Цифровые сервисы должны не только узнавать пользователя и обрабатывать его данные, но и обеспечивать доверие между человеком, государством и бизнесом. В связи с этим цифровая идентификация, доступ к данным и правила работы платформ становятся частью одной задачи.
«Компьютерра» разобралась, где проходит граница между государством как цифровым сервисом и платформой, зачем одной идентификации уже недостаточно для доверия и как государственные системы, бизнес и цифровые платформы пытаются выстроить общие правила работы с данными. Подробнее — читайте в материале.
Государство как цифровой сервис
Пленарная сессия «Государство как цифровой сервис: где остановиться?» началась с вопроса о том, насколько далеко вообще может зайти цифровизация государственных служб. Сегодня около 90% массовых государственных услуг доступны онлайн, а число цифровых обращений исчисляется примерно миллиардом. На портале Госуслуг зарегистрировано более 120 млн пользователей, а количество доступных сервисов приближается к двум тысячам.
При этом сама логика развития государственных сервисов меняется. Пользователю уже не предлагают самостоятельно разбираться, какое ведомство отвечает за конкретную справку или выплату. Вместо этого государство пытается объединять отдельные процедуры вокруг жизненных ситуаций. Такой подход предполагает, что человеку не нужно знать внутреннее устройство государственного аппарата. Достаточно сообщить о проблеме, после чего необходимые услуги должны собраться в единый процесс.
На пленарной сессии эту логику обсуждали через сравнение государства и бизнеса. Участники по-разному ответили на вопрос о том, кто лучше понимает пользователя. Герман Греф, глава «Сбербанка», поставил на первое место бизнес, объяснив это конкурентной средой. По его мнению, коммерческие компании вынуждены постоянно бороться за внимание клиента, тогда как у государства нет такого же рыночного механизма обратной связи.
«Бизнес находится в конкурентной среде, государство — в монопольной. Никогда монопольная среда не будет подстраиваться под каждого клиента. У тебя нет возможности покинуть этот сервис, потому что он один. Бизнес всегда находится в конкурентных условиях, поэтому он всегда будет конкурировать за внимание и за понимание своего клиента».
Герман Греф, глава «Сбербанка»
Другие участники обращали внимание на иную сторону вопроса. Государство располагает данными и несет ответственность за предоставление услуг, которые не обязательно должны быть коммерчески выгодными.
В итоге спор о том, кто лучше понимает человека, довольно быстро перешел в разговор о сотрудничестве. Самым важным оказалось не определить победителя, а понять, где заканчивается государственная функция и начинается зона, в которой эффективнее работает частный бизнес.
Именно эту границу Герман Греф назвал одной из главных проблем цифрового государства. По его словам, государство должно уметь не только предоставлять услуги, но и вовремя останавливаться там, где коммерческий сектор способен сделать это быстрее и эффективнее. При этом государство должно создавать инфраструктуру, на которой смогут работать частные компании.
С другой стороны, бизнес часто первым запускает новые цифровые решения, а государство затем получает запрос от пользователей повторить удачный опыт. В результате развитие государственных сервисов происходит не в изоляции. Пользователь переносит привычки из коммерческой среды в отношения с государством и ожидает от государственных систем такого же уровня удобства.
При этом цифровизация создает проблему, которую сложно решить только интерфейсом. Государственные и коммерческие системы должны обмениваться данными. Если человек совершает действие в одном сервисе, результат должен корректно отражаться в другом. В противном случае удобный цифровой интерфейс может только скрыть старую организационную проблему.
Поэтому разговор о цифровом государстве постепенно превращается в разговор о совместимости и доверии. Чем больше сервисов объединяется вокруг человека, тем меньше пользователь должен задумываться о том, какая организация отвечает за конкретный этап операции.
От идентификации к цифровому доверию
Эта проблема стала центральной на сессии «От цифровой идентификации к цифровому доверию. Как государству и бизнесу выстроить единый контур». В отличие от пленарной дискуссии, здесь разговор быстро сместился от удобства сервисов к тому, как подтверждать личность человека в цифровой среде.
Поводом для разговора стала проблема анонимности. Модератор сессии Олег Капранов, руководитель проекта «Технологии» «Российской газеты», привел данные МВД за первые восемь месяцев 2026 года. По его словам, количество преступлений в сфере компьютерной безопасности снизилось на 40%, а мошенничества — на 29%. На этом фоне, отметил он, все более важной становится доверенная идентификация, которая должна не только ограничивать опасные действия, но и повышать эффективность цифровых сервисов.
Одним из инструментов такой идентификации становится биометрия. При этом участники отдельно подчеркнули, что биометрия не может рассматриваться как универсальный ключ от всех цифровых систем.
Евгений Семенов, заместитель генерального директора «Центра биометрических технологий», разделил сценарии использования биометрии на две большие группы. Первая связана с удобством. Пользователь может пройти в метро или совершить другую операцию без карты и телефона, если сама биометрическая процедура позволяет подтвердить необходимое действие.
