29 ноября 2013 года мой коллега Андрей Васильков рассказал читателям о печальном положении, в котором оказалась компания OCZ Technology Group. Производитель чипов памяти и твердотельных дисков готовился к банкротству и, если повезёт, выкупу активов японской Toshiba.

OCZ повезло: Toshiba активы в декабре выкупила, но банкротства все равно избежать не удалось. За кадром, однако, остались маленькие инвестиционные трагедии, нагруженные мощным назидательным зарядом, о которых и собираюсь рассказать читателям.

Начнём с причин, по которым приказала долго жить некогда культовая калифорнийская компания. Они весьма поучительны сами по себе. Существует ошибочное мнение, что кончина OCZ – это-де отражение общего состояния дел на рынке компьютерной памяти и накопителей (без разницы, каких: что твердотельных, что традиционных – на шпинделе). OCZ – первая ласточка, за ней в обозримом будущем последуют и остальные. Думаю, это глубокое заблуждение, потому что рынок этот ничем не хуже (правда, и не лучше) всех остальных в сфере высоких технологий, а OCZ умерла по причине собственной дурости.

В январе 2011 году OCZ предприняла стратегический маневр, отказавшись от производства модулей оперативной памяти и сделав ставку на диски SSD. Отказ от диверсификации явился грубейшей ошибкой, и вот почему.

На рынке твердотельных накопителей есть только два пахана, которые будут в шоколаде при любом раскладе – Samsung и Micron. Почему? Потому что они производят львиную долю флеш-памяти NAND, которая, в свою очередь, составляет 95% себестоимости конечного продукта (дисков SSD). Всем остальным участникам рынка, которые в подавляющем большинстве являются fabless (то есть не имеют собственных производственных мощностей), приходится из кожи вон лезть, чтобы хоть как-то заработать на жалких остатках (то есть уложиться в те самые 5% затрат).

На чем можно сыграть в столь тяжких условиях? На трёх основных коньках: производительности дисков SSD, репутации бренда и надёжности. Возьмём, к примеру, главного конкурента OCZ из маленьких – Corsair Components из той же Калифорнии (Фремонта). «Флибустьеры» с первых дней застолбили нишу крутых геймеров, предлагая им твердотельные накопители рекордной производительности. Несколько лет рекордных бенчмарков – et voila! – бренд Corsair стал прочно ассоциироваться с best of the best: купленный мною Corsair Force GT уже третий год вызывает восхищение моих домочадцев (перешёл по наследству вместе с Macbook Pro к тёще).

Что сделала OCZ? OCZ занялась безумными вещами – включилась в ценовое противостояние с гигантами рынка (Samsung, SanDisk и т. п.) и, разумеется, слила. Во втором квартале 2013 года доходы компании обрушились с $88,6 до $33,5 млн, и чтобы хоть как-то свести концы с концами, руководство взяло краткосрочную ссуду у Hercules Technology Growth Capital на чудовищных условиях ($30 млн под 15% годовых), заложив все свои активы.

Первый же платёж OSZ по долговым обязательствам задержала, однако после мучительных переговоров с Hercules сумела-таки продлить агонию до июня 2014 года. 4 ноября после очередного жуткого квартального отчёта акции OSZ обвалились за день на 40%. Hercules потребовала проведения срочной финансовой ревизии, из которой выяснилось, что текущие показатели не соответствуют заявленным при заключении долгового соглашения, результатом чего стал арест банковских счетов OCZ (для предотвращения незаконного увода средств на сторону).

27 ноября 2013 года торги обыкновенными акциями OSZ на бирже NASDAQ были остановлены. Публичная жизнь для калифорнийцев закончилась:

209_1

Далее начинается самое интересное. 2 декабря 2013 года OCZ заявляет о продаже всех активов Toshiba за $35 млн. 21 января 2014 года активы OCZ Technology Group были переписаны на баланс новосозданной OCZ Storage Solutions – подразделения Toshiba. Сама же OCZ Technology Group переименовалась в ZCO Liquidating Corporation и занялась чем-то своим, никому не интересным.

Вопрос: что стало с акциями OCZ? Теми самыми, что были сняты с торгов и выведены с NASDAQ? Вы не поверите, но ими продолжают торговать. Правда, не на биржевой площадке, а на так называемых Pink Sheets («розовых листочках») – котировочной системе, принадлежащей компании Pink OTC Markets (оператор «over-the-counter», внебиржевых торгов). Вот как это выглядит:

209_2

Постойте-постойте… А чем же это люди тут торгуют?! Как чем? Бумагами:

209_3

68 с гаком акций в обороте, ежедневный объем торгов 2,25 млн штук, рыночная капитализация – $2,63 млрд!

Последняя цифра – самая фантастическая: какая может быть рыночная капитализация у компании, которая не имеет положительного баланса в принципе?! То есть нет даже номинальной стоимости! Вот цифры из последнего официального баланса OCZ (после которого компания совсем умерла и, надо так полагать, дела её могли только ухудшиться):

Актив (Assets)
Cash & Short Term Investments – $10.5 million
Receivables – $12.7 million
Inventory – $23.4 million
Other Current – $2.5 million
Property & Equipment – $6.9 million
Intangibles – $4 million
Misc Assets – $1.1 million
____________________
Total Assets – $61.9 million

Пассив (Liabilities)

Short Term Debt – $1.9 million
Accounts Payable – $19.7 million
Other Current – $17.1 million
Long Term Debt – $19.6 million
Others – $4.5 million
_____________________
Total Liabilities – $62.8 million

Цифры уже сами по себе скандальные (потому как не сходится актив с пассивом), но дело даже не в этом. Дело в том, что OCZ обанкротилась и все свои активы продала Toshiba за $35 млн. То есть реальное соотношение выглядит так: нужно погасить долги в размере $62,8 млн за счёт того, что только имеется в наличии, – $35 млн, полученных от Toshiba. И как это прикажете сделать?

А никак! Пройдёт процедура банкротства, долги реструктурируют. Что-то вернут, что-то не вернут. По векселям (Accounts Payable), скорее всего, расплатятся, по долгосрочным кредитам (Long Term Debt) – тоже, но никакого поминания обыкновенных акций (Equity) нигде нет и в помине! Акционеров всех кинули. Что, впрочем, никак не связано с OCZ и какими-то особо злыми намерениями: такова общая практика и норма: если бизнес разоряется, то шансов получить хоть какую-то компенсацию у держателей обыкновенных акций нет никаких. У держателей прямого долга (корпоративных облигаций) шансы самые высокие. У держателей привилегированных бумаг – тоже неплохие: им что-то достанется либо после ликвидации и распродажи активов, либо как-то иначе (в данном примере – через инвестиции «мамки», Toshiba). Но те, кто сидит на обыкновенных акциях, гарантированно в пролёте.

И что же получается? Обратите внимание: они же не просто сидят у разбитого корыта, но ещё и шебуршатся! Перекидывают из рук в руки 2,25 млн акций. Создавая при этом ещё и рыночную капитализацию в размере $2,63 млн! Это как?

Велик соблазн сказать, что перед нами феномен человеческой надежды в дистиллированном виде. Люди, мол, верят в чудо: вдруг кто-то придёт, что-то сделает, как-то выкупит пустые бумажки…

Right? WRONG!!! Нет тут никакого чуда, и нет никакой надежды :-). Это мы с вами расслабились и пришли не по адресу. Просто люди пытаются заработать не на реальной стоимости, а на чистом движении! Эдаком самопроизвольном сокращении мышц у трупа. И поди ж ты, что-то там, небось, выгадывают: какие-то свои крохи :-).