Эдвард Сноуден — мастер убивать надежды. За последние полгода, извлекая из представленных им материалов всё более мрачные факты, западная пресса почти развенчала надежду на то, что простому человеку возможно существовать в Сети, не попадая под правительственный надзор. Но Сеть в известном смысле делает всех нас соучастниками потери собственной приватности — ведь, уже приходя в неё, мы совершаем действие, оставляем информационный след, увидеть который в состоянии каждый, кто не ленится смотреть под ноги.

Иное дело — сотовая связь. Пока мы не говорим, не получаем СМС, мы предполагаем, что невидимы. Теперь Сноуден убил и эту надежду. Вы уже наверняка слышали, что, если верить документам из сноуденовского архива, АНБ отслеживает активность сотен миллионов мобильников. Это открытие ставит несколько вопросов, отвечая на которые западные СМИ уходят в такую депрессию, в какой давно уже не были.

Вопрос первый, конечно, – что именно нашли? И на него ответить проще всего. Факт: ежесуточно АНБ собирает информацию об активности сотен миллионов мобильных телефонов вне территории Соединённых Штатов. Каждые сутки это приносит им примерно пять миллиардов записей, малая часть которых — возможности не беспредельны даже у АНБ! — сохраняется на будущее. Формальная задача в том, чтобы, наблюдая за телефонами известных и интересных Агентству субъектов, выявить их возможных сообщников. Поскольку значительная часть собираемых данных относится к категории метаинформации (уникальные идентификаторы IMEI и IMSI, номера сот, зон, другие подобные «мелочи», передаваемые даже тогда, когда телефон погашен), решается эта задача с привлечением статистики и аппарата Big Data: скажем, одновременное включение нескольких телефонов, перемещение с одинаковой скоростью, пересечения в пространстве-времени позволяют предположить наличие связи между владельцами мобильников. Программно-аппаратной основой служат аналитическая система CO-TRAVELLER и база данных FASCIA.

Кстати, критики АНБ в Штатах с улыбкой отмечают, что даже Барак Обама после свежих «откровений Сноудена» начал сторониться Агентства (не приехал поддержать лично, например) и вообще склоняется к мнению, что руки разведчикам надо бы укоротить.
Кстати, критики АНБ в Штатах с улыбкой отмечают, что даже Барак Обама после свежих «откровений Сноудена» начал сторониться Агентства (не приехал поддержать лично, например) и вообще склоняется к мнению, что руки разведчикам надо бы укоротить.

Вопрос второй — как АНБ получает эту информацию. Насколько понятно из обнародованных документов, речь не идёт о радиоперехвате (хоть с АНБ и сталось бы). Равно как и о слежке в одном только регионе вроде Ближнего Востока. Ситуация выглядит так: минимум в десятке точек, разбросанных по планете, АНБ сумело подключиться к крупным оптоволоконным магистралям, через которые идёт обмен данными между сотовыми операторами. При этом каждая такая точка, в свою очередь, сформирована несколькими десятками более мелких подключений. Известно также, что как минимум некоторые «врезки» реализованы с ведома, по разрешению и при содействии компаний, поддерживающих работу собственно магистралей (названия их, конечно, не раскрываются, они фигурируют в документах АНБ под кодовыми именами).

Поскольку, как и во всех «профессиональных» информационных системах (то есть предназначенных для ограниченного круга лиц), в «мобильном бэкбоне» до сих пор царит доверие всех ко всем (по умолчанию предполагается, что пользователи следуют правилам; подробнее см. «Как взломать самолёт с помощью смартфона»), слив и расшифровка данных сильно облегчаются. Оказались ли под колпаком российские сотовые операторы — вопрос открытый, но можно предположить, что АНБ работает в этом направлении (одновременно там же, у Сноудена, было найдено подтверждение того, что Россия остаётся для АНБ одной из первоочередных целей — и к слежке за нами удалось привлечь, например, спецслужбы Швеции).

