получали желанное гражданство). И, наконец, любой житель Земли, добившийся успеха в науках и имеющий IQ от 140 и выше, проверенный тремя независимыми группами экспертов (естественно, за счет претендента) мог получить заветную Лунную Карту.

Многие, не сумевшие преодолеть Лунный Барьер, тем не менее, работали на Луну – подыскивали те самые таланты с IQ от 140 и выше, проводили некоторые торговые операции, приглядывали за земными правительствами (пряник был тот же – билет на Луну). В отличие от Хайнлайна Луна ничего не давала Земле. Луна только брала, точнее, покупала – хотя, если честно, в размерах минимальных. После провозглашения независимости Луны земные космические верфи были ликвидированы, как выполнившие своё предназначение. Земле рекомендовали хранить первозданную естественность: гнушаться генно-модифицированными животными и растениями, побольше заниматься науками гуманитарными, и поменьше – техническими. Не тратиться на космос, а бюджет направить на укрепление границ от нищих и злобных ворогов и т.п.

Впрочем, были и исключения: наиболее талантливые ученики еще со школы готовились по программе «премьер», многие становились профессорами, даже академиками, а лучших из лучших – около пяти тысяч в год – забирали в Космос. Осваивать теперь уже Марс – разумеется, в интересах Земли. Для получения заветного билета хватало уже

IQ выше ста тридцати. И таких было немного.

В общем, по отношению к Земле предпринималась политика обеднения урана. Для подавления конкурирующей фирмы, страны или же целой планеты совсем не обязательно физическое уничтожение большей части населения. Достаточно переманить интеллектуальную элиту и повторять то же регулярно. И – всё. Фирма, страна или планета обречены на застой. Non progredi est regredi. Потихоньку вернётся императорская власть в её римском варианте (читайте «De vita Caesarum», покуда можно), со временем легендой станут не только межзвёздные перелёты, но и лунные экспедиции и даже межконтинентальные авиапутешествия, Америка закроется вместе с Австралией и Антарктидой, а мир станет плоским. И только беспокойные души будут замечать блуждающие огоньки в небе и рассказывать о диковинных полупрозрачных самодвижущихся куклах, которых им довелось встречать под утро на улицах города. Над ними будут потешаться, в лучшем случае называть фантазёрами, в худшем – побивать камнями, и тогда из чувства самосохранения возродятся герметические науки – о Великих Древних, переселившихся на Небо и о пути обретения утраченного знания.