Третий день ЦИПР-2026 оказался заметно жестче и прагматичнее предыдущих. На площадке говорили уже не столько про цифровой суверенитет, сколько про последствия массового внедрения ИИ, охлаждение венчурного рынка и растущие требования бизнеса к разработчикам. Сбер показал планы по созданию ИИ для Российской орбитальной станции, «Росатом» представил новые устройства, а участники рынка спорили о том, где заканчиваются инновации и начинаются новые риски. О главных дискуссиях и анонсах третьего дня — в материале «Компьютерры».
Космос, ERP и «Ковчег»: о чем заявили компании
Третий день ЦИПР-2026 оказался заметно более прикладным, чем предыдущие. Если в начале недели участники в основном обсуждали импортозамещение и суверенитет, то теперь разговор сместился к конкретным продуктам, инфраструктуре и деньгам.
Главные анонсы дня касались сразу нескольких направлений. Сбер сообщил, что выступит главным разработчиком интеллектуальной системы управления для Российской орбитальной станции. ИИ возьмет на себя стыковку кораблей и контроль жизнеобеспечения — беспрецедентный для мировой практики уровень автоматизации. Полноценный интеллектуальный контур станция получит к 2034 году. Кроме того, зампред правления банка Тарас Скворцов анонсировал выход на рынок собственной ERP-платформы нового поколения в 2027 году, оценив потенциал рынка более чем в 20 млрд рублей.
«Росатом» показал планшет-трансформер OKO Book 5 Yoga и рассказал о выходе в ноябре платформы промышленного ИИ «АтомМайнд 2.0», которая ускорит мониторинг и прогнозирование состояния оборудования. РТК-ЦОД запустил ПАК «Ковчег» для резервного копирования и восстановления ИT-систем после кибератак. Т-Банк анонсировал AI-слой для платформы Sage Observability. KVADRA (бренд YADRO) расширила линейку защищенным планшетом, ультратонким ноутбуком и первыми мониторами для госзаказчиков.
В июле «Ростелеком» запускает собственную платформу для игр в облаке. По его словам, компании пока действуют осторожно в этой сфере: главное — избежать негатива со стороны пользователей, который может возникнуть при нестабильной работе сервисов.
Параллельно замглавы Минцифры Александр Шойтов сообщил о разработке единой программы исследований в сфере кибербезопасности, которая затронет уязвимости ИИ и интернета вещей. А губернатор Нижегородской области Глеб Никитин отчитался о росте оборота региональных ИТ-компаний за 2025 год почти в 1,5 раза — до 97,7 млрд рублей.
«Риски практически не обсуждались»: что не так с ИИ
Самой напряженной дискуссией дня стала сессия «Цифровые коллапсы. Есть ли гарантии надежности». Главный вывод, к которому пришли участники, — абсолютной защищенности не существует. Чем больше цифровых систем, тем больше точек атаки у злоумышленников. Но ключевым стал не этот тезис, а спор о темпах внедрения ИИ.
Наталья Касперская, президент InfoWatch, в комментарии для «Компьютерры» назвала сложившуюся ситуацию парадоксальной: государство одной рукой требует импортозамещения, а другой — внедряет ИИ-решения, значительная часть которых имеет иностранное происхождение.
«Получается парадокс. Одной рукой мы занимаемся импортозамещением, а другой — фактически усиливаем импортозависимость. Это противоположные векторы».
Наталья Касперская, президент InfoWatch
Отдельной проблемой участники дискуссии назвали кадровый дефицит в ИБ и отсутствие культуры баг-баунти, которая до сих пор находится в «серой зоне». Бизнес боится юридических последствий, хотя программы поиска уязвимостей могли бы стать недорогим и эффективным инструментом.
С другой стороны пока одни участники рынка спорили о суверенитете, другие — например, в МТС — уже столкнулись с приземленной проблемой: как превратить ИИ из модной игрушки в рабочий инструмент, который бизнес действительно будет использовать. В комментарии для «Компьютерры» руководитель отдела ИИ МТС Дмитрий Крюков честно разобрал эту боль.
По его словам, главная проблема даже не в технологиях, а в привычке пользователей. Самый популярный ИИ-инструмент в продуктах МТС — банальная саммаризация встреч, которая есть в платформе уже больше двух лет. Сначала ей пользовались единицы, но со временем доля выросла до 20–30% от месяца к месяцу, хотя качество существенно не менялось.
«Здесь вопрос в привычке. Людям нужно время, чтобы начать использовать то, чего раньше не было как сущности».
Дмитрий Крюков, руководитель отдела ИИ в МТС
«Это катастрофа»: почему венчурный рынок замер
Еще одной важной темой дня стали инвестиции. Во время сессии «Инвестиции в регионы. Бизнес-стратегии лидеров IT-рынка» Глеб Никитин, губернатор Нижегородской области назвал текущий объем венчурных инвестиций в России — около 15 млрд рублей — катастрофически низким для экономики такого масштаба.
«Для Калифорнии такой объем инвестиций — статистическая погрешность. Это несерьезно».
Глеб Никитин, губернатор Нижегородской области
Губернатор, отметил, что крупные корпорации за год в четыре раза снизили объем инвестиций, а их место заняли частные фонды.
Представители фондов объяснили происходящее просто: при ключевой ставке, делающей депозиты сверхпривлекательными, венчурные риски (где требуемая доходность должна достигать 50%) экономически неоправданны. Дмитрий Русаков, директор по взаимодействию с органами власти в Т1, честно признался, что «попробовал поиграть в венчурные инвестиции, практически все проиграл и положил деньги на депозит под 22%.
«Я попробовал поиграть в венчурные инвестиции и практически все проиграл. Тогда я положил оставшиеся деньги на депозит под 22% на два года. И до сих пор банк не может мне их вернуть. Просто личный опыт».
Дмитрий Русаков, директор по взаимодействию с органами власти в Т1
Дмитрий Черкасов, гендиректор KVADRA, подтвердил смену парадигмы: ажиотаж вокруг импортозамещения закончился, рынок клиентских устройств B2B/B2G в прошлом году сократился на 10–15%, и теперь заказчики действуют осознанно.
«Более 80% отзывов приходят от конечных пользователей. Речь уже не просто о покупке техники, а о долгосрочном технологическом партнерстве».
Дмитрий Черкасов, гендиректор KVADRA
Что в итоге?
Третий день ЦИПР-2026 показал простую вещь, что технологии сами по себе проблемы не решают. ИИ упирается в то, как люди привыкли говорить и работать.
Дипфейки существуют, и никто пока не придумал, как с ними бороться за пределами отдельно взятой платформы.
Денег на венчурном рынке почти нет, потому что при 22% на депозите рисковать никто не хочет, а корпорации предпочитают делать свои продукты, а не вкладываться в чужие стартапы. Эйфория первых лет импортозамещения прошла.
Теперь начинается долгая и тяжелая работа. И от того, кто и как ее сделает, зависит, останутся ли все эти анонсы просто красивыми презентациями или превратятся в реально работающие системы.