Я 15 лет работала на ИТ-рынке в области создания программного обеспечения и до сих пор управляю компанией, разрабатывающей ПО. А недавно решила вложиться в пару интернет-проектов. Почему вдруг Интернет?

Во-первых, интересно. Интернет – совершенно другая область деятельности. В отличие от разработки ПО в интернет-проектах нет релизов (выпуска новых версий продукта), нет коробок. Весь продукт существует в единственном экземпляре, но зато и меняется каждый день.

Представить такое в разработке ПО невозможно. Там – четкая дата релиза и длительное предварительное тестирование. В случае с интернет-проектом дата релиза – понятие условное. Выкатили, посмотрели, что получилось, – тут же исправили. По сути, интернет-проект – это вечная бета.

Что касается бизнес-аспектов, то и здесь модель разная. При определённых условиях программное обеспечение начинает генерить деньги. Запустил продукт, начал продавать – пошли средства. С монетизацией интернет-проекта всё не так очевидно. Зачастую такие проекты долгое время остаются убыточными, поскольку владельцы не знают, как на них зарабатывать. Посещаемость и известность заменяют прямое получение денег.

С другой стороны, капитализация интернет-компаний, как правило, значительно выше, чем компаний-разработчиков программных продуктов. Если в софте мультипликатор капитализации составляет, как правило, 2-3 годовых оборота, то в Интернете – соотношение 10-20 годовых оборотов.

Сравнивая две области в целом, можно заметить, что софт – менее модное направление, в котором к тому же осталось мало незанятых ниш. В Интернете же незанятых ниш по-прежнему очень много, и рост проекта может быть очень быстрым (пример – социальные сети, которые буквально за пару лет охватили миллионную аудиторию). В сфере ПО такое уже невозможно. Там процесс вывода продукта на рынок – долгий и сложный. Необходимо потратиться на рекламу, построить каналы сбыта, наладить правильную политику поставок и обновления версий. А если добавить пиратство, обилие конкурентов и сложности с дифференциацией, то это делает софтверные проекты довольно сложными объектами инвестиций.

Вывод интернет-проекта на рынок может оказаться автоматическим, мгновенным. Например, проект iii.ru, инвестором которого я стала, был выпущен на рынок безо всякой рекламы в середине марта 2009 года. Просто открыли доступ к недоделанному сайту. Думали потестировать немного, показать внешним людям, доделать и потом начать раскручивать.

Но произошёл взрыв. Кто-то заметил инфа (инф – электронный человечек, которого можно одевать и который умеет говорить) и написал об этом в блоге. По его следам другие посетители бросились смотреть, что же это там за инфы такие. Люди стали ставить их в своих блогах, и начался экспоненциальный рост.

Сервис оказался прилипчивым. Он позволяет задавать своему инфу шаблоны разговоров, и тот начинает отвечать на вопросы так, как захочет его владелец. Через неделю у нас было 100 регистраций в день, через две – 1000, через месяц – 3000. Через два месяца у нас было уже 80000 пользователей, 30-40 тысяч заходов на сайт в день, 140000 созданных инфов. Сайт мы, естественно, доделали, а на раскрутке решили сэкономить. 30-40 тысяч постоянных посетителей и 80 тысяч зарегистрированных пользователей – это уже числа, сравнимые с посещаемостью русского сайта "Лаборатории Касперского".

Ещё одним отличием интернет-проекта от софтверного является то, что продукт можно быстро доделывать по запросу пользователей. Кто-то сообщил об ошибке или высказал какое-то пожелание – тут же взяли, исправили, выставили в сеть. Удобно. С софтом так не получится. Для коробочной программы надо собрать требования по исправлению ошибок, обсудить их, утвердить и включить в ближайший Maintainance Pack, который ещё пару-тройку месяцев будет разрабатываться, а потом месяц тестироваться. То есть между главными ежегодными релизами ты можешь выпустить всего несколько тщательно оттестированных патчей. Обратная связь крайне медленная.

Мне кажется, что золотой век софта был в начале восьмидесятых, а серебряный век – лет 12-15 назад, примерно тогда, когда я организовывала "Лабораторию Касперского". Сейчас начался железный век: большие компании, жесткая конкуренция, развитые продукты в своих 10-12 версиях, высокий порог вхождения на рынок.

