Совсем ещё недавно, при подведении итогов прошлого года, планшеты были именно тем устройством, которое радовало аналитиков компьютерного рынка и внушало радужные надежды маркетологам. Именно планшетам, казалось бы, суждено было подхватить эстафету у традиционных компьютеров, десктопов и ноутбуков, и понести её к горным высям ещё больших котировок и капитализаций.

Но вот аналитики из Digitimes Research взяли да и вылили за шиворот почтеннейшей публике немного ледяной воды. Оказалось, что продажи планшетов — падают. Уже два квартала подряд. 29,3 миллиона устройств, которые ушли к покупателям во второй четверти 2013 года, — это на 8,2% меньше, чем в квартале предыдущем (хоть и на целых 46% выше, чем во втором квартале 2012-го). Но первый квартал, хоть и прибавил на две трети по сравнению с началом прошлого года, показал падение по сравнению с последней четвертью позапрошлого. Причём падение больше чем на четверть — на 26,1%… И если списать итоги первого квартала можно на традиционный спад после «рождественского» пика продаж, после того известного состояния, когда ушат холодной воды — наряду со жбаном рассола — кажется высшим благом цивилизации, то теперь это уже не выйдет. Спад продаж второй квартал подряд — это звоночек. О том, что пик пройден. Пик локальный или глобальный — покажет будущее. Но проблемы у рынков и производителей уже возникли… На известной выставке Taipei Computer Application Show планшеты пошли уже с 10–20-процентными скидками. (Ну а при закупочных переговорах, имея железную волю и чугунный афедрон, цену наверняка можно сбить и сильнее…) Любопытно, да?

Что же произошло? Ну, посмотрим, что же такое планшет. Первым подобным устройством — общим предком не только «таблеток», но ещё и полузабытого класса наладонников — был Apple Newton. Первоначально проектировавшийся и во вполне «планшетных» вариантах с большим экраном. Архитектор, скажем, мог набрасывать на нём эскизы во время диалога с клиентами (ныне такие сценарии таскаются по рекламам и смартфонов сверхбольших диагоналей, и мелких планшетов). Но, присутствуя на рынке с 1993 по 1998 год, он так и не достиг успеха. Дорог, велик (не лез в большинство карманов; нынче к этим граблям бодро маршируют производители смартфонов: пятидюймовики в джинсовые рубашки уже не помещаются), не слишком стабильно работал рукописный ввод… И рискнём добавить еще одну, важнейшую причину. «Ньютон» делался всё же по идеологии интеллектуального устройства индустриальной эпохи. Над ним витали тени логарифмических линеек, инженерных калькуляторов: анонсировалось довольно много пакетов такого назначения. Но — для успешного сбыта ИТ-продукции в постиндустриальную эпоху нужно что? Правильно, массовость. Только она позволяет окупить вложения в разработку кристаллов и строительство фабов (ну и всё прочее). А чем интересен постиндустриальным экономикам массовый человек? Правильно, способностью потреблять! (С большей или меньшей квалификацией — без разницы…)

Вот поэтому и провалился «Ньютон», с его яблоком. (Говорят, что непризнанный творец неевклидовой геометрии Янош Бойяи, чьи идеи были так новы, что великий Гаусс предпочёл сделать вид, будто не получал писем с его работами, завещал посадить на его могиле яблоню — в память о трех яблоках: Евы и Париса, ввергнувших Землю в ад, и Ньютона, вернувшего планету в круг небесных тел…) Но Apple блистательно усвоила урок и осенью первого года первого века третьего тысячелетия вывела на рынок идеальное устройство для прослушивания массовым человеком музыкальных записей — iPod. С гениальным девизом — «1000 songs in your pocket»! Символ потребительства — карман, а теперь в него можно засунуть ещё и то, что когда-то было служением Музам, — музыку…

И массово успешные планшеты вывела на рынок именно «фруктовая корпорация». В очень и очень правильный момент — когда встала задача потребления уже более «тяжелого» контента — аудиовизуального. Это было обусловлено прежде всего развитием технологий. Планета оказалась опутанной сетью оптоволоконных кабелей высокой пропускной способности. (Кстати, поразительно сложно после 9/11 найти достоверную информацию об их структуре) Развитие микроэлектроники предоставило кристаллы с высокой производительностью и приемлемым энергопотреблением. Развились беспроводные сети… Так что iPad появился сугубо вовремя. Триста тысяч штук, проданных в первый же день — 3 апреля 2010 года. Миллион штук за четыре недели…

Реклама на Компьютерре

Если век назад империалистические державы всячески боролись за чужие рынки, то с продажами iPad вышло наоборот: янки расхватывали их так усердно, что пришлось на месяц сдвинуть начало зарубежных продаж (это не помешало обзавестись ими адептам модернизации и прогресса). Каждый шестой пользователь iPhone готов был приобрести «коврик» в ближайшие полгода. Затем пришли и новые модели, вплоть до Retina с действительно очень хорошим дисплеем.

