В журнале “Экономист” опубликована статья, в которой высказывается предположение, что в мире может быть не три надцарства (домена) живых организмов, а четыре или даже больше. Деления на надцарства известны со школьного курса биологии. Первое надцарство – это эукариоты (они же ядерные), к которому относятся царства животных, растений, грибов и простейших, или протистов. Второе надцарство – это бактерии, третье – археи, они же архебактерии. Они были выделены в отдельный домен в конце 1970-х, до этого их относили к “обычным” бактериям.

Доктор Джонатан Эйзен из Университета штата Калифорния в Дэвисе и его коллеги использовали пробы, взятые небезызвестным доктором Крейгом Вентером во время его кругосветного путешествия, которое тот предпринял после вынужденного ухода из компании Celera Genomics в 2002 году. Вентер брал пробы воды в Индийском, Атлантическом и Тихом океанах и проводил генетические исследования обнаруженных в них микроорганизмов.

Методика, которой он пользовался ещё в Celera в ходе работы над человеческим геномом, называлась Shotgun Genomics (шотган-секвенирование, или “метод дробовика“). Вначале геном разбивается на малые части, с которыми работают автоматы для секвенсирования; затем расшифрованные с помощью компьютера части с перекрывающимися фрагментами ДНК воссоединяются в единое целое. Подробнее о методе можно прочитать по вышеприведённой ссылке. Как пишет The Economist, метод не идеален, но с его помощью удалось обнаружить массу прежде неизвестных индивидуальных генов.

Исследуя пробы Вентера, Эйзен выявил два гена – RecA и RpoB. RecA участвует в рекомбинации ДНК, RpoB – в переводе ДНК в РНК. Оба гена – стары и вездесущи. Выстраивая генетические древа, в которых прослеживались эволюционные взаимоотношения между всеми обнаруженными в ходе путешествия Вентера разновидностями этих двух генов, Эйзен обнаружил ветви, которые не совпадали с паттернами, образовывающими известные науке версии этих генов.

Минимум одна ветвь вообще ни на что не была похожа, так что исследователям осталось только гадать, относились ли эти гены к неизвестным видам вирусов (по поводу которых учёные до сих пор спорят, можно ли их относить к живым вирусам и рассматривать как отдельное надцарство, например) или – к каким-то совсем уж неизвестным формам океанской жизни, ни распространённость, ни роль в биосфере которых пока никому не известна.