Зачем разлучница-судьба —
Всегда любви помеха?
И почему любовь — раба
Достатка и успеха?

В мае состоялась премьера «Великого Гэтсби», пятая по счёту экранизация романа Фрэнсиса Скотта Фитцджеральда (предыдущие были в 1926, 1949, 1974 и 2000 годах), снятая австралийским режиссёром Базом Лурманном. Зрители знают Лурманна по единственному и очень странному фильму — Moulin Rouge! (2001) с Николь Кидман в главной роли. У австралийца есть ещё несколько полнометражных и с полдюжины короткометражных картин, однако все они совсем неприметны.

Экранизацию База Лурманна можно смело считать успешной — и не только потому, что кассовые сборы получились блестящими (бюджет — $105 млн, продажи на август — уже $145 млн), а потому, что фильм однозначно понравился зрителям, причем независимо от гражданской и национальной принадлежности. Я читал множество восторженных отзывов о «Великом Гэтсби» от американских зрителей, равно как и выслушал страстные похвалы от соотечественников. Сам я фильм посмотрел вчера вечером, и он мне однозначно понравился, поэтому с чистой совестью рекомендую к просмотру всем любителям кино как развлечения. Увы, не более того.

Вообще же это великий парадокс нашего времени, которое позволяет создавать эстетический продукт весьма добротного качества без малейшего намека на глубину. Раньше это было немыслимо: любое художественное произведение, лишенное эстетической мощи и напряжения мысли, выглядело жалко и убого. Сегодня всё спасают технологии. Компьютерная графика, реально неотличимая от реальности, возможности операторской съёмки, которые каких-нибудь 15 лет назад выглядели фантастикой, способны компенсировать любые издержки сюжета, диалогов и даже актёрской игры (хотя с последним — сложнее).

«Великий Гэтсби» База Лурманна — очень высококачественное кино, причём на всех уровнях: монтаж, камера, костюмы, компьютерная графика — на пределе современных возможностей. Игра актёров умопомрачительна, потому как сами актёры гениальны: Леонардо Ди Каприо (в роли Джея Гэтсби), Тоуби Макгуайр (Ник Каррауэй), Джоэл Эджертон (Том Бьюкэнан), Кэри Маллиган (Дэйзи Бьюкэнан) и даже едва мелькнувший в эпизоде Амитабх Баччан (Меер Вольфшайм) бесподобны в каждом своем жесте и реплике.

Вся эта алхимия отливается в два с половиной часа визуального наслаждения, дополненного роскошной звуковой дорожкой. Не случайно soundtrack фильма, изданный на CD, пользуется едва ли не большей популярностью, чем сама картина. Особенно мне бы хотелось выделить молодую певицу, которую однозначно ожидает великое будущее (если, правда, она не сопьётся: в 13-летнем возрасте её уже лечили от серьёзного алкоголизма), — Лану дель Реи, исполняющую в фильме композицию «Young and Beautiful»).

Что же тогда в «Великом Гэтсби» не так? Читатель наверняка догадался, что Старый Голубятник чем-то недоволен, иначе не было бы столько суперлатива (у меня всегда так: начинаю захваливать без меры — будь уверен, дело не чисто 🙂 ).

Я даже не знаю, с чем у фильма больше проблем — со Скоттом Фитцджеральдом или с желанием режиссёра во что бы то ни стало всем понравиться. Наверное, и с тем и с другим. Дело в том, что писатель, которого шаблонно называют «певцом эпохи джаза», являет собой образец житейской трагедии. Свою жизнь Скотт сравнивал с cracked plate, разбитой тарелкой: мучительное и долгое восхождение к славе и борьба за руку и сердце любимой женщины, короткий период ошеломительного успеха, богатства и беспечности, которые сменяются невыносимым горем — любимая жена Зельда начинает тихо сходить с ума и под конец полностью лишается рассудка. Сам Фитцджеральд умер от разрыва сердца в возрасте 44 лет.

