На форуме «АКПО-2026» группа компаний ICL представила не только линейку вычислительной техники, но и решения в области информационной безопасности и программно-аппаратных комплексов. При этом участники рынка говорят о сохраняющемся спаде в сегменте «железа» и одновременно — о высоком, но не полностью удовлетворенном спросе.
О том, как в этих условиях развиваются разные направления бизнеса, почему государственный сектор остается ключевым заказчиком и когда возможен рост, «Компьютерра» поговорила с коммерческим директором ICL Техно Ильдаром Вагизовым и заместителем руководителя департамента по продажам и маркетингу ICL Services Эмилем Хайрулловым.
— Ильдар, начнем с самого больного. Сейчас оборудование найти крайне сложно из-за санкций, фокус сместился на Китай. Нет ли рисков, что китайское тоже станет труднодоступным или окажется недостаточно эффективным?
В целом и российское, и китайское оборудование до сих пор доступно. Каких-то проблем с доступностью нет. Есть сложности с серверами для искусственного интеллекта — именно с поставками видеокарт. А в остальных направлениях — ноутбуки, компьютеры, серверы, мониторы — проблем нет.
— То есть дефицит ИИ-железа связан просто с высоким спросом?
Во-первых, такие решения на базе ИИ сложно поставляются из США даже для китайских компаний — в отношении Китая также действуют санкции. Сказывается и общая нехватка комплектующих. Кроме того, значительная часть мощностей крупнейших производителей видеокарт сейчас ориентирована на задачи искусственного интеллекта. Я вижу две сложности: низкая доступность на рынке плюс санкционное давление со стороны Штатов. Именно это и привело к тому, что такой тип оборудования закупать сложно.
— Чем вы удивляете коллег на этой конференции? Какие новые продукты представляете?
Сегодня мы презентуем два новых продукта для рынка B2B. Это модели ноутбуков на базе современных процессоров AMD — 16-дюймовая и 14-дюймовая. Один — офисный продукт, второй больше для командировок. Достаточно легкие ноутбуки в металлическом корпусе, с очень приятным дизайном. Показываем наш сервер на базе четвертого-пятого поколения процессоров Intel — современное актуальное решение.
Также есть наш новый мобильный компьютер — планшет с диагональю 10,95 дюйма. Три исполнения: классический планшет, планшет в защищенном корпусе для использования в загрязненных местах или там, где он может упасть, и вариант в чехле-клавиатуре — бизнес-девайс. Продукт входит в реестр Минпромторга, на нем уже работает РЕД ОС, сейчас адаптируем его под «Аврору». Надеемся, к концу года будет как минимум две операционные системы.
— А что нового у бренда OSiO?
У компании ICL есть два бренда. ICL — это корпоративные решения, и практически все они в реестре Минпромторга. А бренд OSiO — направление розничных продаж, созданное два года назад. В этом году мы запустили моноблоки 27 и 23,8 дюйма, причем 27-дюймовый — в 2K-разрешении. Хороший дизайн, тонкие, эргономичные, стильные. И что особенно важно — по разумной цене. В линейке OSiO представлены ноутбуки трёх категорий — бюджетной, средней и офисной, а также мониторы, игровые ноутбуки и мини-ПК. В целом продуктовая линейка практически полностью сформирована.
— Какой сегмент для вас основной: B2G, B2B или B2C?
Первое место — B2G, государственный сектор. Второе — B2B, и третье — B2C. Это логичный перекос: мы последние пять лет были номер один в B2G, один из крупнейших поставщиков для образования и здравоохранения. Три года назад начали ориентироваться на B2B, потому что государственный сектор подошел к пределу своего роста. С B2C сложнее: мы молодой бренд, объем доверия еще невысок, плюс конкурируем с А-брендами и китайскими производителями, которые вкладывают миллионы долларов в маркетинг.
— Как, по вашим прогнозам, изменится рынок ИТ-оборудования в ближайшие год-два?
Прошлый и этот год будут тяжелыми. В 2024–2025 годах падение на рынке вычислительной техники составило примерно 10–15%. Самые тяжелые годы — 2025-й, 2026-й, возможно, 2027-й. С середины 2027-го, 2028–2029-го надеемся на рост. Это связано с секвестированием бюджетов, сложной экономической ситуацией и высокой ставкой — в этих условиях рост экономики существенно замедлился. Но будет отложенный спрос: компании, которые не покупали оборудование два-три года, начнут его покупать и закроют объем сразу за несколько лет.
— Эмиль, теперь к вам. Расскажите, как изменились программно-аппаратные комплексы за последние пять лет и что вообще в них входит?
Программно-аппаратный комплекс — это синергия между аппаратной частью, которую производит завод ICL Техно, и программной частью, которую мы обеспечиваем в ICL Services. Заказчик покупает уже полностью готовое, преднастроенное, интегрированное решение со своими внутренними системами. Набор софта и инструменты информационной безопасности подстраиваются под запросы заказчика. Если сравнивать с классической схемой, то здесь период проектирования и внедрения длится до полугода: закупщики отдельно покупают железо, потом софт, далее инициируют проект по проектированию, пусконаладке и эксплуатации. В ПАКе мы экономим это время, ведь все устанавливается «из коробки». Это готовое оттестированное решение, которое сразу встает в инфраструктуру заказчика и переходит в фазу эксплуатации.
— Как повлияет искусственный интеллект на развитие ПАКов?
ИИ обогащает процесс проектирования и разработки ПАКов. Получив данные от заказчика, мы можем при помощи моделей спроектировать и создать ПАК именно для него. Не тратим время аналитиков-архитекторов на сбор базовой информации, опросы — все первичные данные мы получаем из инфраструктуры заказчика. Планируем внедрять инструменты ИИ и в систему централизованного управления ИТ-инфраструктурой «Колибри-АРМ», которую также включаем в состав ПАКов.
