За последний месяц на рынке цифрового звука случились сразу два масштабных события. Одно касается только нас, россиян, и в незначительной степени пользователей из соседних государств. Другое относится ко всему миру. Но странным образом эти события пересекаются, наводя на мысли относительно того, как будет развиваться цифровой звук дальше.

Событие глобальное: Общество институтов Фраунгофера (в обиходе называемое просто «Институтом Фраунгофера», ИФ) сорвало бурю аплодисментов, но и критики, опубликовав коротенький пресс-релиз. Суть: Институт прекращает лицензирование патентов и программного обеспечения, связанных с форматом MP3. Такой, знаете, широкий жест, подарок от создателя: берите все, нам теперь не жалко! А впрочем, там же и уточнение, что особого смысла использовать MP3 более нет: он, мол, устарел и заменён более совершенными форматами, в частности, AAC (разработанным тем же Институтом). Короче говоря, MP3 умер.

Однако в этой короткой новости всё не такое, каким кажется. Начать с того, что ИФ действительно сыграл в разработке ключевую роль. Его сотрудниками были сформулированы и реализованы в коде психоакустические методы сжатия звука, впоследствии принятые за основу стандарта MPEG-1 Audio Layer III, известного всем как MP3. «Психоакустикой», напомню, называют удаление из звукового потока той части информации, что человеческим ухом не воспринимается. Работы начались ещё в конце 80-х и лишь в 1993-м отлились в готовый продукт.

Кстати, новый формат чуть было не погиб ещё на стапелях, потому что никто в те годы не понимал, для чего он реально будет использоваться: изначально его ориентировали на телефонию. И только пришествие интернета в дом плюс достижение вычислительной техникой уровня производительности, достаточного для декодирования столь математически сложного формата в реальном времени (сотни тысяч операций в секунду, минимум i486DX), позволило понять, чем MP3 действительно может быть полезен.

«Отцы» MP3: в начале пути и 20 лет спустя.

К середине 90-х прелести цифрового звука массами уже были распробованы: спасибо CD! Однако сохранить такую музыку без потери качества, «сграбить» её в файл, было трудно, потому что банально не хватало места: жёсткие диски тогда по объёму были сравнимы с компакт-диском. И вот тут MP3 оказался незаменим: он сжимает звуковой поток в 10 раз, сохраняя — субъективно, конечно — качество звучания CD. И ещё до того, как появились портативные MP3-плееры, новый формат стал применяться для создания домашних фонотек. Толчок опять же дал ИФ, выпустив плеер и энкодер (кодировщик) для PC. Так что когда в конце девяностых на прилавках обосновались MP3-плееры, а интернет стал трещать под натиском файлообменных сетей (Napster и др.), почва уже была подготовлена: к тому моменту были созданы гигабайтные коллекции музыки в цифровом виде! А там подключился и большой бизнес, тоже часто использовавший MP3 в качестве носителя.

Нетология

И тут важно понимать вот что: вплоть до самого последнего времени MP3 никоим образом не был свободным форматом. Использование его для программных и аппаратных продуктов требовало лицензий. И не имело значения, планировалось ли использовать код ИФ или писать энкодер/декодер самостоятельно (стандарт описывал, что нужно делать со звуком, и разные кодеки, конечно, делали это каждый немного по-своему; потому песня, кодированная разными программами, отличается по звучанию): требовалась лицензия, да не одна. Сложность лицензионного вопроса была такой, что MP3 называли правовым минным полем: в какой-то момент никто уже в точности не знал, кто и какие патенты держит, кому и сколько полагается отчислять. Что, кстати говоря, сильно ограничило применение формата в свободном программном обеспечении: дистрибутивы Linux, например, чаще всего поставлялись без кодеков MP3, пользователю приходилось доустанавливать их самостоятельно.

