Свежеоткрытые радиоисточники пока не отождествлены с какими-либо объектами на других частотах (например, в оптическом или рентгеновском диапазонах), поэтому их природа остается непонятной.
Насколько далеко может заходить синтез сложных молекул в межзвёздных молекулярных облаках? Ответ на него имеет прямое отношение к проблеме происхождения жизни на Земле.
Проект Moon Zoo работает по принципу краудсорсинга: учёные предлагают пользователям снимки поверхности Луны, на которых те должны отмечать интересные детали.
Когда были открыты радиопульсары, возникла ясная картина, в которой все нейтронные звезды рождались похожими друг на друга. Но действительность оказалась намного интереснее.
Энергия протонных пучков, достигнутая на Большом адронном коллайдере, в 3,5 раза превосходит энергию пучков, ранее полученных на других ускорителях частиц.
За шесть лет марсоход Opportunity проехал по марсианским пескам двадцать километров (его двойник Spirit застрял куда быстрее). Путь дался марсоходам нелегко: у них то и дело что-то ломалось.
В детстве я с удовольствием читал фантастические повести, в которых отважные герои пытались добраться до звезд. Прошло много лет, и я оказался одним из участников эксперимента, где 6 добровольцев "летят" в наземном бункере к Марсу.
ГАЭС – это такая станция, которая в период избытка электроэнергии в системе закачивает воду в верхний резервуар, а в период пиковых нагрузок – спускает её. Когда-то подобные ГАЭС собирались построить около каждой атомной станции.
В Россию приехали руководители крупных ИТ-компаний и представители администрации США. Делегация должна помочь построить "инноград" – русскую Кремниевую долину, и ускорить создание "электронного правительства". Какие результаты будут на самом деле?
Начало работы LHC стало поводом для размышлений о физике высоких энергий вообще, и о том, какой вехой станет для неё запуск Большого адронного коллайдера. Разъяснить ситуацию согласился Валерий Рубаков, академик РАН.
Как запускался LHC после ремонта? На какое время планируется подъём энергии до проектного уровня? На эти и другие вопросы отвечает Илья Орлов, сотрудник ИЯФ СО РАН, участник разработок в CERN.