Тогда как золотой (или хотя бы серебряный) век Интернета ещё не кончился, что доказывает уровень капитализации интернет-компаний и постоянное появление и взлёт совершенно новых проектов, таких как Twitter, Одноклассники и Аяяй.ру.

Проект Аяяй был запущен компанией "Наносемантика". Компания существовала года три и занималась разработкой коммуникационных систем под заказ (по сути, консалтингом) – выбор товаров и услуг на сайте, службы техподдержки и т.п. В основе систем лежала технология общения на естественном языке. Бизнес шел ни шатко, ни валко, клиентов искать было трудно, поскольку услуга новая. Наконец в компании решили попробовать технологию на массовом пользователе и сделать публичный проект – для пропаганды идеи общения на естественном языке и продвижения основных услуг. Однако на это нужны были деньги.

Деньги нашлись тут же, буквально на кухне. Когда я спросила своего мужа, основателя и главного акционера компании "Наносемантика" Игоря Ашманова, куда бы мне вложиться в Интернете, он и привлек меня к запуску Аяяй.ру.¹ Я самостоятельно вложилась и в другие интернет-проекты, но это отдельная история.

Собственно, меня и зацепило то, что проект c инфами будет публичным, массовым. Впоследствии его можно будет перевести на другие языки и, кто знает, побороться на мировом уровне. А вывод бизнеса на мировой рынок – это то, что я люблю и умею делать.

Аналоги в мире есть – например, австралийский www.mycybertwin.com. Это тоже публичный проект по созданию виртуальных собеседников, но он довольно вялый. Вероятно, дело в позиционировании – он заставляет вас создавать двойников самого себя, причём делает это в скучной манере. Ну и интеллектом тоже совсем не блещет. За два года им удалось набрать всего 30 тыс. пользователей. Мы же набираем по 50-100 тысяч пользователей в месяц, то есть пока растём быстрее их в 30-40 раз.

Наш проект Аяяй.ру с самого начала ориентировался на массовых интернет-пользователей. Отсюда идея выбора внешности и гардероба для инфов. Девочки с детства любят играть в гардероб. А тут можно создать себе человечка с любой внешностью. Да при этом человечек ещё и будет отвечать на вопросы. Это сильно заводит, т.к. возникает эффект очеловечивания. С человечком начинаешь разговаривать и не можешь оторваться. Хотя и знаешь, что там – текстовый робот. А вот поди ж ты! Тем более заводит возможность читать логи разговоров твоего человечка с пользователями и обучать его по итогам разговоров.

Надо сказать, что идея виртуальных человечков на сайте для меня была не нова. Я помню, мы ещё в 2007 году в Лаборатории хотели заказать "Наносемантике" виртуального Касперского с тем, чтобы он отвечал на вопросы про продукты компании. Но то ли руки не дошли, то ли испугались, что он будет туповат и будет портить имидж, но идею так и не реализовали. Зато сейчас вот появилась возможность реализовать старую идею новыми способами.

Сейчас, естественно, возникает задача монетизации проекта, как у всех интернет-проектов. Мы создали магазин вещей, запустили линию бизнес-инфов для коммерческих сайтов.

Появляются возможности партнерства с крупнейшими игроками рынка, проблемы нагрузки, техподдержки, общения с массой неравнодушных пользователей, проблема постоянного вбрасывания в проект новых "фич", выхода на западный рынок. Для меня это всё это в новинку, не так, как в мире коробочного ПО, поэтому интересно.

1. Впрочем, нахождение денег "на кухне" - обычная история. Как шутят в Америке, первые инвесторы стартапов (так называемые angel investors) относятся к категории 3F – family, friends, and fools. Я пока отношу себя к категории family. Ну, а там – как бизнес пойдет. Надеюсь, всё-таки не перейти в третью категорию.[вернуться]

Бизнес-образование в сфере информационных технологий
Школа IT-менеджмента АНХ представляет уникальные программы подготовки для IT-директоров и специалистов – МВА CIO и “IT-менеджер”. Открыт набор в весенние группы!