— ИИ когда-нибудь уйдет из повестки или хотя бы уменьшится его влияние?
Это элемент хайпа, и на этом хайпе многие зарабатывают — это нормально, это двигатель рынка. Когда появились инструменты процессного управления в России, это было модно, все старались следовать, писали документы, внедряли, много информационных систем появилось. Сейчас с искусственным интеллектом то же самое. Надо относиться сдержанно и понимать, какую пользу он приносит: сокращение затрат и повышение эффективности. Не более того. Все те же математические инструменты, просто в другой оболочке.
— Какие ключевые вызовы вы видите в миграции и усилении информационной безопасности?
Уже через год после событий 2022 года тренд на импортозамещение стал повсеместным. Изначально это выглядело так: давайте просто заменим все зарубежное на все российское. Но многие отечественные продукты на тот момент были недостаточно зрелые и не могли в полной мере заменить западные технологии. Мы инициировали много проектов по замещению железа и ПО. С каждым разом становилось сложнее, так как часть инфраструктуры по-прежнему остается на западных вендорах, и приходится управлять гетерогенными средами. Поэтому заказчику требуется уже не замена железа или продукта, а кастомизация и совместимость новых решений с текущими системами, которые не подлежат импортозамещению.
Сейчас как никогда актуален фактор информационной безопасности. При внедрении российского решения перестраивается архитектура и получается комплексный проект, где важно учесть все аспекты ИБ. Сначала отстройка архитектуры, потом проектирование, пилотирование, далее приобретение и внедрение. Из этого процесса импортозамещения и родились ПАКи. Мы поняли, что предлагать заказчику уже апробированные и протестированные на совместимость решения экономит и наши затраты, и будущую эксплуатацию для самого заказчика.
— На конференции вы представляли решения по информационной безопасности, среди которых SD-WAN. Как внедрение этого решения помогает упростить сеть и повысить уровень защищенности?
Сейчас у всех компаний стоит вызов — сокращение затрат и повышение эффективности. Крупные компании имеют географически широко распределенные филиалы, появились удаленные сотрудники, а значит и удаленная работа в критических системах. Плюс повлиял и тренд с облаками, компании используют гетерогенную инфраструктуру и облака. Все это обвязано каналами связи, а это затраты. Здесь и выходит на арену решение SD-WAN. Оно позволяет управлять распределенной сетью из одной точки и интеллектуально оптимизировать маршрутизацию. Уникальные алгоритмы Лаборатории Касперского позволяют обеспечивать доступную связанность и защиту даже в условиях сбоев на сетях провайдеров. Возникает и экономический эффект: время простоя сети сводится к минимальным значениям, а за счет балансировки нагрузки компания может снижать затраты на инфраструктуру и обеспечивая гибкость, высокую скорость передачи данных и безопасное подключение своих филиалов.
— А блокировка альтернативных протоколов не усугубит ситуацию?
Все возможно, регуляторика — вещь такая. Мы уже тестируем и используем ГОСТовую версию SD-WAN с сертификациями ФСТЭК и ФСБ. Все, что крутится внутри, — это внутренняя доверенная сеть и общение с внешним миром через контролируемый канал. В первую очередь это решение делает оптимизацию внутренней сети и позволяет ей интеллектуально управляться из единого центра.
— Какую роль в миграции сыграет ваш продукт — ПАК «ЭВО» — с точки зрения безопасности и непрерывности процессов?
ПАК «ЭВО» — полностью предустановленное готовое решение. Когда оно «доезжает» на площадку заказчика, его достаточно подключить в сеть, и из единой консоли управления «Колибри-АРМ» он сразу начинает работать и взаимодействовать со всеми компонентами системы управления. Это стандартизация и управление гетерогенностью: из «единого окна» администратор управляет машинами и на Windows, и на Linux. ПАК внесен в реестр ПАКов Минцифры, и все его компоненты тоже реестровые.
— Расскажите подробнее про «Колибри-АРМ». Что это за продукт и чем уникален?
Это программное обеспечение управления ИТ-инфраструктурой. Наша собственная разработка, находится в реестре Минцифры. Сейчас активно пилотируется и уже внедряется крупнейшим заказчикам в различных сферах и сегментах. По большому счету, это общесистемное ПО, одно из ведущих российский аналогов по замене Microsoft SCCM.
— Как изменится ИТ-отрасль в ближайшие год-два?
Искусственный интеллект в первую очередь оптимизирует внутренние процессы, связанные с центром общего обслуживания: юридическая поддержка, кадровый документооборот, рутинные операции, отчеты, командировки. Что касается производства, использование генеративных моделей повысит производительность разработчиков за счет переиспользования компонентов и новых подходов к написанию кода. Тренд этого года — все будут пытаться сокращать операционные затраты, искать кост-драйверы и при этом находить новые ниши. Изменения неизбежны, страдания по желанию.
— А как сама ICL Services меняется под этим давлением?
У нас, как и в целом на ИТ-рынке, происходит системный пересмотр подхода к управлению и перестраивается подход от простого расчета затрат к пониманию ценности для компании. Продукты, которые не выстреливают, откладываются до лучших времен, акцент делается на том, что в обозримом будущем приносит прибыль.
— Какие проекты сейчас получают больше финансирования и одобрения?
Если смотреть на внешний рынок финансирование получают проекты, приносящие бизнес-результаты «здесь и сейчас», либо направленные на оптимизацию — особенно в областях с ощутимой нехваткой кадров. Поэтому совет бизнесу сегодня, как никогда, рационально подойти к поиску баланса между собственным штатом и ИТ-аутсорсингом.
Беседовал: Иван Лященко