Всё это позволяет предположить, что и в других развитых странах — при содействии американских специалистов либо своими силами — процесс надзора реализован схожим образом, и заставляет задаться вопросом номер три: можно ли надзора избежать? «Вашингтон пост», которая обнародовала находку, задала этот вопрос технологу-правозащитнику Крису Согояну (известному агрессивными экспериментами и радикальными взглядами, в частности, на желание крупных компаний отстаивать приватность простого пользователя) и получила простой ответ: уйти из-под опеки Большого Брата можно, только отключившись от всех коммуникаций и спрятавшись в пещере. Почему в пещере? Потому, вероятно, что современному обществу такой человек будет казаться изгоем, даже выродком: общество уже не может существовать без — таких удобных! — цифровых коммуникаций.

Для самих спецслужб, впрочем, тотальная осведомлённость - повод для гордости. Вот, к примеру, какой логотип украшает борт нового американского разведывательного спутника (NROL-39). В литературном переводе на русский подпись гласит: дотянемся до каждого!
Для самих спецслужб, впрочем, тотальная осведомлённость – повод для гордости. Вот, к примеру, какой логотип украшает борт нового американского разведывательного спутника (NROL-39). В литературном переводе на русский подпись гласит: “Дотянемся до каждого!”

В сухом остатке невесёлый вывод, который и жуют сейчас Америка с Европой. «Активные» формы надзора (читай: слежка в Сети, прослушка и т. п.) давно спецслужбами освоены. Но и «пассивный» надзор — при котором достаточно лежащего в кармане телефона, — оказывается, тоже используется на полную катушку. Совсем недавно дискуссия на тему возможности слежки за погашенным или выключенным телефоном была не более чем интересной игрой для ума, а теперь вдруг выясняется, что слежка ведётся – и нам противопоставить ей нечего: технологии шифрования контента, например, никак не затруднят контроль ваших перемещений от соты к соте. Выход остаётся один – и такой, что нравится не всем: бороться в судах, давить на законодателей, искать понимания у внутренних и международных правозащитных организаций. Желаете поучаствовать? EFF, например, собирает подписи под обращением в ООН, требующим признать право на приватность таким же правом человека, как на жизнь и свободу передвижения.

Но всё это слабо помогает от разливающегося в западных СМИ предчувствия шокирующих открытий. Ведь на данный момент обнародованы в лучшем случае несколько процентов сноуденовских материалов (британская The Guardian говорит об 1%, но есть ещё американцы и немцы). Какие ещё страшные вещи там таятся, не знает, вероятно, даже сам Эдвард. Вместе с тем желание услышать его личные комментарии после полугодового непрерывного извлечения холодных фактов так непреодолимо сильно, что, даже не сумев вывезти Эдварда за пределы России на очные слушания, европейцы надеются в ближайшее время таки задать ему вопросы и получить ответы. Планируется, что ещё до конца года Европейский парламент – а точнее, организованная при нём Комиссия по гражданским свободам, юстиции и внутренним делам (LIBE) – привлечёт Сноудена к ведущемуся расследованию массовой слежки за гражданами ЕС. Ему отправят вопросы, он запишет показания на видео, которое потом и прокрутят для парламентариев.

Непонятно, правда, как это соотнесётся с данным Эдвардом обещанием не делать во время пребывания в РФ ничего, что навредило бы Штатам, но ведь и ситуация не успокаивается – напротив, продолжает накаляться. Всё говорит за то, что в будущем году благодаря Сноудену мы получим такие сведения о работе спецслужб, которые заставят утихнуть даже завзятых скептиков — по сей день (уж не с подачи ли самой АНБ и её коллег в других странах, в том числе и в России? Напомните: где получал образование Евгений Касперский?) продолжающих уверять, что ничего нового Сноуден нам не открыл.

В статье использована иллюстрация U.S.Army.