В новосибирском Академгородке для школьников периодически устраиваются встречи с учёными, на которых в виде лекции или разговора они рассказывают детям о своей работе. Мероприятие называется «Академический час». На последнем я побывала и, хотя уже давно не ребёнок, расширила свой кругозор.

Встреча была посвящена одомашниванию диких животных, и её вёл заведующий сектором генетики куньих Института цитологии и генетики СО РАН, кандидат биологических наук Олег Трапезов. Впрочем, это была не лекция, а скорее экскурсия по звероферме и знакомство с её обитателями. С 1959 года здесь проводятся эксперименты по одомашниванию серебристо-чёрных лисиц и норок. Впервые идея «приручать» лис пришла в голову академику Дмитрию Беляеву, который и возглавил эти эксперименты.

Под доместикацией Д. Беляев подразумевал «процесс исторического преобразования диких животных в культурных, то есть приспособленных к удовлетворению потребностей человека». Академик предположил, что первые домашние животные появились в результате отбора тех представителей вида, которые наиболее охотно шли на контакт с человеком. В итоге мы получили домашних собак, кошек, кур, лошадей, коров и прочую полезную живность. Ушло на это, как мы знаем, около 15 тысяч лет. Но в научном эксперименте процесс одомашнивания можно существенно ускорить: тысячелетия укладываются в период жизни человека.

В целом ничего принципиально нового за эти 15 тысяч лет не придумано. Учёные отбирают самых доброжелательных по отношению к человеку животных, то есть тех, у которых отсутствует реакция страха. Система тестов, проверяющая, какие животные приручены, а какие нет, незамысловата. Берётся палка и просовывается в клетку. Наиболее одомашненные лисицы воспринимают это спокойно, другие относятся к такому посягательству с опасением, совсем дикие рычат и смотрят сквозь прутья вольера недобро. Самых «общительных» оставляют на племя – как правило, на четырёх лисиц приходится такая одна. Потом наиболее приветливых скрещивают, из их потомства отбирают самых ручных и так далее. Интересно, что лисицы в результате одомашнивания меняют внешность: в окрасе появляются белые пятна. Почему так происходит, учёные пока не знают. В естественной среде белый окрас появляется в результате мутации, такие экземпляры природа обычно уничтожает, но не всегда.

Одной из целей эксперимента является получение лис-собак, то есть лисиц, которые унаследовали бы собачье поведение (без скрещивания, разумеется, оно невозможно из-за репродуктивной изоляции лисиц, то есть механизма, предотвращающего обмен генами между популяциями). И с этой задачей учёные, по всей видимости, справились на славу. Их лисицы действительно ведут себя как настоящие собаки: виляют хвостом, скулят от радостного возбуждения, гремят мисками для привлечения внимания, хотят поиграть, а когда их берёшь на руки, успокаиваются и притихают. Зрелище это немного удручающее, так как трёх из четырёх лисиц ждёт не самое радужное будущее, то есть недолгая жизнь. Но наука есть наука, и это закономерное развитие событий. Некоторых лисиц покупают вместо собак для содержания в частном доме (норок любители экзотики тоже приобретают, по поведению одомашненные зверьки напоминают кошек, только более покорны человеку).

А теперь к цели эксперимента. В генетике существует понятие изменчивости. В контексте новосибирских экспериментов изменчивость – это наличие у норок или лисиц разнообразного окраса. Они могут быть белоснежными, пятнистыми, окраса «тень». В природе же мутантная форма ослаблена, то есть большинство норок тёмные. Изменчивость – это следствие мутации, и, как я уже говорила выше, шансов на выживание у таких экземпляров немного, во-первых, потому что они не способны продолжить свой род, во-вторых, потому что они являются «белыми воронами». Однако они всё же встречаются, и факт наличия в природе таких животных – загадка. На вопрос, почему в природе существует такое противоречие, и направлена работа группы новосибирских исследователей. Кроме того, эти эксперименты помогут выработать схему одомашнивания и других животных.

Разведение животных под контролем человека не только приводит к изменению окраса, но и влияет на воспроизводительные способности животного, плодовитость и жизнеспособность. Д. Беляев в 1972 году писал: «Подавляющее большинство мутационных форм норок характеризуется меньшей плодовитостью и худшей жизнеспособностью, чем стандартные, и может существовать лишь в условиях, специально создаваемых для них человеком. Но даже и в этих условиях некоторые мутационные формы (например, “алеутская”) настолько маложизнеспособны, что они почти не используются для разведения в качестве самостоятельной формы, хотя участвуют в комбинациях с другими мутантными формами в создании различных других цветовых вариаций». Ещё одним необычным признаком одомашненных животных является их способность размножаться практически круглогодично, что согласно законам природы неразумно, ведь детёныши должны появляться именно в то время года, которое для этого благоприятно.

Более подробную версию рассказа о доместикации лис, а также о том, почему над зверофермой кружится огромная стая коршунов, можно прочитать в моей статье “Тайна белого пятна“. Также интересующимся предлагаю почитать материалы академика Д. Беляева – человека, который начал проводить эти эксперименты в Новосибирске. Начать можно со статьи “Генетические аспекты доместикации животных“.

Фотографии – СОРАН.Info.