В конкуренцию вступили и новые игроки, представившие не худшие изделия (не только матёрые гиганты рынка, но и новички из Поднебесной). Закипели патентные войны… Кстати, поразительно поучительные! Ну сколько лет говорит нам либеральная общественность про независимость судов и разделение властей! (А думцы – о защите интеллектуальной собственности — как императиве прогресса…) А вот администрация мистера президента Обамы наложила вето на решение Комиссии по международной торговле (U.S. International Trade Commission) запретить импорт и продажу ряда ранних моделей «яблочных» телефонов и планшетов, как нарушающих патентные права Samsung Electronics Co. Это первое такое вето за четверть века — активное вмешательство в правила международной торговли; им очень довольны были в Apple Inc. и расстроены в Samsung Electronics Co. — ведь тут же мелькнули AAPL +1,27%, SE -0,93%. То есть акции «яблочных» прибавили, а «Самсунга» — опустились… Нет, флот атомных авианосцев поразительно полезная вещь и в политкорректном мире, и очень символично, что на правила международной торговли плюют именно в интересах игроков рынка планшетов!

Но вряд ли даже поддержка властей мегадержавы серьёзно исказит работу рыночных механизмов. И если пик рынка планшетов действительно пройден, то возникает вопрос: а что будет дальше? Кто будет двигать массовый ИТ-рынок? Кто окажется народным аналогом «облачных» и высокопроизводительных вычислений на рынке корпоративном?

Тут хорошо вспомнить классику… «Ученые, в области географии, обозначают неизвестные им земли на самом краю карты, делая иногда надписи, что за ними — «безводные, кишащие зверями песчаные пустыни», или: «непроходимые болота», или: «холодная Скифия», не то: «Ледовитое море»…» (Плутарх, «Тесей», пер. В. Алексеева). Так что — будем осторожны в прогнозах. Но, скорее всего, можно предположить, что и за гранью планшета новым рекордсменом рынка окажется устройство (или устройства), ориентированное на потребительский сегмент. Массовый человек ценен ИТ-рынку именно как потребитель, и тенденция эта, вероятнее всего, сохранится. А планшет — уже достиг в охваченных им областях предела. Клавиатура требовала когда-то знания письма и умения координировать действия десятка пальцев. Отказ от командной строки в пользу мыши снизил нагрузку на головной мозг. С планшетом — ещё проще; шестилетний ребёнок в многодетной семье с помощью такого семидюймового устройства удовлетворяет свои культурные потребности и использует его как киберняньку для меньших детей: читает под одеялом, запускает через обретшую вторую жизнь магнитолу записи сказок, выводит на панель мультики, хранящиеся на жестком диске домашнего сервера… И расти разрешению некуда: на новом Nexus 7 предел достигнут (ну, правда, есть ещё и динамический диапазон).

Так что следующее устройство имеет шансы быть или более сопутствующим потребителю, или позволяющим ему потреблять новые виды контента. Стереоскопический, тактильный, одорационный. Скажем, очки. Гоним два сигнала по левому и правому каналу и имеем стерео. Когда с изоляцией от окружающей реакции, когда с её корректировкой (как в Изумрудном городе; счастлив был Волков, что жил в Стране Советов, плюющей на копирайтные права янки, как ныне мистер Обама проделывает это с патентными правами корейцев), а когда и с дополнением (ну, это, как и расчётные потенции «Ньютона», для немногих). И добавляем ощущения осязательные и запаховые. Электромеханикой, испарением ароматиков в нужной последовательности (впрочем, они дают мозгу не очень много сигналов). Позволяющим управлять прибором с помощью жестов уже не на плоскости, а в пространстве: полезно для игр… Главное — потребительский аспект. Штука должна вызывать у массового человека желание купить; гордость — у обладающего, комплекс униженности — у лишённого её. И тогда потребительскому сегменту ИТ-рынка не страшны будут никакие экономические кризисы.