Реклама на Компьютерре

Что ж, ИФ, как главный патентодержатель, сделал огромные деньги на своей разработке, но патенты не вечны. В Европе пять лет назад, а в Соединённых Штатах в этом году сроки действия стали истекать. И, собственно, то, о чём сейчас ИФ сообщил — это иносказательное признание, что ключевые патенты на MP3 истекли. Правда, не факт, что не осталось других («Википедия» упоминает ещё минимум двух правообладателей), но случившееся всё-таки расценено как освобождение MP3 от патентных уз: создатель формата отныне имеет на него прав не больше, чем пользователи. И, к примеру, Red Hat уже пообещала этим воспользоваться, интегрировав поддержку MP3 в свои дистрибутивы. Без сомнения последуют её примеру и другие разработчики, свободного и проприетарного софта, аппаратных продуктов. Так как же можно называть MP3 мёртвым?!

Те, кто разделяет точку зрения «Фраунгофера», приводят два аргумента. Во-первых, MP3 технически устарел. Практически все другие форматы его превосходят: и жмут лучше, и задержку дают меньше, и психоакустика у них качественней (рассказывают, когда MP3 создавался, фундаментальные исследования психоакустической компрессии были в разгаре). Во-вторых, что более важно, в последние пару лет «стриминг» превзошёл «файлы» по популярности. Иначе говоря, сегодня музыку и вообще аудио чаще слушают в потоках, с интернет-радиостанций, а не хранят локально. Всё это как будто бы подтверждает диагноз ИФ: со старым другом пора прощаться!

С цифровым звуком массы познакомил компакт-диск, но MP3 подарил кое-что и вовсе неслыханное: он «отвязал» звук от материального носителя. Впервые в истории для хранения музыки не требовался ни винил, ни магнитная лента, ни покрытый металлом пластик. Ни-че-го!

Однако есть и те, кто в смерть MP3 не верит — и сторонников этой версии намного больше. Их главный аргумент: не существует другого аудиоформата, который мог бы похвастаться такой же широкой поддержкой! Из-за того, что MP3 стал первым по-настоящему популярным средством хранения музыки в файлах, объёмы записей, накопленных с его помощью, беспрецедентны — и, конечно, он поддерживается любым цифровым устройством, способным воспроизводить звук, от носимых и программных плееров до «умных» телевизоров и автомобильных стереосистем. Он абсолютный лидер по популярности — и даже сегодня те, кто желает музыку хранить, чаще всего выбирают именно его. С хорошим кодеком и битрейтом MP3 неотличим от CD, а воспроизводится повсюду. И теперь, когда исчезло патентное обременение, он лишь стал интересней.

Другой существенный аргумент в пользу MP3 кроется в недостатках стриминга. «Потоковой» фонотекой слушатель не владеет. Она хранится в «облаке» и однажды «облачный» провайдер может потребовать деньги за доступ к ней. Наглядно представить, как такое бывает, позволяет последний сюрприз от «В Контакте»: она более не позволяет бесплатно хранить музыку локально, требует подписки на платный сервис. Либо провайдер может исчезнуть вовсе, унеся с собой в могилу и музыкальную коллекцию пользователя.

Movavi

Всё это означает, что люди, которые предпочитают владеть музыкой, а не арендовать её, останутся. И скорее всего они продолжат использовать MP3, ибо он доставляет меньше всего проблем с воспроизведением. Что там, это вообще чуть ли не единственный формат, файлы которого и спустя четверть века после записи могут быть прочитаны, воспроизведены без искажений. Назовите хоть один другой подобный!

И это приводит вот к какой мысли. Вероятно, развитие MP3 продолжится, но инициативу возьмёт в свои руки не бизнес, а энтузиасты. Будет сформировано open source-сообщество, которое реализует новые методы кодирования, уменьшит задержку может быть, да мало ли что ещё придумается? И всё это с сохранением обратной совместимости, чтобы MP3-файлы по-прежнему можно было слушать везде и на всём. И тогда MP3 станет тем, чем должен был стать, но так и не стал OGG Vorbis — отличный и истинно свободный формат, к сожалению, поддержанный не всеми, а потому так MP3 и не заменивший.

P.S. Использованы графические материалы Tobi Firestone, Warren Antonia.