Трагедия жизни отпечаталась в каждом слове писателя. Все его романы переполнены такой неизбывной тоской и беспросветной печалью, что они просто не передаются адекватной транскрипцией (скажем, средствами кинематографии) без того, чтобы не разрушить сюжетную канву произведения.

Реклама на Компьютерре

Получается парадоксальная ситуация: если мы хотим адекватно передать дух романа Фитцджеральда (то, что я когда-то, адаптируя в литературоведении теорию Вальтера Беньямина, определил как «ауру художественного произведения»), необходимо жертвовать сюжетом, поскольку этот дух скрывается в слове и языке, которые умирают в сценарном диалоге. В кино правит бал визуальный ряд, а это — сюжет и графика, но никак не слово.

Все без исключения экранизации романов Фитцджеральда хватаются, разумеется, за сюжет (потому что иначе ничего снять, скорее всего, невозможно), в результате писатель умирает, дух его литературы умирает, трагическая напряжённость его мысли умирает, а вместо неё остаётся какая-то плоская пошлость на уровне фольклора.

Что такое «Великий Гэтсби» без подлинной ауры этого романа (которая кроется в художественном языке)? Это невозможная пошлость на ментальном уровне пасторального английского романтизма XVIII века! Того самого Роберта Бёрнса, чьи трогательно-детские стихи я заимствовал для эпиграфа. Богатство и любовь, бедность и любовь, любовь выше богатства, богатство убивает любовь и тому подобная катастрофа для искусства даже уровня начала ХХ века. Не говоря уже про 2013 год.

Это уже не искусство в полном смысле этого слова (а именно искусством были романы Фитцджеральда), это народный лубок. Уровня индийского кино. Или современного Голливуда, который от индийского кино уже не отличается ни на йоту.

Баз Лурманн пошёл, однако, ещё дальше. Своим желанием всем угодить он довел фактуру романа Фитцджеральда до какого-то фантасмагорического абсурда, сначала растворив в бёрнсовском лубке душевный надрыв писателя, а затем прихлопнув остатки иллюзий Фитцджеральда таким политкорректным повидлом, что хочется вешаться. Это я о неграх, которые рассекают по Нью-Йорку на роскошных лимузинах с шампанским под музыку рэпа и исчадье ада Меере Вольфшайме, исполнением роли которого осчастливили индуса Амитабха Баччана.

Что же мы получили в итоге? Хорошее и очень зрелищное кино — об этом я сказал с самого начала. То есть как развлечение «Великий Гэтсби» База Лурманна — превосходен. Но это — если совсем ни о чём не думать. Как только зритель начинает думать (не надо, не надо этого делать!), то выходит швах: гениальные актеры выкладываются без остатка для того, чтобы разыграть на экране совершенно пошлую, не имеющую ни малейшего отношения к жизни commedia dell’arte. Ярмарочный балаган о том, как нищий пройдоха, занимаясь бутлегерством, сколачивает бандитское состояние, но не ради наживы (?), а ради того, чтобы снова завоевать женщину, которую любил пять лет назад и которая давно вышла замуж за другого! Женщина, увы, не соответствует его высоким идеалам, однако в этот момент едва наметившуюся настоящую и глубокую трагедию разрешает плебейка-судьба — роковым и нелепым выстрелом.

Роман Фрэнсиса Скотта Фитцджеральда совершенно не об этом. Он вообще о другом. Зато у База Лурманна ничего, кроме «Зачем разлучница-судьба / Всегда любви помеха? / И почему любовь — раба / Достатка и успеха?», не получается. Народная драма глазами Beyoncé и Jay-Z.

Закончить реплику хочу парадоксом, с которого и начал: «Великий Гэтсби» База Лурманна — замечательное кино, которое смотрится на одном дыхании. Почти так же, как и все остальные современные народные лубки из Голливуда — от «Титаника» до «Заплати дальше».

Жаль, Владимир Ильич Ульянов (Ленин) не дожил до наших дней: он бы наверняка порадовался тому, что искусство наконец-то стало бескомпромиссно народным!