Производитель и издатель видеоигр, компания Ubisoft объявила недавно, что организует собственную кинокомпанию. Вчера было объявлено о том, какие фильмы она планирует снимать в первую очередь: экранизации подвергнутся игры Assassin’s Creed, Splinter Cell и Ghost Recon. Все будут сняты, что характерно, в стерео.

Любопытно, что выпуск Assassin’s Creed II сопровождался выходом в 2009 году 36-минутного короткометражного фильма (изначально разбитого на три части) – Assassin’s Creed: Lineage (“Кредо убийцы: наследие”). Фильм представлен ниже:

По сути, этот костюмированный боевик и был первым шагом Ubisoft в киноиндустрии (хотя о создании Ubisoft Motion Pictures объявлено было тому неполные две недели как).

Assassin’s Creed: Lineage был снят канадским режиссёром Ивом Симоно (Yves Simoneau), снимались в нём малоизвестные (но очень неплохие) актёры – те же самые, кстати, которые озвучивали персонажей в игре и пластика которых использовались в игре (Motion Capture).

К моменту начала съёмок фильма Ubisoft уже перекупили компанию Hybride Technologies, которая делала спецэффекты для таких фильмов, как “300 спартанцев” и “Город Греха” (снятого Фрэнком Миллером, Робертом Родригесом и Квентином Тарантино).

Сейчас Hybride – официальное подразделение Ubisoft, так что за визуальную составляющую будущих фильмов этой конторы можно не беспокоиться.

Впрочем, как раз визуальная часть – наименьшая проблема для экранизаций видеоигр, как показывает история. Попыток было много, но вот хоть сколько-нибудь успешные можно пересчитать на пальцах одной руки – “Смертельная битва”, “Сайлент Хилл” да “Принц Персии”. Ни один из этих фильмов шедевром не является – критики закидали тухлыми помидорами их все, хотя и с разной интенсивностью.

Даже “Принц”, несмотря на то что продюсировал его Джерри Брукхаймер и актёры в нём были заняты отнюдь не последнего эшелона, оказался в общем-то вполне одноразовой подростковой лентой, по-молчалински попытавшейся угодить всем, но не слишком успешно.

Когда вышла “Обитель зла”, зрители пошли смотреть на лицо и формы Милы Йовович; не будь её, фильм вряд ли окупил бы свой бюджет.

Ну, а про такие “major flops”, как экранизации Hitman (как его мог продюсировать Люк Бессон?) или Doom, и упоминать не хочется.

Вообще получается совершенно парадоксальная ситуация: сюжет и атмосфера игры (того же Hitman) оказываются куда более кинематографичными, чем, собственно, последующий кинопродукт.

Проблема, рискну предположить, состоит в том, что производители экранизаций не могут позволить себе следовать именно игровым канонам – для кино это не сработает.

При этом, поскольку в качестве “приманки” используется именно видеоигра, перед сценаристами и съёмочной группой ставится задача “оставить от первоисточника что-нибудь общедоступное”. В случае c Doom и “Хитманом” задача была решена “в лоб” – сценами с бегом и стрельбой с “игровым” видом от первого или от третьего лица.

С другой стороны, видимо, требуется сделать “уникальный продукт, соответствующий, впрочем, ключевым стандартам”. Поэтому начинаются сюжетные завихрения, заставляющие недоумевать и плеваться как поклонников игр, так и просто зашедших посмотреть новый (и разрекламированный по самые не балуйся) фильм.

Возможно, у Ubisoft Motion Picture не будет такой проблемы – ей, во всяком случае, не обязательно будет адаптировать будущие фильмы под среднестатистического пожирателя попкорна, разменивая достоинства игры на общедоступность экранизации.

Впрочем, это лишь предположение. Скоро, хотелось бы надеяться, мы увидим, что получится у Ubisoft Motion Picture…