Вторая группа намного важнее для вопроса доверия. Это операции, в которых необходимо убедиться, что конкретное действие действительно совершает тот человек, который имеет на него право. К таким сценариям относятся открытие счета, получение квалифицированной электронной подписи и другие операции, где цена ошибки достаточно высока.
В такой схеме биометрия позволяет проверить присутствие конкретного человека. Однако сама по себе она не становится абсолютным средством защиты.
Семенов отдельно обратил внимание на этот парадокс. Лицо человека не является секретом. Его можно увидеть, сфотографировать или записать на видео. Поэтому биометрические данные не должны использоваться в отрыве от других механизмов безопасности. Чем выше риск операции, тем более сложной должна быть вся система подтверждения личности.
Отсюда возникает и проблема стоимости. Чем больше требований предъявляется к биометрической инфраструктуре, сенсорам, каналам связи и хранению данных, тем дороже становится ее внедрение. Но попытка слишком сильно удешевить систему одновременно увеличивает поверхность атаки и снижает уровень доверия.
В банковском секторе эту проблему также связывают с доступностью технологий. Михаил Булатов, руководитель центра экосистемной идентификации «Т-Банка», отметил, что одним из препятствий остается сложность входа в биометрические сервисы. Одновременно обсуждается переход к более простым вариантам использования биометрии и новые способы ее регистрации.
По словам Булатова, биометрия должна перестать быть технологией для отдельных сценариев и стать частью массовой цифровой инфраструктуры.
Так участники пришли к тому, что современному обществу нужно постепенно двигаться к модели, в которой человек сможет видеть выданные согласия в одном месте и управлять ими. Такой подход должен снизить количество ситуаций, когда пользователь вручную пытается выяснить, куда он когда-то передал свои данные.
Как платформы собирают доверие по частям
В отличие от предыдущей сессии, здесь речь шла о доверии к продавцам и товарам. Платформам недостаточно знать, кто пользователь. Им нужно подтвердить подлинность документов, проверить происхождение товара и убедить покупателя в безопасности сделки.
Михаил Уткин, директор дивизиона развития инвестиционного климата Агентства стратегических инициатив (АСИ), привел результаты исследования ВЦИОМ и Ассоциации цифровых платформ. По данным исследования, 87% опрошенных считают описание товара, высокий рейтинг и отзывы с фото или видео почти равноценными возможности увидеть товар лично. Репутация продавца складывается из нескольких факторов, включая оценки покупателей, сведения о маркировке и сертификатах.
С 1 октября 2026 года вступил в силу закон о платформенной экономике, предусматривающий проверку данных через государственные информационные системы. Для площадок это означает необходимость автоматизировать контроль документов и товаров. По словам Игоря Зимина, директора по взаимодействию с органами государственной власти Ozon, машинное обучение ежедневно проверяет более 22 млн карточек товаров, а площадка обрабатывает около 60 тыс. документов.
Доверие становится и экономическим фактором. Отзывы и пользовательские фотографии влияют на решение о покупке, а повторные заказы зависят от того, насколько покупатели уверены в площадке. Поэтому платформы дополняют государственные проверки собственными правилами, модерацией и алгоритмами. Представитель Минэкономразвития отметил, что крупные площадки в некоторых случаях устанавливают требования строже предусмотренных законом.
При этом бизнесу важно не только наличие государственных данных, но и скорость доступа к ним. Платформы заинтересованы в том, чтобы проверка продавца или товара проходила автоматически, без дополнительных действий со стороны пользователя. Для этого Минцифры развивает сервис, который должен упростить взаимодействие площадок с государственными информационными системами и сократить задержки.
В результате доверие складывается из нескольких уровней. Государство подтверждает сведения через реестры, платформы проверяют продавцов и товары, а покупатели формируют репутацию с помощью отзывов и оценок. Эти механизмы постепенно объединяются в общую цифровую инфраструктуру.
Выводы
Главный результат трех дискуссий заключается в том, что цифровое доверие больше нельзя свести к одной технологии. Пароля недостаточно, биометрия не решает всех проблем, государственный реестр сам по себе не гарантирует хорошую покупку, а пользовательские оценки не могут заменить проверку документов.
Каждый из этих механизмов отвечает только за отдельный участок. Идентификация показывает, кто совершает действие. Биометрия позволяет повысить уверенность в присутствии конкретного человека. Государственные информационные системы подтверждают отдельные сведения. Платформы анализируют поведение и документы. Пользователи формируют цифровую репутацию.
При этом все эти контуры начинают соединяться. Государственные сервисы должны взаимодействовать с бизнесом, платформы — с государственными системами, а пользователь — получать возможность управлять собственной цифровой идентичностью и согласиями. Чем больше таких связей появляется, тем важнее становится не отдельная технология, а правила взаимодействия между системами.
Именно поэтому вопрос «кому доверять» постепенно превращается в вопрос «как устроена система, которая позволяет доверять». В цифровой экономике это уже не только вопрос удобства. От качества такой инфраструктуры зависят покупки, государственные услуги, финансовые операции и будущие взаимодействия человека с программными агентами.
Читайте также: