Утром 14 декабря психически неуравновешенный молодчик ворвался в начальную школу и устроил резню, убив или искалечив больше двадцати человек, в основном — детей. Сопротивляться ему пытались, но безуспешно: он орудовал здоровенным кухонным ножом.

Нет, здесь нет опечатки. Просто речь не об Америке. Эта история случилась в тот же самый день, когда Адам Ланза (см. «Гений и злодейство») застрелил двадцать семь ребятишек в начальной школе Ньютауна. Но Ланза действовал в Штатах, а Мин Ёнгсун — в Китае. О нём мало кто слышал, потому что китайские власти и подконтрольная пресса сделали всё возможное, чтобы трагическую новость замять. Но она всплыла благодаря местным твиттерянам (есть там такой микроблог, Weibo.com) — и волей случая сыграла бесценную роль для практических выводов из трагедии американской.

А Штаты вот уже вторую неделю буквально стоят на ушах. Дискуссия об ужесточении законов, регулирующих хранение, ношение и применение огнестрельного оружия гражданскими лицами захлестнула страну, не оставив равнодушным кажется никого. Президент среагировал первым, создав рабочую группу для выработки вариантов — но ему и пора бы уже очнуться: только в текущем году и только в американских школах произошло семь (!) кровавых инцидентов, классифицируемых как «бойня».

Следом за президентом проснулись законодатели, заказавшие новое большое исследование видеоигр: уж не игрушки ли питают агрессию юного поколения? Акции Blizzard, Ubisoft, Electronic Arts, Take Two Entertainment просели как по команде. А пресса, телевидение, блоггеры, форумчане рвут и мечут, раз за разом, снова и снова перебирая возможные пути выхода из кризиса.

Впрочем, что там и обсуждать-то? Хороших идей раз два и обчёлся, и все они давно предложены, дело только за тем, чтобы решиться и придать им статус закона. Первое: полный запрет на продажу гражданским лицам так называемого штурмового оружия вроде полуавтоматических винтовок, которыми пользовался и Ланза, и его нашумевший предшественник, Джеймс Холмс, минувшим летом в кинотеатре. Второе: полный запрет на сверхъёмкие магазины для винтовок. Полуавтоматика не умеет стрелять очередями, но этот её недостаток компенсируется большими магазинами, вмещающими значительно больше десяти патронов. Вот и всё. Так за чем же дело стало?

А дело в том, что полуавтоматические винтовки вроде Bushmaster .223, которую использовал Ланза, очень хорошо продаются. Собственно они и появились на свет для того, чтобы компенсировать упавшие продажи классического охотничьего оружия в конце XX века. Понятное дело, охотиться американцы с тех пор больше не стали, полуавтоматы используют для развлечения и насыщения извечного желания оружием обладать.

Чтобы не играть на нервах у публики, рекламщики даже выделили их в особый класс, назвав «современным спортивным оружием». Сегодня это самый быстрорастущий сегмент оружейного рынка США: покупают такие пушки в основном мужчины, они же тратят кучу денег на всевозможные аксессуары для своих стволов (прицелы, декоративная обвеска и пр.). Стоит ли удивляться, что все разговоры о запрете штурмового оружия так и остаются разговорами?

Кое-что, впрочем, изменилось. Можно сказать, сегодня Америка как никогда готова наложить вето на продажу полуавтоматов. Вообще-то, традиционно, трое из каждых четырёх американцев считают святотатством покушение на прописанное в Конституции право на оружие. Однако последние опросы показали, что шесть из десяти граждан США теперь склоняются в пользу запрета полуавтоматических винтовок и больших магазинов, и почти каждый считает необходимым ввести обязательную предварительную скрупулёзную проверку желающих огнестрельное оружие приобрести (последнее потребует значительно большего сотрудничества штатов с федеральным центром: пока что местные власти не слишком охотно делятся информацией о своих жителях).

Реклама на Компьютерре

Однажды, лет пятнадцать назад, подобный запрет в Соединённых Штатах уже действовал, но в законе было слишком много дыр, чтобы он был эффективным. Если его наложат вновь, он наверняка будет носить более жёсткий характер. Сложность в том, что желания рядовых американцев и желания американской оружейной индустрии в кои-то веки разошлись.

Национальная стрелковая ассоциация (NRA), самый влиятельный игрок на национальном рынке оружия, неделю молчала, а в минувшую пятницу разродилась своим видением проблемы. Согласно NRA, единственный, кто может остановить плохого парня с пушкой — это хороший парень с пушкой. Так что… присядьте… нужно вооружить школьных охранников, наняв, если потребуется профессионалов, либо обеспечив каждой школе присутствие вооружённых полицейских (сегодня только каждое третье учебное заведение охраняется людьми с огнестрельным оружием). Эта позиция перекликается с высказанной чуть ранее: вооружить предлагается и учителей, разрешив им скрытое ношение пистолетов, а ещё лучше — обязав их к этому.

Маразм? Эгоизм? Лицемерие? В NRA считают, что эти характеристики больше справедливы для президентской администрации. Мол, официальные власти предпочитают использовать популистские методы вроде давления на оружейных вендоров, вместо того, чтобы набраться смелости и сделать что-то действительно эффективное: ограничить наконец насилие в видеоиграх, озаботиться контролем за душевнобольными (я говорил, что аспергеров будут давить? Предлагается создать общенациональную базу данных по гражданам с психическими отклонениями — и всем по фигу, что, согласно статистике, алкоголь и прочие наркотики намного чаще становятся первопричиной агрессивного поведения).

Спас бы вооружённый охранник 26 жизней в Ньютауне? Очень может быть, но — не факт. В трагической истории 1999-го года, в городке Колумбина (помните документальный фильм «Боулинг для Колумбины»?), были двое вооружённых охранников, но противостоять напавшим на школу юнцам они не смогли.

А теперь позвольте высказать крамольную мысль. Может быть NRA не так уж и ошибается? Ведь зло творит не оружие, а люди. Если понадобится, резню аналогичных ньютаунским масштабов можно устроить даже кухонным ножом: раньше этот довод был чисто теоретическим, сегодня — вспомните Китай — он подтверждён на практике. Да и в США неоднократно проводились исследования, показавшие: криминогенная обстановка в городах и штатах, разрешивших или обязавших граждан к ношению огнестрельного оружия, улучшается.

Вернёмся теперь к летней истории, к Джеймсу Холмсу. Посвящённая ему колонка (см. «Почему США не запретят торговлю оружием? И почему Россия её не разрешит?») остаётся самой обсуждаемой публикацией в Национальной Деловой Сети. Но скажу честно, если бы я писал её сегодня, то сформулировал бы вынесенный в заголовок вопрос иначе. Ведь в смысле торговли оружием Россия мало чем отличается от Штатов.

Оружия у нас полно: на руках у населения свыше пяти миллионов охотничьих стволов (и это, боюсь, сильно устаревшая статистика). При этом, как и в Штатах, очевидна мода на оружие штурмовое, вроде «Сайги» — гражданского варианта автомата Калашникова, вокруг которого сформировалась точно такая же экосистема аксессуаров, как и по ту сторону Атлантики вокруг «Бушмастера» и прочих.

Реальная разница между Штатами и Россией — знаете в чём? Процент криминального применения легально приобретённого оружия у нас крайне мал (десятые или сотые доли процента). Так почему же в Штатах бойня следует за бойней, а Россия — тьфу-тьфу — если и попорчена этой ржой, то лишь самую малость? Может быть дело в менталитете, в воспитании? Может нам просто повезло родиться в СССР, которая «не нападает первой»? Впрочем, идеи принимаются.